"Кучмагейт" в разгаре

@@

Администрация президента судится с лидером социалистов, а новый компромат ждет своего часа

2000-12-02 / Алексей Попов



Скандал вокруг обвинений Леонида Кучмы в причастности к похищению журналиста Георгия Гонгадзе продолжает набирать обороты. Как и следовало ожидать, в Печерский суд Киева поступило официальное заявление главы администрации президента Владимира Литвина, на основании которого было возбуждено уголовное дело в отношении Александра Мороза по обвинению в клевете. А лидеры всех фракций парламентского большинства, кроме "Реформ" и "Батькивщины", обратились с письмом к спикеру Ивану Плющу с требованием создать еще одну следственную комиссию по делу пропавшего журналиста, но теперь - по проверке утверждений Мороза, которые они считают провокацией.

Лидер социалистов выглядит уверенным в своей правоте. В интервью корреспонденту "НГ" он отметил, что оправдываться должны президент и его приближенные. "Я даю пленку, где записаны голоса президента, Кравченко и Литвина, и если они считают, что это не так, то пусть докажут, что эта пленка не отражает того, что они говорили", - заявил он. Такая логика явно не соответствует презумпции невиновности, но, видимо, экс-спикер решил пойти ва-банк. По словам Мороза, никто из депутатов большинства не считает пленку фальшивкой, и речь идет лишь о недопустимости ее использования в политической борьбе.

Как утверждает лидер СПУ, ряд зарубежных организаций готовы провести экспертизу пленки, но для этого необходимо официальное обращение украинской стороны. Такой стороной, по его мнению, может быть либо парламент в целом, либо его отдельный комитет, а также президент и его администрация, заинтересованные в опровержении того, что они назвали инсинуациями. С точки зрения самого же Мороза, подлинность аудиозаписей подтверждается тем, что участники разговоров обсуждают события, которые впоследствии действительно произошли. Говорит, допустим, Кучма, что надо заменить посла Грузии, - и посла заменяют. Такой довод не кажется убедительным - ведь если президента и его окружение хотели подставить, то материал аудиокассет должен был быть именно таким, каким оказался. Для того чтобы поверить в реальность записи, нужно, чтобы нашлись люди, которые подтвердили бы, что Кучма и его окружение именно в таком стиле и говорят в неформальной обстановке.

Ряд ведущих журналистов, знающих голоса тех, о ком идет речь, почти не сомневаются, что пленка - подлинная. Не может не знать манеры разговора президента и его окружения и спикер Иван Плющ. На вопрос корреспондента "НГ" по этому поводу спикер, несколько помрачнев, сказал, что расшифровка вызывает целый ряд вопросов, но сейчас ему как главе парламента надо руководствоваться принципом: "Не навреди". Плющ подчеркнул, что он знает не больше, чем все остальные граждане, читающие прессу, и не имеет никакой дополнительной информации от силовых структур.

Расшифровка аудиокассеты, сделанная на скорую руку в офисе Соцпартии, выглядит, как фрагменты драматургического произведения, в котором висящее на стене ружье, как ему и положено, стреляет. Это заметно настораживает. Не доверяя собственной оценке, корреспондент "НГ" обратился к единственному театроведу и режиссеру в Верховной Раде, председателю комитета по культуре Лесю Танюку. Ему аутентичность пленки показалась сомнительной. Персонажи выглядят слишком шаржированно, слишком педалируют свои негативные качества. А обилие нерасшифрованных мест скорее всего означает монтажные стыки. Возможности компьютерной техники и талантливых артистов в части имитации голосов, как считает Танюк, - безграничны. В свое время, по его словам, только во МХАТе было 24 артиста, имитировавших голос Брежнева в высшей степени правдоподобно. Депутат также подчеркнул, что в стенах Верховной Рады гуляло много виртуозно исполненных фальшивок, ни одной из которых не была дана должная оценка.

Таким образом, возможность фальсификации, вопреки мнению Мороза, все-таки допускается. Но подтвердить или опровергнуть подлинность скандальной аудиозаписи, видимо, можно лишь за пределами Украины. К такому мнению пришел комитет по вопросам борьбы с организованной преступностью и коррупцией Верховной Рады, обратившись к председателю Парламентской ассамблеи ОБСЕ г-ну Оливеру с просьбой провести независимую экспертизу как кассет, так и тела, найденного возле Таращи.

В интервью "НГ" председатель комитета Кармазин подчеркнул, что решение принято комитетом единогласно, хотя туда входят представители различных фракций. По его словам, выбор пал на ОБСЕ, поскольку депутаты решили, что обращение к международной организации, а не к какой-либо отдельной стране, в большей степени гарантирует объективность экспертизы и доверие к ее результатам со стороны парламентариев. По общему мнению Кармазина и Мороза, комитет вполне правомочен обращаться в ОБСЕ от имени Украины.

Спикер Иван Плющ в беседе с корреспондентом "НГ" подчеркнул, что комитет вправе делать все, что соответствует его полномочиям, однако отметил, что впервые слышит о подобном обращении.

@@@
"Кучмагейт" в разгаре
"Пора делать шаги навстречу друг другу"
"Родильный дом" под землей
Андреас Майер-Ландрут: "У нас есть ответственность перед обществом"
Банковскую систему губит монополизм
Бомба замедленного действия
В одном шаге от больших денег

Верещагин, свой среди своих

@@

Киногерой, сыгранный Павлом Луспекаевым, стал символом российской таможни

2003-02-03 / Бесик Пипия



Верещагин из фильма "Белое солнце пустыни" стал кумиром и символом Таможенной службы России. Памятник Верещагину, которого исполнил Павел Луспекаев, открыли на Украине, где актер сыграл свои первые роли в Луганском русском драматическом театре. Во Владивостоке спущен на воду патрульный корабль российской таможни, получивший имя "Павел Верещагин", судно несет службу у берегов Сахалина и Курил. В Санкт-Петербурге на Северном кладбище, где похоронен артист, на его могиле установили памятный знак с надписью: "С поклоном от таможенников Северо-Запада".

Южный акцент для Северной Пальмиры

Павел Борисович Луспекаев родился 20 апреля 1927 года в Луганске. Учился в ремесленном училище. Подростком попал в партизанский отряд, участвовал в боевых операциях. В одном из рейдов по вражеским тылам разрывной пулей его ранило. После хирургической операции в госпитале его отправили в распоряжение штаба партизанского движения 3-го Украинского фронта. В 1944 году Луспекаева демобилизовали. Он вернулся в родной город и начал петь в хоре Луганской филармонии. Здесь его присмотрел режиссер местного драмтеатра и взял к себе. За два года Павел сыграл несколько довольно больших ролей.

В 1946 году отправился в Москву поступать в Щепкинское училище. В приемную комиссию явился с забинтованными руками. Экзаменатор спросил: "Что у вас с руками?" - "Ожог", - ответил Луспекаев. - "А ну-ка, молодой человек, развяжите руки, все равно мы знаем, что это татуировка!" Так и оказалось. Позже Павел посещал косметический кабинет, чтобы удалить с рук татуировки, жаловался, как мучительна эта процедура.

Луспекаев блестяще сдал творческий конкурс. А вот с сочинением не справился. На листе бумаги написал два-три слова, долго сидел, а потом сдал экзаменатору. Он сказал, что за такую работу он не может поставить даже единицу. Тогда абитуриент взял обратно листы и написал: "Да здравствует товарищ Сталин!" Никто не осмелился под такой фразой поставить "двойку". Приняли, да еще без аттестата зрелости.

