"В демократическом обществе у государства не может быть интересов, отличных от интересов общества"

@@

Михаил Федотов - об общественном телевидении в России

2002-07-02 / Наталия Ростова Михаил Федотов со своими сторонниками подготовил проект медийной революции. И, кажется, этот проект удачно совпал с интересами государства в этой сфере. Новым законопроектом об общественном телевидении Федотов предполагает создать действительно общественное ТВ (понимание которого несколько искажено в России). Оно призвано будет служить не хозяину, не государству, а обществу, каждый член которого будет иметь право быть услышанным. Сторонники проекта предполагают, что от создания общественного ТВ выиграют все. И государство, которое сможет гордиться тем, что такое ТВ как признак действительно демократического общества существует. И его граждане, которые смогут влиять на это телевидение. А информация, которая будет предоставляться им, станет действительно объективной. О том, что необходимость создания независимого канала понимают некоторые депутаты Госдумы, говорит тот факт, что уже сегодня они соберутся на обсуждение законопроекта, который предполагается внести на рассмотрение Думы на осенней сессии. Михаил Федотов согласился рассказать о том, каким он видит общественное телевидение в России.







- Михаил Александрович, давайте определим тему нашего разговора. Что есть общественное телевидение, законопроект о котором вы написали?

- Общественное телевидение - это телевидение, которое служит интересам общества, интересам своей аудитории, а не коммерческим интересам или интересам какого бы то ни было чиновника. Это телевидение, которое по определению должно быть более культурным, более цивилизованным, более сдержанным, плюралистичным и открытым. Оно должно быть более умным, чем обычное телевидение, и должно идти на смену государственному. Одновременное существование и государственного, и общественного ТВ невозможно в принципе. Это означало бы противопоставление общества и государства. А в демократическом обществе у государства не может быть интересов, отличных от интересов общества, это нонсенс! Телевидение, отражающее интересы государственного аппарата, никому не нужно вообще. Телевидение должно служить аудитории, поэтому оно изначально должно быть общественным. Я вижу перспективу в том, чтобы на российском медийном поле существовало и частное телевидение, и общественное. Я считаю правильным ставить вопрос о том, чтобы общественное телевидение возникло в результате реорганизации государственных телекомпаний.

- Почему именно на РТР?

- Потому что это государственная телерадиокомпания, федеральное государственное унитарное предприятие. ОРТ является акционерным обществом, формой коммерческой организации. Да, у государства здесь 51% акций. Но отсюда не следует, что владельцы 49% согласятся, что все должно перейти государству. Кроме того, наше законодательство не предусматривает возможности преобразовать акционерное общество в организацию общественного телевидения, для этого нет правовых механизмов. А из ВГТРК создать общественное телевидение можно, если использовать для этого форму некоммерческой организации. Это достаточно реалистичный путь, который, на мой взгляд, отвечает интересам государства. Потому что государство сможет тогда сказать, что у нас телевидение построено так же, как в Германии, так же, как в Великобритании, так же, как в Нидерландах, Швеции, Чехии, Польше и так далее...

- Достаточно ли политических сторонников у этой идеи?

- Любая из идей проходит три этапа. Этап первый: "этого не может быть, потому что этого не может быть никогда", мы уже прошли. Этап второй проходит под лозунгом "в этом что-то есть", сейчас мы находимся на этой стадии. Потом наступит третий этап, который называется "а кто же этого не знает?". Когда мы дойдем до него, сторонниками окажутся все - каждый день добавляет сторонников. Мне кажется, что сторонников станет еще больше, если мы увидим, какую опасность представляет сохранение ныне существующей системы. На сегодняшний день государство фактически не может управлять своим государственным телерадиовещанием, а с другой стороны, число государственных вещательных организаций все время растет. Министерство говорит, что их надо сокращать, а на самом деле их появляется все больше и больше. Поэтому я считаю, что государственное телевидение должно быть реорганизовано в общественное. В этом заинтересован и зритель: за мизерную плату, за девять рублей с семьи в месяц, он получает возможность не только смотреть телевизор, но и влиять на него. У зрителя возникает юридическая возможность требовать от телекомпании того или иного, потому что с этим телевидением у него договорные отношения.

