"Дом Герцена"

@@

Сергей Есенин и другие

2000-03-31 / Вацлав Скальский Гуверовский архив существует при одном из самых престижных американских университетов, Стенфордском в Калифорнии. Это одно из самых полных и авторитетных собраний документов о советской стране - самых разных аспектах ее жизни. Когда прошло семь с лишним лет моего профессорства в Бостоне, я устал и начал поговаривать о возвращении в родные края, профессор Роберт Конквест (вы, возможно, знаете его книги "Большой террор" и "Жатва скорби", выходившие на русском) предложил мне поработать в Гуверовском архиве. Осенью прошлого и позапрошлого года я работал среди калифорнийских архивных ящиков, рылся в бумагах, узнавая очень много важного и интересного. Архив огромен, и многое в нем можно обнаружить, даже копая почти вслепую или не очень целенаправленно. Я просматривал архивы белогвардейских журналов тридцатых годов, рылся в личных коллекциях (только что Гуверовский фонд приобрел в Париже у Марии Розановой, вдовы Андрея Синявского, весь его архив и накупил немало попутных документов), не переставал удивляться богатству заокеанской коллекции. Случайно я натолкнулся на коллекцию бумаг Вацлава Скальского, огромное собрание манускриптов, касающихся советской литературной жизни в двадцатых-тридцатых годах. Время было очень интересное, информированные свидетели его выживали редко... К тому же недавно исполнилось 65 лет первому Съезду Союза писателей СССР - невиданной в мире организации, куда собрали множество пищущей братии из всех союзных республик, подчинив этих людей партийной фантазии, государственной задаче, заставив многих из них писать, что велели. С тех пор всякое бывало - вы об этом знаете, и я тоже знаю, потому что в течение ряда лет был секретарем правления этого самого Союза писателей СССР. В общем, я по своему усмотрению скопировал несколько глав из воспоминаний Вацлава Скальского и на всякий случай взял в Гуверовском архиве бумагу, разрешающую все это публиковать. Виталий КОРОТИЧ Примечания 1Всероссийская ассоциация пролетарских писателей. 2Его фамилия, кажется, была И.Новокшенов. 3Макс Истмэн: "Артистс ин юниформ", Нью Йорк, 1934 (Изд. Альфред Кнопф).



Сергей Есенин. 1925 год.

Мой родной язык - нерусский, по-русски я выучился только в 1916-1917 годах. Я тогда мог говорить, а потом и писать, но только статьи. Первые рассказы по-русски я стал писать не раньше начала двадцатых годов.

Примерно до начала 1925 года я непосредственного участия в руководстве ВАПП1 не принимал. Потом, кажется, с 1925 года я был сперва членом правления, потом членом президиума этой организации, а также и членом "напостовской группы", о которой я еще буду говорить.

Мои воспоминания об этом периоде времени, то есть о конце 24-го и начале 25-го года, тесно связаны с "Домом Герцена" в Москве (Тверской бульвар, 25). В этом доме помещались тогда различные литературные организации. Каждая из них занимала по одной комнате, часто комнатушке, и только Союз писателей обладал помещением несколько более обширным: двумя или тремя комнатами во втором этаже. Что касается РАПП (Российской ассоциации пролетарских писателей), а потом МАПП (московской) и ВАПП, то она также помещалась в "Доме Герцена" в одной комнате, являющейся одновременно и редакцией журнала "На посту", потом "На литературном посту". На стенах комнаты красовались лозунги, большей частью юмористического характера. Некоторые из них я помню: "Не пиши про доярок, если не умеешь отличить коровы от Вовки Ермилова" и "Наше комчванство ни в чем не уступает вашему".

Внизу, в подвальчике, помещался ресторан, в котором всегда можно было встретить многих писателей и который был открыт до поздней ночи. Бывал там часто Маяковский, заходили Юрий Олеша, Алексей Толстой, Виктор Шкловский, Всеволод Иванов, Леонид Леонов, Пантелеймон Романов - но обыкновенно днем. По вечерам и ночью ресторан обыкновенно был наполнен "крестьянскими поэтами", среди которых было значительное количество молодых людей, никакого отношения ни к поэзии, ни к литературе вообще не имеющих. Это были друзья поэтов, приходившие в "Дом Герцена" выпить. Пьянство принимало подчас буйный характер, но это случалось сравнительно редко. Писатель А.Свирский, заведующий "Домом Герцена" и рестораном, обладал большими дипломатическими способностями и пользовался общим уважением даже среди горьких пьяниц. Некоторым из них он в наказание за какое-нибудь буйство запрещал приходить в ресторан на неделю или две, других - в случае нужды - выводили по просьбе Свирского сами "крестьянские поэты", причем особенно отличался в этом отношении человек монгольского типа (впрочем, монгол по происхождению), автор книги "Потомок Чингисхана", которую режиссер Пудовкин взял потом в основу своего известного фильма, шедшего за границей под названием "Буря над Азией". Монгол, фамилии которого я не помню2, писал тоже стихи на крестьянские темы и отличался необыкновенной физической силой, что он приписывал своей привычке ездить каждый день на скотобойню, где он выпивал стакан животной крови. Некоторые писатели, по его уговору, пытались делать то же самое, но ни один проглотить крови не мог.