Павел с юношеских лет страдал болезнью сосудов ног, но он никому не говорил об этом, даже преподавательнице танца, которая предъявляла к нему требования наравне со всеми. В конце занятий, после массы замечаний в свой адрес, Луспекаев мог подойти к преподавательнице и, по-свойски хлопая ее по плечу, сказать: "Спасибо, мамаша". Интеллигентная женщина едва не падала в обморок. Луганский парень любил разыгрывать этюды в московском метро. Он притворялся то глухонемым, то слепым и радовался, когда окружающие принимали его за такового.

На своем курсе в "Щепке" он сразу стал лидером и вполне мог бы рассчитывать на распределение в Малый театр. Но у Павла был южный специфический акцент. За четыре года учебы в Москве его произношение ничуть не изменилось. Актеру с таким акцентом нечего было делать в столице, и он решил ехать работать в Грузию. Пять сезонов он отработал в Тбилисском государственном русском драматическом театре имени А.С. Грибоедова. Именно здесь с роли Алексея в спектакле "Оптимистическая трагедия" он начал свое восхождение к вершине сценического искусства. В Тбилиси он сыграл двадцать четыре роли. В этот период времени он начал сниматься в кино - в фильмах "Они спустились с гор" и "Тайна двух океанов".

В середине 50-х годов Луспекаева пригласили в Киевский театр русской драмы имени Леси Украинки. Он выступал на одной сцене с народным артистом СССР Юрием Лавровым. Однажды в 1959 году отца навестил сын - Кирилл Лавров, актер ленинградского Большого драматического театра (БДТ), ныне - художественный руководитель этого театра. Увидев Луспекаева в спектакле "Второе дыхание", он загорелся идеей забрать актера в БДТ. Луспекаев не сразу принял предложение переехать: "Ну что я поеду в Ленинград? Там дожди, сырость... А в Киеве хорошо". Вскоре поступило официальное приглашение от тогдашнего руководителя БДТ Георгия Товстоногова. Так Луспекаев оказался в ленинградском ансамбле вместе с Сергеем Юрским, Татьяной Дорониной, Олегом Басилашвили, Ефимом Копеляном, Олегом Борисовым, Кириллом Лавровым.

Успех Луспекаева на сцене Северной Пальмиры был огромен. Здесь им сыграны лучшие театральные роли - Галлен в "Не склонивших головы", Бонар в "Четвертом", Нагульнов в "Поднятой целине". Но вот сыграть роль Скалозуба в спектакле "Горе от ума", которую начал репетировать, не удалось. Образ, который начал создавать мастер, был настолько ярким, что весь спектакль можно было назвать по имени его персонажа. Но Луспекаев из-за болезни ног был вынужден надолго лечь в больницу, и премьера прошла без него. В БДТ он проработал всего три года.

Пожарная популярность

Павел Луспекаев: "Однажды я прославился, можно сказать, на весь Ленинград. Еще в Киеве я снялся в противопожарной короткометражке под замечательным названием "Это должен помнить каждый!" Деньги были нужны, вот и снялся. И забыл про нее. А как раз в это время я переехал в Ленинград к Товстоногову и начал репетировать "Варваров". Волновался страшно. Они уже все мастера, а я для них - темная лошадка. А тут, как на грех, на экраны Ленинграда вышел какой-то западный боевик, который все бегали смотреть. И вместо киножурнала - мой противопожарный опус. Я там после пожара, возникшего из-за сигареты, прямо в камеру пальцем тычу и говорю: "Это должен помнить каждый!" Вот тут ко мне популярность и пришла. Наутро перед каждой репетицией подкалывали меня: "Помни, Паша, помни. Дай, кстати, закурить".

Известно, что Павел Луспекаев не утруждал себя заучиванием текста пьес и частенько на спектаклях нес отсебятину. Однажды драматург Игнатий Дворецкий перед спектаклем попросил его: "Павел, ты уж выучи роль назубок, я тебя очень прошу. Это чрезвычайно важно..." На что Луспекаев ему ответил: "Игнат, ты уж меня извини, но я не то что тебя, я самого Чехова Антона Павловича своими словами играю!"

Из воспоминаний режиссера Мавра Пясецкого: "Как-то во время гастролей в Кисловодске мы в одно из воскресений отправились на выездной спектакль в Пятигорск. Когда поезд подошел к перрону, стало ясно, что хлынувшие к вагону зрители только что закончившихся скачек не дадут нам возможности выйти. Тогда могучая фигура Павла кинулась к дверям. Он завопил: "Стойте, здесь сумасшедших везут, дайте пройти". Оторопелая публика расступилась. А Павел командовал: "Выводите, осторожно выводите…" И вывел всех актеров. Когда публика поняла, что ее провели, и кинулась в вагон, двери уже захлопнулись. А Павел весело крикнул: "Не тех вывели, сумасшедшие в вагоне остались".

Луспекаев был женат на актрисе Инне Кирилловой. А познакомился он с ней еще во время учебы в "Щепке", она училась на два курса старше его. Это была подтянутая, строгая девушка, похожая на гимназистку. Они полюбили друг друга и вскоре поженились. Он жил с ней счастливо. Также было известно, что он не обходил своим вниманием прекрасный пол. Однажды, вспоминал ленинградский артист Всеволод Кузнецов, увидев на Невском проспекте красивую девушку с эскимо, Луспекаев попросил ее дать куснуть мороженое. Девушка не отказала. Вкусив мороженого, Луспекаев воскликнул: "Какая чистая, открытая душа!" И здесь же на все ресторанные деньги купил у цветочницы букеты и вручил громадную охапку цветов девушке. Ресторан в тот день пришлось отменить.

Однажды в доме Олега Ефремова собрались гости за дружеским ужином. Среди них был Павел Луспекаев. Ему вдруг Ефремов предложил перебраться в столицу, к нему в "Современник".

- Олежка, замечательный ты человек! - сказал Луспекаев. - Ты же знаешь, как я люблю тебя и твоих ребят, но сейчас мне самое время сниматься. Вот и Георгий Александрович [Товстоногов] обратно в театр зовет. Я, говорит, для тебя специальные мизансцены придумаю, чтобы тебе не слишком много нужно было двигаться, но я отказываюсь.

Потом, плутовски оглядев всех сидевших за столом, Луспекаев добавил:

- И потом, ты посмотри на меня, нет, ты посмотри на меня: ведь если такое выйдет на твою сцену, то весь твой "Современник" провалится!

Ефремов расхохотался и сказал:

- Ты прав, Паша. Не нужен тебе никакой театр, ты сам театр!

Долой костыли!

В 1962 году у Луспекаева обострилась болезнь ног, и на одной ступне образовалась серьезная рана, которая никак не зарубцовывалась. В 1964 году ему ампутировали стопы обеих ног. Но адские боли не отпускали. По рекомендации врачей стал принимать сильнодействующий болеутоляющий наркотик - пантопон. "Мне противно держать перо и что-то писать, но я должен записать, что в течение суток уколол что-то около 16 кубиков, - записал в своем дневнике актер. - Я погряз в этой мрази и хочу, чтобы быстрее наступил конец..."

Но попадать в плен к наркотикам он не пожелал и самостоятельно "соскочил" с иглы. Здесь ему очень помогла министр культуры Екатерина Фурцева. До нее дошли слухи о страдающем от болей актере-самородке, который снимается, несмотря на это, в кино. Госпожа министр распорядилась раздобыть для Луспекаева нужные лекарства за границей. И он, по его собственному признанию, почувствовал себя счастливым.

"Люди! - напишет потом в дневнике Луспекаев. - Я боюсь даже верить, но через три часа будет трое суток, как я сделал последний укол... Муки адовы я прошел. Дай Бог, наверное, с каждым днем будет лучше... Терплю!.. Вымотало страшно, вот уже почти неделя, как я ничего не ем, ослаб, ужасно устал". И вот наконец в его дневнике появилась запись: "Да, да! Поборол! Самому не верится! Пантопончики тю-тю! Будь они прокляты. Конечно, эта гадость еще долго будет выветриваться из организма, но главное - я поборол! И могу смело сказать себе - молодец?!"