- Все ли граждане будут обязаны платить за это телевидение?

- Нет. Обязаны будут платить те, у кого есть хотя бы один телевизор. И девять рублей в месяц - это не та сумма, из-за которой можно спорить. Важно то, что те граждане, у которых есть льготы по коммунальным платежам, будут освобождены от абонентной платы. Они получат эти услуги бесплатно, но от этого правовая связь с телерадиокомпанией не прервется.

- Как зритель сможет влиять на общественное телевидение?

- Это как раз связано с формированием и структурированием гражданского общества в России. Он может влиять на телевидение через представителей, избираемых в попечительский совет телевидения от профсоюзов, от гражданских организаций, от молодежных, культурных, научных, экологических, правозащитных. Очень широкий спектр организаций будет участвовать в создании попечительского совета. Через представителей он сможет участвовать в вещательной политике. Попечительский совет обязан будет проводить исследования общественного мнения, изучать его. Очень важно то, что на канале не будет коммерческой рекламы. Будет только социальная, наподобие "Заплатите налоги" или "Курение опасно для вашего здоровья". Вместо рекламы возможно только спонсорство. В начале и в конце показа футбольного матча, например, вам скажут, что трансляция матча проспонсирована такой-то компанией. Все!

- Как вы думаете, обещание Лесина о том, что он уйдет через два-три года и государственные СМИ будут распроданы, оправдается?

- Вы знаете, я немного удивился, когда на конференции "Индустрия СМИ" в выступлении Лесина и других говорилось, что министерство было создано всего два года назад, а через три года оно готово самоликвидироваться. Министерство печати было впервые создано в 90-м году, первым министром был Михаил Полторанин. И я прекрасно помню, как он обещал самоликвидацию министерства через два-три года. Когда я был министром, то говорил то же самое. И действительно, министерство было ликвидировано в 1994 году. Вместо него было создано два комитета (кстати, так же, как и обещает Лесин): Комитет по печати, который был потом преобразован в Госкомитет по печати, и Федеральная служба по телевидению и радиовещанию. Фактически министерство раскололось на два мини-министерства, полуминистерства. А в 99-м году они соединились вместе. Возможно, через два-три года снова произойдет полураспад.

- Просто Лесин уйдет из министерства?

- Я не знаю, когда Лесин уйдет из министерства. Судьба любого министра - стать экс-министром (смеется), это нормально. То, что министерство когда-то должно прекратить свое существование, было очевидно нам еще в 1990 году. Как видите, уже другое тысячелетие на дворе…

- А государственные СМИ через два-три года как будут выглядеть?

- Я надеюсь, что их не будет.

- А как же формула министерства "одно агентство, один телеканал, одна радиостанция, одна газета"?

- Я считаю, что Россия должна двигаться в сторону цивилизации европейского типа. В Европе нет ни государственного телевидения, ни государственных газет, агентств, ни госрадио, они уже давно стали общественными. Мы тоже обещали (есть международные документы, под которыми стоит и подпись России) создать из государственных информационных и вещательных служб общественные. Дали такое обещание еще в 1994 году. Пока мы не определились в цивилизационном плане, пока было непонятно, куда мы идем - то ли в сторону Северной Кореи, то ли в сторону Германии и Швейцарии, было очень трудно. А сейчас, когда мы уже определились, что идем в европейскую цивилизацию, давайте будем строить все так, как это построено и работает на Западе. Это работает там! Это дает положительный эффект и не дает никакого отрицательного. Да, на Западе абонентная плата за пользование общественным телевидением достаточно высокая. Но там и другой уровень жизни, там другой уровень заработной платы. Будет у нас повышаться минимальный размер оплаты труда - будет повышаться и количество денег, зарабатываемых общественным телевидением через абонентную плату. Именно поэтому мы вводим этот принцип - 3% от минимальной оплаты труда. Сегодня это 9 рублей.