- В съемочной группе "Белое солнце пустыни" царила паника, - вспоминает Владимир Мотыль. - Кончилось лето, а поиски исполнителя на роль Верещагина безбожно затягивались.

На пробах артисты проваливались один за другим. Изначально был на примете Павел Луспекаев. Он запомнился в таких фильмах, как "Балтийское небо" (1961), "Республика ШКИД" (1966), "Три толстяка" (1966). Но режиссер трудно себе представлял, как человек, перенесший ампутацию обоих стоп, сможет вынести колоссальные физические нагрузки? К примеру, как снимать сцены драки на баркасе?

Владимиру Мотылю пришла идея: костыли для героя. Верещагин - герой "германской" войны, кавалер Георгиевских крестов, и ничего удивительного, что у него костыли. В воображении режиссера замелькали сцены драки на баркасе. Как герой пустил в дело костыли и как бандит метнул нож, угодивший в деревянную ногу, а Верещагин даже не поморщился. С этой идеей Владимир Мотыль пришел домой к Павлу Луспекаеву. Но тот на корню отверг идею с костылями. Показал чертеж металлических упоров, которые будут вделаны в сапоги, и он сможет без палки передвигаться. "Я сыграю то, что ты придумал, - произнес Павел Луспекаев. - А инвалида успею в другой какой-нибудь картине".

На съемки "Белого солнца пустыни", которые проходили в Дагестане, под Махачкалой, и в туркменской пустыне возле города Байрам-Али, отправился Павел Луспекаев с женой Инной Кирилловой. Павел был еще влюблен в молодую актрису Татьяну Ткач. И когда его приглашали на роль Верещагина, говорят, он поставил условие, что будет сниматься только с ней. Татьяне Ткач дали роль старшей жены в гареме Абдуллы. Сцен отсняли много, но после сокращения картины от "старшей жены" осталась лишь одна фраза - "А может быть, Гюльчатай его плохо ласкает?" - да голый живот в сцене, когда жены, пряча лица от Сухова, задирают юбки. Вся съемочная группа знала, что Верещагин неравнодушен к "старшей жене Абдуллы". Догадывалась и жена Луспекаева. Бывало, она придет в номер к Татьяне Ткач и попросит: "Танечка, Паша отказывается есть, говорит, что пищу примет только из твоих рук. Приди, покорми его, пожалуйста!"

В дни съемок Луспекаеву приходилось немало вышагивать на своих протезах по зыбучим пескам. Каждый шаг причинял адскую боль. Режиссер хотел, щадя актера, сделать роль Верещагина статичной, свести набор движений к минимуму. Но Луспекаев противился - играл, преодолевая боль, сам, без дублера. Порой помногу дублей, как, например, в знаменитой сцене на баркасе, где он расшвыривает в море бандитов с криком: "Помойтесь, ребята!"

Павлу Луспекаеву удалось посмотреть "Белое солнце пустыни" за две недели до смерти. На премьеру он пригласил Михаила Козакова с 12-летней дочерью. Вспоминает Михаил Козаков:

"Была ранняя весна, он медленно шел по улице, опираясь на палку, в пальто с бобровым воротником, в широком белом кепи-аэродроме - дань южным вкусам, и волновался, как мальчишка.

- Нет, Михаил, тебе не понравится. Вот дочке твоей понравится. Катька, тебе нравится, когда в кино стреляют? Ну вот, ей понравится.

- Успокойся, Паша, я тоже люблю, когда в кино стреляют.

- Ну, правда, там не только стреляют, - улыбнулся он.

- После фильма он рассказывал о съемках, хвалил Мотыля, подмигивал мне, когда прохожие улыбались, оборачиваясь на него. "Видал, видал, узнают!" А потом сказал: "Я, знаешь, доволен, что остался верен себе. Меня убеждали в картине драться по-американски, по законам жанра. Мол, вестерн и так далее. А я отказался. Играю Верещагина, колотушки у меня будь здоров, вот я ими и буду молотить. И ничего, намолотил..." И он засмеялся так весело и заразительно, что и мы с дочкой заржали на всю улицу".

Повезло в любви

В марте 1970 года Луспекаев приехал в Москву сниматься в фильме "Вся королевская рать". К середине апреля он успел сняться в двух эпизодах и готовился к третьему, съемки которого были назначены на 18 апреля. 17 апреля в час дня Луспекаев позвонил из гостиницы "Минск" Михаилу Козакову, который также снимался в фильме. Этот телефонный разговор на всю жизнь запомнил Михаил Козаков:

"- Миш, это я.

- Привет, Паша, как ты?

- Да вот сижу в гостинице "Минск" в номере модерн. Мне в "Пекине" больше нравилось, просторней. А здесь, как ни повернусь, обо что-нибудь задеваю. Ну да черт с ним! Главное, скучно без работы. Вообще я вашу Москву не люблю. В Ленинграде лучше. Я хоть теперь пешком не гуляю, трудно, да и на машине приятнее, хоть и из окна, а все-таки вид... Нет, когда снимаешься, все равно, а вот когда не хрена делать - скучно...

- Паша, ты как себя чувствуешь?

- Нормально... Ну ладно, работай".

Когда в три часа дня Михаил Козаков спускался в съемочный павильон, у раздевалки он столкнулся с бледным Володей Орловым, вторым режиссером картины. Не попадая рукой в рукав пальто, тот выкрикнул: "Паша умер!" - "Какой Паша?" - не понял Козаков. - "Паша! Паша Луспекаев!.."

Умер артист от разрыва сердечной аорты. Слова из песенки "Не везет мне в смерти - повезет в любви" оказались для него пророческими. Павел не дожил до 43 лет, умер в нелюбимой Москве накануне 100-летия со дня рождения Ленина. Юбилейные хлопоты заслонили кончину великого артиста. А в любви ему действительно повезло и не только в личной, но и во всенародной.

@@@
Верещагин, свой среди своих
Газовые иероглифы Юлии Тимошенко
Гелий в легких
Губернатор Бетин и рваные геи
До американских банков отечественным далеко
Здесь Лесбос, здесь и прыгай!
Из рук в руки

Искусственное сердце требует денег

@@

"Мирный атом" на службе у кардиологии

2000-12-08 / Андрей Ваганов



СЕГОДНЯ в московском киноконцертном зале "Россия" пройдет благотворительный гала-концерт, организованный при поддержке правительства РФ и правительства Москвы Общественным фондом академика Валерия Шумакова. Ученый с мировым именем, знаменитый российский трансплантолог Валерий Иванович Шумаков вот уже 30 лет значительную часть своих исследований посвящает проблеме создания искусственного сердца (ИС) - полностью автономного, вживляемого в организм пациента механического (точнее - биомеханического) насоса, перекачивающего кровь. "Проекты такие у нас есть, - заявляет академик Шумаков, - а денег на их реализацию - нет. Я очень надеюсь на предстоящий благотворительный концерт. Средства, собранные от его проведения, помогут нам продолжить работы в этой исключительно важной области исследований".

В словах Валерия Ивановича нет преувеличений. Пока в мире не создано ИС, которое дало бы возможность человеку полноценно жить и обеспечивать нормальные показатели кровообращения в течение нескольких лет. Между тем, по статистике, ежегодно в одних только США надо бы выполнять 10-12 тыс. операций по имплантации искусственного сердца. Не случайно американские эксперты считают, что в год на это потребуется бюджет в 20-30 млн. долларов.

Запросы российских ученых куда скромнее: "Нам бы хотя бы 2-3 миллиона, - сокрушается Валерий Шумаков. - Я думаю, что в ближайшие 10 лет проблема создания искусственного сердца будет решена. В НИИ трансплантологии и искусственных органов, которым я руковожу, уже создан действующий макет ИС. Следующий шаг - эксперименты на животных. Но для этого, повторяю, нужны деньги".

Время действительно не ждет. По мнению академика, через год-два в мире уже возможны эксперименты на людях с полностью вживленными искусственными сердцами. В лидерах - США и Япония. А пока среди тех пациентов, которые, например, ждут своей очереди на пересадку донорского сердца, доживают до своего трансплантата всего 30%. Так что ИС - это не роскошь, а средство спасения десятков тысяч людей от преждевременной смерти.

Основных вопросов, возникающих при создании ИС, два. Во-первых, механическая надежность центробежных насосов, используемых в искусственных сердцах. Существующие сейчас модели ИС работают максимум около года. И это не случайно. Сердце человека, этот "хемоэлектромеханический насос", производит за жизнь свыше 109 сокращений, в то время как самые надежные механические системы обеспечивают не более 107 переключений, то есть в 100 раз меньше. Во-вторых, вопрос энергетического обеспечения работы ИС в течение, допустим, 10-15 лет, так сказать, без замены "батареек". Сам Шумаков склоняется к идее создания радиоизотопного источника энергопитания.

"Этот проект не умер, - подчеркивает академик Шумаков, - несмотря на сегодняшнюю непопулярность в обществе идеи использования атомной энергии в мирных целях, тем более в целях медицинских. В Америке также усиленно работали над искусственным сердцем на изотопном источнике. Большие деньги были вложены. Но потом, когда на американской АЭС "Тримайл Айленд" авария случилась, все эти проекты выкинули на помойку. У них же демократия высокоразвитая. Например, сегодня начинаются разговоры типа: а вдруг какая-то гангстерская группа начнет убивать людей, у которых есть эти изотопные источники, с целью собрать радиоактивный материал для изготовления оружия. Полубред, полуфантазии...

Сейчас в США об использовании атомной энергии для электрокардиостимуляторов или для искусственного питания сердца разговаривать серьезно не хотят. А ведь если взять "мягкий" изотопный источник и сделать хорошую защиту, то, думаю, опасность почти нулевая".

@@@
Искусственное сердце требует денег
Киноотрасль не готова к акционированию
Лондон: снежный паралич
Немцов отказался от гонки
Парниковый эффект, которого не было
Песнь о вещном Олеге
Полюса: о простых прадничных радостях и непростых людях.

Принц Чарльз. Дарвин

@@

Берегитесь, когда Вседержитель посылает на землю Мыслителя

2009-02-11 / Наталья Ласкова - кандидат медицинских наук.







Чарльз Дарвин накануне славы и загадочного заболевания.

Художник Д.Ричмонд, 1838

Чарльз Роберт Дарвин родился 12 февраля 1809 года в небольшом английском городке Шрусбери. Его отец, Роберт Дарвин, был врачом, как и один из дедов – Эразм Дарвин. Их достаточно обеспеченная семья имела хороший дом на берегу реки и прекрасный сад. Мальчику было восемь лет, когда от тяжелой болезни скончалась его мать, в памяти ребенка она навсегда осталась прикованной к постели. Его воспитанием занимались старшая сестра и отец.

Путь на «Бигль»

Юные годы Чарльза протекали вполне обыденно и благополучно, совсем как в сказке про принца. В роли короля выступал отец – человек исполинских габаритов, деятельный и внушительный. Мальчик рос застенчивым, со склонностью к безотчетным взрывам непокорства.

Юный Чарльз не выказывал способностей к школьному обучению и не чувствовал к нему интереса. В восемь лет его отдали в элементарную школу. Но он значительно отставал по успехам от своей сестры Катерины, и через год отец перевел его в гимназию. Там на протяжении семи лет он учился на совесть, однако без особого рвения.

Гневу и отчаянию родителя не было предела, иначе он не смог бы произнести то, что произнес, а именно: «Тебя не интересует ничего, кроме стрельбы, собак и охоты за тараканами, ты станешь позором не только для самого себя, но и для всей нашей семьи!» Чарльз был отправлен в Эдинбургский университет – готовиться к медицинской карьере. Но он так и не смог заставить себя присутствовать на операциях. Зато, увлекаясь мелкими животными и насекомыми, он сделал несколько сообщений на кружке естествознания (кстати, профессор Грант, друг Дарвина, упомянул о первых открытиях юного Чарльза в одной из своих работ).

Тогда отец посоветовал ему поступить в Кембридж на богословский факультет, с тем чтобы посвятить себя духовной карьере. Несмотря на некоторое вольнодумство Эразма Дарвина, деда Чарльза, в семье религиозные страсти исключались так же, как и любое отступление от веры. В 1831 году Чарльз Дарвин получил степень бакалавра теологии.

Однако увлечение естествознанием позволило Дарвину установить интересные контакты. Особенно значимым для него стало знакомство с профессором ботаники Джоном Генслоу. Именно профессор Генслоу предложил его кандидатуру на место натуралиста для государственной научной экспедиции на корабле «Бигль». Капитаном корабля был тоже еще совсем молодой человек – Роберт Фицрой.

Когда все формальности были благополучно завершены и оставалось лишь дождаться окончания затянувшегося ремонта корабля и благоприятной погоды, Чарльз почувствовал признаки непонятной болезни, которая в дальнейшем сопровождала его почти всю жизнь. На фоне усталости и волнений появились боли в сердце, сердцебиения, резкая слабость, сопровождавшиеся страхом серьезного заболевания и невозможности в связи с этим участия в путешествии. Вообще-то с 16 лет у него в ответственных ситуациях возникали боли в животе, что было привычным, но сердце болело впервые, и это пугало. Чарльз лежал, никуда не выходил, отказывался от приглашений своих новых друзей. Через несколько дней, с нормализацией погоды, сердцебиения и боли прекратились сами по себе.

Но Чарльз едва не опоздал к отплытию…

В марте 1835 года при переходе через Кордильеры, во время ночевки в небольшом бедном селении, Чарльз испытал нападение бенчуки – крупных омерзительных черных пампасских клопов, обитателей глинобитных строений (о чем оставил запись на странице 289 своего «Путешествия….»).

Эти клопы являются переносчиками опасной тропической болезни Чагаса – по имени бразильского врача Карлоса Чагаса, открывшего ее возбудителя – трипаносому. Попадая в кровь человека, трипаносома приводит организм в хронических случаях к полуинвалидности: крайняя степень усталости, тошнота, желудочно-кишечный дискомфорт, бессонница, озноб, воспалительные процессы в сердце. Есть мнение, что Дарвин страдал этим заболеванием в течение 40 лет.

2 октября 1836 года 27-летний натуралист вернулся из экспедиции. Вопрос о теологической карьере умер сам по себе – Дарвин оказался обладателем огромного научного материала, который нуждался в обработке. К этому же его подвигали друзья-ученые. Тем более что у него уже возникли планы будущих исследований – ведь если в плавание отправлялся натуралист-любитель, то вернулся сложившийся ученый. Оставалось приниматься за работу, что он и сделал. Очень окрылил Чарльза успех дневника путешествий, изданного в 1839 году по настоянию друзей. Обработка же привезенного материала заняла 20 лет.