- Видите ли вы возможность того, что общественное телевидение появится уже до парламентских выборов?

@@@
"В демократическом обществе у государства не может быть интересов, отличных от интересов общества"
"Мы открыты для любых инспекций"
"На повестке дня - вопрос о судьбе правительства"
Бедняки снова проиграли лоббистам
Глава Всемирного банка приехал в Москву
Десять лет на рассрочку долгов
Инфляция за первые дни нового года составила почти 2%

Куда направить валютные потоки

@@

Приоритетная задача государства - погашение долга собственному народу

2001-02-27 / Оксана Генриховна Дмитриева - заместитель председателя комитета по бюджету и налогам Государственной Думы.



БОЛЬШИНСТВО политиков, не говоря о населении, в недоумении по поводу реального состояния экономики нашей страны. С одной стороны, победные реляции о рекордно высоком - 7,7% - темпе экономического роста и дополнительных доходах федерального бюджета, с другой стороны, дальнейшее обесценивание заработной платы и нищий паек бюджетной сферы. С одной стороны, информация о потоке нефтедолларов, хлынувших в нашу страну, с другой стороны, угроза технического дефолта и правительственного кризиса в связи с невозможностью выплатить долги Парижскому клубу. Как все это может происходить одновременно?

Прошедший 2000 год действительно был годом исключительно благоприятной экономической конъюнктуры. Во-первых, имел место экономический рост. Лидером среди всех отраслей промышленности по темпам экономического развития стала легкая промышленность - 25% (против 9,2% промышленности в целом). Наблюдался также рост продукции машиностроения (15,5%). В обрабатывающей промышленности рост был выше, чем в добывающей. С учетом того, что обрабатывающая промышленность преимущественно удовлетворяет внутренний, а не внешний спрос, ее опережающий рост в последние годы вызван эффектом импортозамещения.

Ситуация последних двух лет доказывает, что одним из важнейших факторов, поддерживающих конкурентоспособность отечественной промышленности, является политика дешевого рубля. И в 1999-м, и в 2000 году действовал эффект девальвации отечественной валюты, которая стихийно произошла в августе 1998 года.

Вторым фактором стала мировая конъюнктура цен на энергоносители. Фактически стоимость барреля нефти держалась на уровне 30-32 долл., что примерно в два раза выше цены, обеспечивающей нормальную рентабельность нефтедобычи. Такая ситуация на нефтяном рынке обеспечила положительное сальдо торгового баланса в размере 60 млрд. долл. За счет этого федеральный бюджет получил в 2000 году дополнительно около 100 млрд. руб.

Вместе с тем положительный эффект от девальвации рубля сходит на нет, что уже выразилось в затухании темпов экономического роста к концу 2000 года. С конца 1999 года и Центральным банком, и правительством проводится политика стабильного валютного курса. Так, за 2000 год доллар вырос на 6%, в то время как индекс потребительских цен составил 20%, а индекс оптовых цен промышленности - 31%. Очевидно, что экспортные интересы и эффект импортозамещения диктуют соответствие динамики курса доллара и индекса потребительских цен. Если курс доллара удерживается, а инфляция имеет место, то для поддержания курса требуется все больше ресурсов. Эти ресурсы Центральный банк обеспечивает разными способами. Так, в течение 1997 года и до августа 1998 года активно проводились валютные интервенции, на что было истрачено порядка 16 млрд. долл. из резервов Центрального банка и внешних кредитов. Когда деньги кончились, случился дефолт, который, кстати, ознаменовался помимо отказа платить по обязательствам и лавинообразным обесценением рубля. Политика удержания курса рубля к доллару в 1999-2000 годах проводилась посредством как валютных интервенций (безусловно, в гораздо меньших масштабах, чем до дефолта), так и политикой чрезвычайно умеренной активности по покупке валюты. Это означает, что ЦБ не предъявлял спрос на валюту, достаточный для плавной девальвации рубля и аккумуляции притока долларов от экспорта.