Даунский затворник

В 1837 году здоровье Дарвина стало ухудшаться; в сентябре вновь возникли симптомы прежней болезни. Дарвин отказался от поста секретаря геологического общества, от всяческих встреч и бесед, но тем не менее он много и продуктивно работал. В 1839 году он женился на Эмме Веджвуд. Между тем его самочувствие становилось все хуже. Два года спустя он писал своему другу Чарльзу Лайелю: «Горько убедиться, что мир принадлежит сильным и что я не буду в состоянии делать ничего более, как следить за успехами других в науке». Как писал один из его сыновей, «он не знал ни одного дня здоровья, свойственного обычному человеку».

Долгие годы Чарльз Дарвин ведет дневник своего физического состояния, он называл его «бухгалтерской книгой здоровья». Сюда дважды в день, утром и вечером, он вносит записи о том, как провел ночь, описывает детально все симптомы своего заболевания. И ежемесячно подводит своеобразные итоги по количеству «плохих» и «хороших» дней.

Дневник был своеобразным лекарством, он исповедовался ему в своих тревогах. А вообще-то он писал, что чувствует себя «одинаково плохо – то чуточку хуже, то чуточку лучше».

Мучили головные боли, быстрая утомляемость, обмороки, бессонница, приступы безотчетного страха, кошмары по ночам, «атаки», состоявшие из периодических приступов одышки, тошноты и болей в животе, дрожи, головокружения, ощущения надвигающейся смерти, страха потери контроля над собой и симптомов, близких к деперсонализации (расстройство самосознания). Позднее присоединилась агорафобия (страх открытых пространств), бывали эпизоды немотивированного гнева.

Из-за невероятной робости он не мог выступать перед аудиторией. Не мог позволить себе и общение с друзьями, прием гостей, так как страдал от перевозбуждения, а «последствием этого были припадки сильной дрожи и рвота». В дальнейшем Дарвин не покидал дом без сопровождения жены.

Болезнь определила весь строй его жизни. В доме был установлен строжайший распорядок дня, которому следовали все члены семьи. Малейшее отступление от него вызывало обострение недуга. Болезнь отгородила его от всего мира. В Дауне он вел спокойную, монотонную, замкнутую и в то же время деятельную жизнь.

Вставал очень рано, отправлялся на коротенькую прогулку с любимой собакой по окрестностям имения, около восьми часов завтракал и садился за работу часов до девяти. Это было его лучшее рабочее время. С половины десятого читал письма, с половины одиннадцатого до двенадцати опять занимался. После этого он считал свой рабочий день оконченным и, если занятия шли успешно, говорил с удовольствием: «Сегодня я хорошо поработал».

Благодаря наследству его и жены семья не испытывала материальных затруднений, однако Дарвин был очень горд, когда его книги стали приносить доход.



Один из последних портретов великого ученого.

Чарльз Дарвин, 1878 год.

В поисках диагноза

Врачи-современники рассматривали Чарльза Дарвина как пожизненного недиагностируемого инвалида; у него предполагали: «диспепсию у аггравирующей (преувеличивающей симптомы имеющегося заболевания, возможно, неосознанно. – Н.Л.) личности», «катаральную диспепсию», «скрытую подагру», многие считали его ипохондриком.

История располагает большим количеством документальных свидетельств о наследственности ученого благодаря его собственным мемуарам, а также полным биографическим отчетам, публиковавшимся его семьей в течение трех поколений.

По данным, представленным в патографии Дарвина (А.В.Шувалов, «Безумные грани таланта», 2004), его дед по отцовской линии имел «причуды», которые порой напоминали умопомешательство; дядя покончил с собой в состоянии психоза, отец страдал сильным заиканием; две тетки со стороны матери отличались большой эксцентричностью, а у дяди бывали тяжелые депрессии. Брат Чарльза остался холостяком, жил уединенно.

Четверо сыновей ученого страдали маниакально-депрессивными расстройствами, две дочери характеризовались как «своеобразные личности».

Английские врачи кропотливо пытались установить сущность его 40-летней болезни. Из обзора их попыток следует, что ни один из диагнозов не содержит указание на какое-либо органическое расстройство: современные врачи все более склоняются к тому, что все симптомы его болезни – явления ипохондрического, нервно-психического порядка. Наиболее часто встречающиеся диагнозы – психастения, циклотимия, синдром навязчивых состояний, синдром хронической усталости, паническое расстройство; фигурирует и болезнь Чагаса.

Психиатр М.Е.Бурно, усматривая у Дарвина тревожно-сомневающийся характер, расценил его как психастеника (в переводе с греческого – душевно слабый). Именно для этой патологии характерны наблюдавшийся у Дарвина постоянный конфликт ранимого самолюбия с чувством неполноценности, застенчивость, нерешительность, проникнутые болезненным размышлением, самоанализом.

Психастеник обычно «задним умом крепок», пишет Бурно, он не способен быстро соображать, рассеян, но при всей мыслительной неуклюжести, проникнутый миллионом сомнений, именно благодаря этому может быть глубоко оригинален. Он ссылается на американского ученого Уильяма Ирвина, заметившего, что в мозгу, подобному дарвиновскому, «мысль созревает до того медленно, что поначалу чудится, будто ее почти и нет, а потом начинает казаться, что она была там всегда». Дарвин – это спокойный, медлительный замысел.

Психастенические свойства затрудняли жизнь Дарвину. Относительно застенчивости великого натуралиста слагали легенды, как, например, об особенности Дарвина «многозначительно отсутствовать в минуту решающих событий, к которым он сам непосредственным образом причастен». Основательно помучили его и тревожные сомнения по поводу женитьбы – с карандашом и бумагой он взвешивал все «за» и «против». Особенно показательна в этом отношении графа «против» – «ужасная потеря времени», «не смогу читать по вечерам», «заботы и ответственность», «как я смогу управляться со всеми моими делами, если буду вынужден ежедневно гулять с женой?».

По мнению Бурно, Дарвина следует отнести к дефензивным личностям. Термин «дефензивность» (от лат. defensio – защищать) охватывает всех слабых людей. Дефензивный человек – не авторитарный, не агрессивный, не склонный командовать, а наоборот защищающийся, «поджимающий хвост» в той обстановке, где агрессивный «оскаливается». Не все слабые талантливы, но именно из этой массы выходят гении.

Очень интересно о заболевании Дарвина пишет отечественный генетик Владимир Эфроимсон в книге «Гениальность и генетика»: «Приходится признать, что сочетание ипохондрии, краткой продолжительности рабочего дня за столом с гигантской продуктивностью высшего ранга (имеется достаточно данных о том, что Дарвин обладал даром неотрывного размышления) не позволяет исключить у него циклотимию того типа, которая, не доводя до острых состояний депрессии, создает периоды гипоманиакального подъема». (Дар «неотрывного размышления» – уникальная способность неотрывно держать в голове, не переключаясь ни на что другое, одну тему до ее полного логического обоснования, которое оставалось лишь в течение двух часов рабочего времени перенести на бумагу.)

По мере того как появляются новые публикации о синдроме хронической усталости, или истощения, этот диагноз начинают ставить не только современникам. Именно он, по мнению генетика Игоря Лалаянца, наблюдался у Чарльза Дарвина.

По большому счету приведенные психиатрические диагнозы не противоречат друг другу, у психастеника с циклотимическими расстройствами вполне могли существовать психосоматические проявления в виде своего рода панических атак.

Безусловно может быть отвергнута болезнь Чагаса как самостоятельное и единственное заболевание, маловероятно и ее наличие в качестве сопутствующего психическому расстройству утяжеляющего фактора даже в весьма атипичном варианте (не было характерного острого начала, отсутствовали признаки болезни в течение двух лет с момента возможного инфицирования и т.д.).

В пользу самостоятельного существования психического заболевания говорит и тот факт, что начиная с 63 лет в состоянии здоровья ученого постепенно наступило значительное улучшение, которое может быть вполне объяснено возрастным угасанием функции половых желез (И.Б.Галант, 1926). Интересно, что этот же автор связывал болезнь Дарвина именно с «неадекватной функцией адреналовых желез».

Косвенным фактом в пользу этого предположения может быть количество детей в семье (десять за первые 17 лет брака, причем младшего жена родила в 47 лет), по поводу чего после седьмого ребенка Чарльз признался Эмме: «Боюсь, у нас просто нет другого выбора, если только я не постригусь в монахи и не перееду в монастырь».

* 1 2 bak cmd cmd_aup cmd_moldova cmd_ng dl gema.txt out_aup_cp1251 out_moldova_cp1251 out_ng_cp1251 out_ng_koi output2 tagsoup tagsoup.hi tagsoup.hs tagsoup.o tagsoup_aup tagsoup_aup.hi tagsoup_aup.hs tagsoup_aup.o tagsoup_moldova tagsoup_moldova.hi tagsoup_moldova.hs tagsoup_moldova.o tagsoup_ng tagsoup_ng.hi tagsoup_ng.hs tagsoup_ng.o test1.html www.rzd-partner.ru 1 2 bak cmd cmd_aup cmd_moldova cmd_ng dl gema.txt out_aup_cp1251 out_moldova_cp1251 out_ng_cp1251 out_ng_koi output2 tagsoup tagsoup.hi tagsoup.hs tagsoup.o tagsoup_aup tagsoup_aup.hi tagsoup_aup.hs tagsoup_aup.o tagsoup_moldova tagsoup_moldova.hi tagsoup_moldova.hs tagsoup_moldova.o tagsoup_ng tagsoup_ng.hi tagsoup_ng.hs tagsoup_ng.o test1.html www.rzd-partner.ru

Не может не впечатлить и покорить ответ, который Дарвин дал профессору минералогии и влиятельному деятелю Англиканской церкви Адаму Седжвику (а в его лице – всем нам!): «Думаю, не найдется человека, которому не хотелось бы огласить результаты работы, поглотившей все силы его и способности. Я не нахожу вреда в своей книге: случись неверные взгляды, их вскорости полностью опровергнут другие ученые. Уверен, что истину можно познать, лишь одолев все превратности судьбы».

К 68 годам Дарвин – почетный член 75 иностранных академий и университетов, обладатель множества наград самого высокого уровня, но относится ко всем почестям с большим равнодушием. Он теряет дипломы и справляется при необходимости у друзей, состоит ли членом какой-то академии.

@@@
Принц Чарльз. Дарвин
Про лавочки и заборчики
Профсоюзы хотят диалога
Рогозин не доверяет иркутским правоохранителям
Русофобия "на деле"
Старая стратегия на новый лад
Старинные люди, мой батюшка

Старые задачи и сегодняшние альтернативы

@@

Поможет ли закон о партиях стимулировать их развитие, вернуть им доверие и усилить влияние граждан на власть

2001-05-23 / Нина Юрьевна Беляева - кандидат юридических наук, президент фонда "Интерлигал".







ПАРТИЙНАЯ система в России по-прежнему играет весьма скромную роль в действующем механизме политической демократии (во всяком случае, по сравнению с ролью исполнительной власти и средств массовой информации).

Современные действующие партии (существующие в настоящее время как в форме членских организаций, так и в форме движений) отличаются от любых других общественных объединений лишь провозглашением своих политических целей. Не существует никаких дополнительных условий их создания, оформления, регистрации - даже обязательного наличия политической программы и принятия ее съездом членов этой партии. Никаких различий в порядке финансирования, участия партий в хозяйственной деятельности, во взаимодействии с государством - во время выборов и между выборами в законодательстве не существует.

Не существует также никаких норм, закрепляющих ответственность партий за их политическую деятельность, обязательность внутреннего демократического устройства (отчетности перед членами, выборности руководящих органов, открытости документов и деятельности руководящих органов). При этом политические объединения, по закону ничем не отличаясь от общества любителей кошек и самодеятельного кружка кройки и шитья, продолжают действовать в политическом пространстве, участвовать в выборах, формировать представительную власть, а существующая политическая система гордо именует себя "многопартийной", хотя все опросы подтверждают, что эффективность партий как инструмента политического влияния неуклонно падает.

Отсутствие четкого правового механизма формирования и деятельности партий как инструмента ответственного политического представительства лишает их доверия и поддержки социальных групп, уводит партии от взаимодействия с обществом в работу со СМИ, превращает их в виртуальные "игрушки", которые используются в своих интересах владельцами медиахолдингов и другими группами влияния. Недостаток ясных законодательных требований к партии как способу выражения устойчивых массовых политических интересов дискредитирует саму идею многопартийности, препятствует реальному партийному строительству, лишает партии доверия граждан.

Задачи правового регулирования деятельности партий как были 10 лет назад, так и остались нерешенными. И решать их надо безотлагательно, чтобы партии стали реальными, а их деятельность - цивилизованной. Для этого в законе необходимо закрепить:

- центральную роль партий как субъектов политического процесса, осуществляющих представительство политических интересов;

- особенность положения партий в избирательном процессе; возможность ограничения иных субъектов участвовать в выборах, которые допускаются к выборам только в союзе (блоке) с политическими партиями;

- необходимость государственного финансирования партий как во время избирательных кампаний, так и между выборами; обязательную открытость, прозрачность партийных бюджетов;

- повышенные требования к партиям по сравнению с другими общественными объединениями: обязательность утвержденной программы, обязательность участия в выборах, полная открытость внутренней структуры и принимаемых решений (документов) для общества;

- обязательность демократического внутреннего устройства: выборность и сменяемость руководящих органов, гарантии информированности и равенства прав членов партии, обязательность участия членов партии в обсуждении и принятии партийных решений, отчетность руководящих органов партии и их ответственность перед своими членами.

СУДЬБА ПРОЕКТА: ХОЖДЕНИЕ ПО МУКАМ

Потребность в разработке специального нормативного акта, регулирующего деятельность политических партий, стала очевидна еще в 1989 году во время первых альтернативных выборов в Верховный Совет СССР, когда с всевластной единой партией - КПСС - начали конкурировать новые политические силы, уже тогда называвшие себя партиями, - Демократическая партия Николая Травкина, "Демократический союз" Валерии Новодворской, Республиканская партия Владимира Лысенко. Во время подготовки к выборам 1989 года активисты Фонда "Интерлигал" (тогда Центра политико-правовых исследований "Интерлигал") консультировали первые в нашей стране независимые клубы избирателей и группы граждан по месту жительства, выдвигавших своих кандидатов в депутаты Верховного Совета.

Сразу после формирования Верховного Совета России группа юристов-экспертов Фонда предложила законодателям концептуальный пакет новых законопроектов, включающий проекты следующих законов: "О праве на объединение" ("Об общественных объединениях"); "О политических партиях"; "О профсоюзах"; "О государственной поддержке молодежных объединений"; "О митингах, шествиях и демонстрациях"; "О некоммерческих и благотворительных организациях".

При этом разработчики предлагали начать законотворческую деятельность с наиболее общего Закона "Об общественных объединениях" и затем развивать его положения в специальных законах, регулирующих особенности создания и деятельности отдельных видов объединений.

Тем не менее в 1991 г. депутаты Верховного Совета РСФСР решили, что наиболее актуальным является именно закон о политических партиях. Комитет по делам общественных объединений и изучению общественного мнения поручил экспертам фонда "Интерлигал" сформировать рабочую группу по разработке концепции и текста закона о партиях, а также ряда справок по зарубежному опыту регулирования деятельности политических партий. При разработке проекта в большей мере использовался опыт правового регулирования, создания и деятельности политических партий ФРГ.