Факт, что дорогой рубль снижает конкурентоспособность российского экспорта и ослабляет эффект импортозамещения, признан и правительством, и помощником президента по экономическим вопросам. Вывод, однако, из этой ситуации сделан прямо противоположный тому, что следует. И Андрей Илларионов, и министр финансов Алексей Кудрин в один голос твердят, что валюты так много, что девать ее некуда, и если она приходит в страну, то экономически выгодно ее как можно быстрее куда-нибудь отдать, "чтобы она не давила на рубль". Например, срочно заплатить внешний долг либо отдать долги Центральному банку. В то же время вывод напрашивается сам собой. Если курс рубля стабильный, а нужна плавная девальвация национальной валюты и при этом имеет место положительное сальдо торгового баланса в 60 млрд. долл., то Центральному банку следует покупать валюту и накапливать золотовалютные резервы. Подобная политика настолько очевидна в нашей ситуации, что трудно поверить в то, что кто-то может этого не понимать. Ведь при такой политике, что называется, "и волки сыты, и овцы целы": рубль плавно девальвируется, обеспечивая экспорт и импортозамещение, а финансовые активы государства прирастают за счет внешней конъюнктуры. Сложившаяся ситуация непонятна и иностранным государствам и кредиторам: как при активном сальдо в 60 млрд. долл. мы не накопили ресурсов для погашения внешнего долга.

Вице-премьер Кудрин заявляет, что покупка валюты на рубли вызовет новый виток инфляции. Берусь утверждать, что это не так. Эмиссия рублевых средств, во-первых, в случае активного платежного баланса проводится не просто так, а под реальную валютную выручку. Никто же не будет всерьез утверждать, что если в стране наблюдается туристический бум, со всего мира приезжают туристы и хотят обменять свою валюту на наши рубли, то это вызывает инфляцию. Во-вторых, существует целый ряд факторов, относящихся собственно к рублевому обращению, которые свидетельствуют о том, что инфляции, вызванной монетарными факторами, опасаться не следует. Темп роста денежной массы отстал от индекса потребительских цен за последние два года примерно в два раза. С учетом двукратного отставания темпов роста денежной массы от индекса инфляции существует определенный запас прочности по объемам денежной массы.

В бюджетной политике также господствует "языческое" заблуждение, что доходы, реально полученные бюджетом, тратить на реальные расходы (непроцентные) ни в коем случае нельзя, их нужно обязательно стерилизовать любыми способами: отдавать долг Центральному банку, держать в остатках на счетах и т.д. То есть мало денег - плохо, много денег - еще хуже: с ними Илларионов советует поступить так же, как Фамусов рекомендовал поступить в известной комедии с книгами - "собрать и сжечь".

Поэтому неудивительно, что при сверхблагоприятной конъюнктуре не решен ни один социальный и экономический вопрос. Федеральный бюджет получил в 2000 году З00 млрд. руб. дополнительных доходов. Эта сумма в три раза превышает ассигнования, заложенные в федеральном бюджете на науку, культуру, здравоохранение, средства массовой информации, вместе взятые. Если бы эти нефтяные и инфляционные доходы направили в бюджетную сферу, мы могли бы в 2000 году увеличить финансирование бюджетной социальной сферы в 4 раза. Вместо этого от дополнительных доходов здравоохранение получило 0,3%, образование - 0,5%. Остальное пошло на силовые ведомства (30%), погашение долга и замещение займов, в т.ч. на погашение долга Центральному банку, что является чистой воды "стерилизацией" денежной массы.

Аналогичная ситуация повторилась и при утверждении бюджета на 2001 год. Правительство отказалось учитывать по балансу бюджета от 100 до 150 млрд. руб. доходов, которые оно реально получит, назвав их "дополнительными доходами". Эти доходы предложено было учитывать за балансом бюджета в так называемой текстовой статье. При этом указанные доходы являются никакими не дополнительными, а просто не учтенными в бюджете. Кредиторы из Парижского клуба поняли дело так: раз у них в России денег столько, что они даже в бюджет не влезают, а их отдельно учитывают за балансом, Центральному банку своему долг отдают, стерилизацию проводят, то пусть они и нам заплатят. Такое поведение кредиторов при рассмотрении бюджета предполагалось. Автор этих строк неоднократно заявляла на заседании бюджетного комитета Государственной Думы, что, составляя бюджет подобным образом, правительство при поддержке Думы только ухудшает свои позиции на переговорах с Парижским клубом.

Бюджеты на 2000 и 2001 годы доказывают, что социально справедливая политика очень часто оказывается и наиболее экономически выгодной. Во-первых, так рекламируемые сверхдоходы не являются таковыми. На самом деле они представляют собой инфляционные доходы, обусловленные последствиями инфляционного скачка 1998 года при недоиндексации расходов на бюджетную сферу. Индекс потребительских цен за период после дефолта до 1 января 2001 года составил 272%. При этом заработная плата бюджетников была проиндексирована в 1,8 раз. Эта индексация лишь компенсировала рост цен с сентября 1995 года, когда в последний раз повышалась заработная плата, до июля 1998 года. Таким образом, инфляционный скачок после дефолта бюджетникам никто не компенсировал, и их заработная плата, по сути, сократилась в три раза. Индекс роста пенсий составил около 200%, тем самым также не в полной мере был компенсирован скачок инфляции. Таким образом, приоритет государства - это погашение долга собственному народу в форме частичной компенсации потерь от инфляции. Эту индексацию необходимо было бы в первую очередь учитывать в бюджете 2001 года, и на эти цели следовало тратить остатки средств в 2000 году. В итоге бюджет вобрал бы в себя все так называемые дополнительные доходы, которые были бы расписаны на социально значимые цели. С этих позиций и следовало бы вести переговоры с Парижским клубом, аргументируя необходимость реструктуризации и частичного списания долга тем, что полученные доходы являются преимущественно результатом инфляционного скачка (так оно и есть на самом деле) и должны быть направлены на компенсацию потерь населения. Однако убедить кредиторов в важности и непреодолимости социальных ограничений можно лишь в том случае, если национальное правительство их таковыми считает. Поскольку авторы бюджета не предполагали индексировать социальные расходы, то это и не выставлялось в качестве аргумента при переговорах. Более того, помощник президента заявлял, что платить долги Парижскому клубу для экономики гораздо большее благо, чем финансировать непроцентные расходы в бюджете, а поэтому вообще не надо вести никакие переговоры, а просто платить. Парадоксальность этого утверждения не поддается экономическому анализу. Для любой страны естественно стремление к достижению договоренности с кредитором о списании долга либо о его реструктуризации на приемлемых условиях. В переговорах обычно используются не только экономические, но и политические аргументы. Поэтому заявления Илларионова о том, что надо платить и деньги у страны есть, обошлись государству в несколько миллиардов долларов. Недешево также стоили и грубые нарушения всех правил при составлении бюджета, когда часть реальных доходов решили назвать дополнительными и отразить за балансом бюджета.

Поскольку переговоры провалились, то встает вопрос: как и из чего платить по долгам Парижскому клубу? Дополнительные расходы на погашение и обслуживание долга оцениваются в 180 млрд. руб. При этом реальная оценка дополнительных доходов, т.е. неучтенных доходов, оценивается в 108-150 млрд. руб. 35 млрд. руб. дополнительных доходов уже расписаны по разделам бюджета, 27 млрд. руб. правительство предполагает направить на индексацию заработной платы и денежного довольствия. На самом деле на индексацию заработной платы и денежного довольствия надо направить минимум 50 млрд. руб. Таким образом, на непроцентные расходы нужно выделить 85 млрд. руб., остальные 23-65 млрд. руб. неучтенных доходов можно направить на обслуживание долга. Недостаток доходов для погашения долга следует балансировать заимствованиями из резервов Центрального банка, которые, как уже говорилось, при положительном сальдо платежного баланса и при умелой денежно-кредитной политике вполне восполняемы. При этом все доходы и расходы надо показывать по балансу бюджета, а если образуется дефицит бюджета, замещаемый резервами ЦБ, то его также надо обязательно показать.