Однако большинство депутатов Верховного Совета, прошедшее по спискам трудовых коллективов и зачастую представлявшее интересы бывшей КПСС, не было заинтересовано в появлении законодательной основы для создания реальной многопартийной системы. В то же время либерально настроенные депутаты, избранные, как правило, от собраний граждан по месту жительства, были раздроблены, не смогли консолидироваться. Прохождение проекта, создающего правовую основу альтернативных партий, было жестко заблокировано.

В 1994 году в новоизбранную Государственную Думу, в комитет по общественным объединениям вновь обратилась группа экспертов того же Фонда "Интерлигал" с предложением вновь вернуться к рассмотрению целостного пакета законопроектов, регулирующих отношения государства и общества, который ранее вносился в Верховный Совет РФ. На этот раз на заседании комитета эта идея была полностью поддержана, принята в виде единой концепции и начала реализовываться. Приоритетным был снова признан разработанный в 1991 году законопроект о политических партиях, который был вынесен на пленарное заседание Государственной Думы уже в 1994 году. Однако большинство представителей объединений, прошедших в том числе по партийным спискам в Государственную Думу по итогам выборов 1993 года (в частности, депутаты от КПРФ, "ЯБЛОКА", ЛДПР и пр.) и получивших привилегии "парламентских партий", воспринимали дополнительные требования и обязательства, предусмотренные в проекте закона о партиях как обременительные и сковывающие их свободу, угрожающие их привилегированному положению во власти. Резкой критике подверглись требования законопроекта о запрете на создание партийных организаций на предприятиях; о недопустимости разжигания социальной розни; об ограничении участия в партиях неграждан РФ; об ограничении сроков полномочий лидера партии 4 годами и другие.

Требование же законопроекта об обязательном демократическом внутреннем устройстве партии было названо "вмешательством государства во внутренние дела" общественных объединений и "угрозой" партийной независимости. Дума принимать закон не спешила.

Тем временем продолжалось бурное развитие законодательства, и в октябре 1994 года был принят Федеральный закон "Об основных гарантиях избирательных прав граждан РФ", который, не содержа в себе законодательно определенного понятия "партии", сформулировал понятие основного участника избирательной кампании как "избирательного объединения", оценив его как "общественное объединение", устав которого предусматривает участие в выборах посредством выдвижения кандидатов... Это повлекло за собой исключительно важные последствия для всего регулирования отношений политического представительства. Во-первых, в выборах теперь мог реально активно участвовать широкий круг общественных объединений, в том числе и не претендующих на "звание" партии. Во-вторых, объединения оказались правомочны сами причислять себя к участникам избирательной гонки, а следовательно, и к субъектам политического представительства, включая соответствующие положения в свои уставы.

При этом четкого юридического определения самих "общественных объединений" в российском законодательстве не существовало до 1995 года, поскольку не был принят соответствующий российский закон, предлагавшийся как главное звено упоминавшегося ранее пакета законопроектов еще в 1991 году. Представленные и не представленные в Государственной Думе самозваные "партии" и "движения" как юридические лица создавались на основе закона СССР 1990 года.

При новом демократическом российском избирательном законодательстве 1994 года возникла реальная угроза безграничного расширения понятия политического субъекта и политического представительства, включающего всех участников прежней советской общественной жизни - от Комитета защиты мира до клуба нумизматов и Друзей пожарных дружин.

Кроме того, в июне 1995 г. был принят Федеральный закон "О выборах депутатов Государственной Думы...", который, вслед за Федеральным законом "О гарантиях избирательных прав...", отказался от упоминания политических партий как основных участников избирательной кампании, заменив их понятием "избирательного объединения". Основой последнего стало все то же понятие "общественного объединения". Кому же тогда могли быть нужны партии как механизм ответственного политического представительства, если они даже не были упомянуты в избирательном законе в качестве участников избирательного процесса? После этого закон о партиях утратил всякую актуальность. И был принят.

Это произошло после того, как из проекта были изъяты все формулировки, вызвавшие претензии фракций. 21 июня 1995 года законопроект был единогласно принят Государственной Думой в первом чтении. Одна из причин единодушия состояла в том, что новый закон уже не мог повлиять на начавшуюся предвыборную кампанию и никак не задевал интересов парламентских партий, которые уже вели свою предвыборную кампанию в качестве общественно-политических объединений.

На стадии второго чтения усилиями рабочей группы в законопроект были внесены серьезные изменения, которые несколько ужесточили требования к политическим партиям, но депутаты Государственной Думы уже занимались избирательной кампанией и "летние" законы практически не обсуждались. В результате проект был единогласно принят и во втором, и в третьем чтениях, но до верхней палаты - Совета Федерации - закон дошел только в 1996 году.

7 февраля 1996 года Федеральный закон, принятый Государственной Думой, был рассмотрен Советом Федерации. Комитет по конституционному законодательству и судебно-правовым вопросам верхней палаты дал отрицательную оценку. В частности, была отмечена недостаточная урегулированность статуса общероссийских, межрегиональных и региональных партий, порядка их регистрации, финансирования и форм контроля за их деятельностью. В результате Совет Федерации отклонил закон. Попытки разработчиков создать предусмотренную регламентом согласительную комиссию к успеху не привели, поскольку ни в Государственной Думе, ни в Совете Федерации не было в то время политических сил, заинтересованных в продвижении данного закона.

Формально до 2000 года проект находился на стадии "выработки компромисса" согласительной комиссией, которая так и не была созвана.

HOВAЯ ИНИЦИАТИВА: ПРЕЗИДЕНТ НАЧИНАЕТ И ВЫИГРЫВАЕТ

Сдвинуть процесс с мертвой точки - придать ему необходимую энергию - смог только новый избранный президент России. А реальную профессиональную инициативу мог предложить коллектив юристов Центральной избирательной комиссии, обладающий достаточным опытом и знаниями практических проблем участия партий в избирательном процессе.

Во-первых, проект закона предусматривает, что политические партии являются единственными среди коллективных общественных субъектов - участников избирательного процесса, кто правомочен выдвигать кандидатов (списки кандидатов) в органы государственной власти. При этом важно, что проект закона не ограничивает выдвижение кандидатов в депутаты, а также кандидатов на выборные должности от избирателей.

Во-вторых, как условие для признания статуса политической партии предусматривается ее обязательное участие в избирательных кампаниях, поскольку сам смысл создания и деятельности политической партии в отличие от общественного объединения заключается именно в том, чтобы участвовать в формировании представительных органов власти путем выдвижения кандидатов в депутаты. Для всех других важных функций коммуникации между обществом и властью существует другой легитимный субъект - общественные объединения. Поэтому именно обязательное участие в выборах и есть отличительный признак партии, ведь если объединение граждан в регулярных выборах участвовать не хочет - или не может, - зачем тогда создавать партию? Вполне достаточно статуса различных правовых форм общественных объединений.

В-третьих, для обеспечения соответствия деятельности партий демократическим принципам в новом проекте федерального закона предусмотрен порядок образования партий на учредительном съезде либо путем преобразования в политическую партию общероссийской общественной организации, общероссийского общественного движения при выполнении определенных требований к их уставам. Совершенно необходимо закрепить в законе, что принятие устава и программы политической партии, избрание руководящего органа, выдвижение кандидатов от политической партии, рассмотрение вопросов о реорганизации или ликвидации политической партии осуществляется именно на съезде партии, обеспечивая демократические нормы представительства, отражающие интересы широкого круга делегатов. Не случайно Вешняков, представляя проект в Государственной Думе, отметил, что сегодня подаются на регистрацию документы, когда высшие решения партий принимаются "на съездах" пятью делегатами и закон этого никак не регулирует, что совершенно недопустимо и нетерпимо с точки зрения демократических основ партийной жизни и статуса общероссийских политических партий.