Поскольку привлечение сре-дств и их направление на погашение долга балансируют друг друга, то привлечение резервов ЦБ для оплаты внешнего долга даже не повлияет на размер дефицита бюджета - "священную корову", на которую усердно молятся наши финансисты.

@@@
Куда направить валютные потоки
Ни грамма за рубеж
ОПЕК пугает, а нам не страшно
От вступления в ВТО ни вреда, ни пользы
Парфюмеров приравняли к водочным королям
Правительство намерено регулировать цену хлеба
Путин не боится "человека с ружьем"

Резервные фонды спасла чиновничья волокита

@@

Алексей Кудрин записал себе в заслугу консерватизм отечественной бюрократии

2009-04-14 / Игорь Наумов







Иногда долгие согласования в правительстве могут уберечь от больших убытков.

Фото Александра Шалгина (НГ-фото)

Первый квартал несколько улучшил доходность размещения средств Резервного фонда и Фонда национального благосостояния (ФНБ). Если по итогам 2008 года в долларовом выражении эти фонды потеряли 2,47% вложенных средств, то к концу марта убытки удалось сократить до 2,1%. При этом девальвация рубля помогла свести баланс этих инвестиций с высокой прибылью, составившей по итогам 2008-го и первому кварталу 2009 года 30,45% в рублях. Об этом вчера на заседании президиума правительства отчитался глава Минфина Алексей Кудрин. Эксперты считают, что больших потерь от инвестирования госрезервов удалось избежать во многом благодаря бюрократической волоките, которая не позволила их оперативно разместить в более доходные рискованные бумаги.

Вчера правительство в очередной раз заслушивало доклады об успехах в управлении экономикой. В числе министров-передовиков, рапортовавших премьеру Владимиру Путину, был и Алексей Кудрин. Его доклад был посвящен размещению средств Резервного фонда и ФНБ. По словам Кудрина, консервативный подход при выборе инструментов инвестиций уберег государственную кубышку от потерь, обеспечив доходность в 2008 году и первом квартале 2009 года на уровне 4,9% по корзине валют.

В корзине валют, составляющих суверенные фонды, – 45% долларов, 45% евро и 10% фунтов стерлингов. Впрочем, при пересчете в долларах доходность Резервного фонда и ФНБ уже не выглядела столь благополучной. Наоборот, она оказалась отрицательной – минус 2,1%. Если сравнивать с 2008 годом, то ситуация несколько улучшилась. Тогда доходность фондов в долларах составила минус 2,47%. Ну а годом ранее этот показатель был плюс 10,94% годовых в долларах. В рублях картина иная: благодаря девальвации доходность фондов составила 30,45% по сравнению с 26% доходности на конец прошлого года.

«За 2008 год мы получили 8,6 миллиарда долларов в виде дохода от размещения, в рублевом выражении это 271 миллиард рублей. За первый квартал этого года от размещения этих средств получен 1 миллиард долларов – 34,5 миллиарда рублей», – убеждал коллег в правильности избранного курса Кудрин. С марта 2009 года требования еще более ужесточились. Теперь 95% средств Резервного фонда инвестируется в долговые обязательства иностранных государств и 5% в долговые бумаги международных финансовых организаций.

Премьеру такая аргументация пришлась по душе, но для большей убедительности он попросил Кудрина рассказать, что за это время произошло с резервными фондами других стран, которые предпочли вложить средства в более доходные, но при этом и более рискованные активы. «В тех фондах, которые вкладывали деньги в корпоративные ценные бумаги, в настоящий момент падение в среднем где-то по 20% с учетом снижения стоимости этих корпоративных активов», – сказал глава Минфина. Среди пострадавших – Норвегия и Сингапур, инвестировавшие средства своих суверенных фондов в корпоративные бумаги, обесценившиеся в результате финансового кризиса. Кудрин высказал предположение, что Норвегии и Сингапуру потребуется не меньше 10 лет для восстановления потерь.