В-четвертых, задача обеспечения финансовой прозрачности деятельности политических партий обеспечена целым рядом норм. Например:

- создание и ведение счетов политической партии в кредитных организациях на территории Российской Федерации;

- обязанность политических партий представлять в налоговые органы сводный финансовый отчет, содержащий сведения об источниках и размерах денежных средств, поступивших на счета политической партии и ее региональных отделений, о расходовании этих средств, а также об имуществе политической партии с указанием его стоимости и сведений о его регистрации;

- безналичная форма поступления пожертвований от физических и юридических лиц. Сразу оговорюсь, что эта норма не распространяется на порядок уплаты вступительных и членских взносов, если они будут предусмотрены уставом той или иной партии. Перечень лиц, которые не вправе вносить пожертвования политическим партиям, аналогичен перечню, установленному для выборов депутатов Государственной Думы и президента Российской Федерации.

Законопроектом также предусмотрен исчерпывающий перечень видов предпринимательской деятельности, которыми партия вправе заниматься. Это издательская деятельность, продажа сувениров. Эти положения закона - конкретные меры, существенно ограничивающие возможности финансовых махинаций.

И, наконец, государственное финансирование партий. В законопроекте предусмотрен переход от существующей системы авансового финансирования участников федеральной избирательной кампании с обязательным возвратом неизрасходованных остатков финансирования в зависимости от результатов федеральных выборов. Вопрос финансирования важен для избирателей, которые, голосуя за политическую партию, одновременно голосуют и за ее финансовую поддержку государством.

Любому непредвзятому читателю текста закона становится ясна его главная цель - не "злостно истребить" и "задушить руками бюрократов" новые демократические партии, а предъявить им серьезные законодательные требования на зрелость, на готовность работать прозрачно и ответственно. И делается это именно для того, чтобы вернуть им доверие граждан, а избирательному процессу - истинный смысл полномочного представительства интересов (партии за 10 лет существования без всякого специального регулирования не только не развились в сильные демократические структуры, отражающие интересы различных социальных групп, но и растеряли вообще всякое доверие населения, что подтверждается их чрезвычайно низким рейтингом во всех социологических опросах).

Итоги голосования по президентскому проекту:

Проголосовали за - 280 чел. (62,2%). Проголосовали против - 139 чел. (24,2%).

Воздержались - 4 чел. (0,9%). Голосовали - 393 чел. Не голосовали - 57 чел. Соответственно другие проекты набрали следующее количество голосов:

Проект Шеина:

Проголосовали за - 46 чел. (10,2%).

Проект Рыжкова:

Проголосовали за - 90 чел. (20,0%).

Проект Юшенкова:

Проголосовали за - 37 чел. (8,2%).

Проект Шишлова:

Проголосовали за - 21 чел. (4,7%).

(Важно отметить, что депутаты имели право голосовать больше чем за один законопроект.)

Победа президентского проекта тем более убедительна, что он рассматривался в чрезвычайно конкурентной обстановке, где всем "альтернативщикам" предоставили полное право изложить и агитировать за свои тексты. По всем проектам проведена полноценная дискуссия.

ПЕРВОЕ ЧТЕНИЕ СОСТОЯЛОСЬ, АЛЬТЕРНАТИВЫ ОСТАЮТСЯ

Фиксируя безусловную победу - при самом открытом, публичном и "альтернативном" обсуждении в Государственной Думе - президентского варианта закона, нельзя не учитывать, что попытки предложить иной порядок регулирования партий все же были представлены.

Итак, представляется, что проекты, которые были заявлены как альтернативные, которые на пленарном заседании ГД соответственно представили Шеин, Рыжков, Юшенков и Шишлов, сыграли свою безусловно важную роль в обсуждении перспектив государственного регулирования партийного строительства - уже тем самым фактом, что они были заявлены. Важно, что альтернативные идеи публично прозвучали, продемонстрировали озабоченность их авторов всегда опасным бюрократическим потенциалом применения некого регулирующего механизма, который может свести на нет конструктивный замысел.

Однако даже беглое прочтение текстов альтернативных проектов доказывает, что они были подготовлены наспех, очень небрежно, "лепились" из отдельных кусочков глав и разделов прежнего текста проекта, подготовленного еще в 1991-м, а затем в 1993 году. Эти проекты частично "перекрывают" друг друга, а в другой своей части не стыкуются по смыслу внутри одного "альтернативного" текста, размывая и перемешивая разные задачи: с одной стороны, заявить "новизну", с другой - оставить все как есть, и при этом авторы текстов часто путают и нарушают и предмет регулирования, и логику изложения, и устоявшиеся правовые термины и юридическую технику. Поэтому несмотря на то, что дополнительно обсуждались четыре новых проекта, полноценной альтернативы в них не было предложено, так как не было предложено альтернативное решение тех реальных задач, которые были поставлены политической практикой демократических выборов еще в 1989-1991 годах.

Все предложенные тексты в своей основе лишь возражали президентскому проекту по принципу "Только не надо нас вообще регулировать!", то есть по существу предлагали просто правовым образом закрепить ту систему, которая уже сложилась - с множественностью неэффективных и безответственных субъектов, которые и привели современную партийную систему к ее плачевному состоянию. К тому же выступления авторов альтернативных текстов часто грешили откровенным популизмом.

В то же время вывод о "безальтернативности" президентского проекта также был бы несправедлив, поскольку, несмотря на разнообразие и противоречивость предложенных другими авторами подходов, все они сходятся в одном очень серьезном положении, которое и представляет реальную альтернативу президентскому проекту. Ее ни в коем случае нельзя не заметить и недопустимо было бы проигнорировать.

Это вопрос о необходимости признания федеральным законодательством легитимности такого важного субъекта политической практики, как региональные политические партии.

В самом деле, единая позиция всех добросовестных критиков проекта основана на вполне оправданном сомнении: направлен ли этот механизм и отрегулирован на безусловную консервацию политической системы и соответственно закрепление доминирования на политической сцене тех игроков, которые на ней уже заняли лидирующие позиции, либо такое регулирование позволяет (создает возможность) для появления на этой сцене иных, новых действующих лиц? В ситуации, когда складывание политического спектра в стране только началось, с ясно осмысленными и четко выстроенными по идеологическому принципу программами выступают пока только два противоположных субъекта политической жизни: КПРФ и СПС. Все остальные до сих пор находятся в поиске своей идейной платформы, своей программы, своего избирателя.

Законсервировать ситуацию в таких условиях означает одно - лишить страну идейного и программного поиска, ограничить выбор существующим весьма невнятным набором, предоставить преимущества уже сложившейся партийной бюрократии, запретив партиям "вырастать" до федерального уровня снизу, из регионов путем легальной проверки своих программ на региональных выборах.

Вот такую альтернативу никак нельзя потерять.

Кроме того, как в отдельных формулировках представленных текстов депутатских проектов, так и во время выступления их авторов в Государственной Думе (и во время обсуждения, которое проходило и бурно, и вполне конструктивно) было высказано очень много конкретных улучшений к статьям и концептуальным идеям президентского проекта.

Работа над их внимательным изучением уже ведется. Все поправки, подготовленные ко второму чтению, снова будут тщательно обсуждаться. И - главное - новый и более подробный, строгий механизм правового регулирования партий безусловно предусматривает усиление при этом роли государства, государственных органов.

@@@
Старые задачи и сегодняшние альтернативы
Страсть к власти и воля к праву
Цена Хворостовского
Что же такое настоящее правосудие?
Что может национальная община?