Независимые эксперты отмечают, что в позитивных оценках, данных Кудриным фактически самому себе, есть известная доля лукавства. В рублевом эквиваленте размеры Резервного фонда и ФНБ выросли исключительно благодаря девальвации национальной валюты. «Важно, чтобы потерь не было в любом эквиваленте», – считает главный экономист УК «Уралсиб» Владимир Тихомиров. Он не исключает, что снижение курса рубля, к которому привязаны средства суверенных фондов, может привести к нежелательным социальным последствиям. А это нивелирует положительный эффект, о котором говорит Кудрин.

Консервативный подход при размещении средств Резервного фонда и ФНБ был предопределен не столько прозорливой политикой правительства, сколько поздним принятием решений. Власти до последнего не могли определиться, куда инвестировать. «Инвестиционная хартия до сих пор не принята», – напомнил эксперт. В данном случае положительную роль сыграла, по его мнению, бюрократическая волокита. Как результат – размещать средства суверенных фондов Россия начала в феврале 2008 года, когда на рынке было достаточно негативных сигналов. В этой ситуации немудрено было проявить осторожность. «Если бы начали размещать средства фондов три года назад, то сейчас бы фиксировали убытки вместе с Норвегией и Сингапуром», – уверен Тихомиров.

Научный руководитель Института проблем глобализации Михаил Делягин считает, что доходность от размещения суверенных фондов на уровне 4,9% по корзине валют вполне удовлетворительная. Однако сравнение с норвежским и сингапурским фондами он считает некорректным. «Норвегия и Сингапур – страны благоустроенные. Они инвестируют за рубеж потому, что у себя внутри инвестировать некуда», – говорит эксперт. В России же масса проблем в инфраструктуре, промышленности и т.п., чтобы она могла позволить себе инвестировать в развитие чужих экономик. «Промышленный спад, который возник сейчас у нас, стал следствием отказа правительства от вложения денег в модернизацию отечественной экономики», – сказал Делягин.

@@@
Резервные фонды спасла чиновничья волокита
Резкие перемены во внешней политике Армении
Реформы отдельно, экономика отдельно
Семь шагов
Современная "философия интернационализма"
Черногоров рубанул шашкой
Экономике США прописали нулевую ставку

Янтарная вертикаль Георгия Бооса

@@

С появлением этой фигуры "прекратилась вечная возня за первенство в местной песочнице"

2008-09-02 / Александр Рябушев







Георгий Боос сосредоточил в своих руках всю полноту власти в регионе.

Фото Александра Шалгина (НГ-фото)

На протяжении всего постсоветского периода в Калининградской области шли информационно-политические войны между представителями различных групп и кланов. Ни один из трех предшественников нынешнего губернатора не избежал перехода от первоначальной поддержки большинством элиты и СМИ к ожесточенной борьбе со вчерашними союзниками.

Как отмечает калининградский политолог Владимир Абрамов, положительный эффект от появления в Янтарном крае президентского назначенца Георгия Бооса состоял в том, что с появлением этой фигуры «прекратилась вечная возня за первенство в местной песочнице». Человек, пришедший на пост главы региона с должности вице-спикера Госдумы РФ, член высшего политсовета ЕР, априори был сверхтяжеловесом в калининградской политической тусовке.

Новый губернатор с первых шагов продемонстрировал желание сосредоточить в своих руках всю полноту реальной власти, оставив остальным преимущественно технические и представительские функции. В реализации этого плана Георгию Боосу помогли не только личные лидерские качества, но и значительное влияние в партии власти. Губернатор входит в региональный и федеральный политсоветы «Единой России», члены его команды возглавляют областную организацию партии и ее исполком. При нем обитатели нижестоящих этажей местной пирамиды власти – заместитель полпреда президента по СЗФО в Калининградской области Александр Дацышин, глава областного центра Александр Ярошук, сити-менеджер Калининграда Феликс Лапин, вице-губернатор Юрий Шалимов и другие – выглядят не очень впечатляюще и обладают значительно более слабыми рычагами воздействия на ситуацию.

@@@
Янтарная вертикаль Георгия Бооса