Бывал в ресторане "Дома Герцена" и Сергей Есенин, чаще всего в нетрезвом состоянии. Во время, когда я его там встречал, он производил впечатление человека, состоящего как бы из нескольких частей, плохо смонтированных между собою. Это было видно даже в его движениях и даже в те дни, когда он был трезв. Двигался он как-то робко, неумело, неисправно, как будто не был уверен, что сможет, например, поднять руку, когда захочет. Какой-то врач сказал мне тогда, что эта плохая координация движения - типичное явление при начале "делириум тремонс", которым Есенин тогда уже, несомненно, страдал. Но, мне кажется, тут было не только это. В Есенине был не один человек, а несколько, причем простой, умный или, быть может, "у себя на уме" деревенский парень доминировал, и этот парень был скромен той скромностью, которая почти всегда характеризует великий талант. Но вдруг его лицо менялось, в нем уже преобладала ненависть, именно не простая злоба, а ненависть - к людям, почти ко всем людям, и к самому себе. Несколько минут спустя он был уже опять другим человеком: чутким и добрым.

В декабре 1925 года он, как известно, покончил жизнь самоубийством. У него в это время было очень много друзей, с которыми он пьянствовал, которым он читал свои стихи или с которыми он - это тоже бывало - дрался. В "Доме Герцена" я чаще всего видел его с поэтом Кусиковым и писателем Мариенгоффом. Но настоящий, близкий друг был у него тогда, мне думается, только один: Григорий Устинов. Устинов был журналистом и писателем, я с ним одно время был близок, и источником нашей близости было довольно необычное обстоятельство: в 1918 году я был арестован немецкими военными властями в Ковно, и в газетах появилось сообщение, что я расстрелян. Устинов, с которым я был знаком еще в 1917 году, написал в московских "Известиях" очень лестное и теплое посмертное воспоминание обо мне.

После самоубийства Есенина в Советском Союзе и за границей было напечатано множество версий о причинах и обстоятельствах его смерти. По одной из них3, Есенин просил служащих "Английской гостиницы" в Ленинграде никого к нему не пускать, повесился вечером, и когда в 10.30 утра дверь была вскрыта по требованию Устинова, то Есенин уже много часов был мертв. Но сам Устинов рассказал мне о самоубийстве Есенина вот что.

Он с женой и Есениным поехал в Ленинград в тот период времени, когда у Есенина были в Москве большие неприятности, вызванные им самим. Он брал авансы во многих редакциях и издательствах, обещая принести стихи, и не исполнял обещаний. Кроме того, он продавал одно и то же стихотворение нескольким газетам или журналам, скандалил в редакциях, когда это становилось известно, и опять много пил. Дело дошло до того, что ему больше никто не хотел давать авансов, и московское редакторы условились между собою, что они не только не дадут ему ни копейки вперед, но и не будут его печатать, пока он не образумится.

В такой обстановке Есенин по совету Устинова поехал с ним и с женой Устинова в Ленинград. Никаких дел там у него не было. Устинов уговорил его поехать, чтобы поговорить с ним и повлиять на него, так как Есенин оказался в почти что безвыходном положении.

Разговор у них начался уже в поезде, и там же, в поезде, Есенина осенила идея, связанная, очевидно, с тем, что позже случилось. Он сказал Устиновым, что замышляет что-то, но не хотел сказать, что именно. Он говорил что-то в таком роде, что вот когда "вся Россия узнает", что он сделал, то тогда издатели, которых он вместе с редакторами московских газет и журналов особенно ругал, поймут, как они были несправедливы к нему, и сразу же переменят свое отношение к нему. Эту перемену отношения он особенно подчеркивал, повторяя все время, что они, то есть редакторы и издатели, будут "ползать перед ним", просить прощения и тому подобное. Я помню - со слов Устинова, - что его замысел был направлен к тому, чтобы "вся Россия опять его полюбила", а когда Устиновы сказали ему, что его и сейчас любят, но что он непременно должен облагоразумиться, то Есенин ответил, что они ошибаются, что его все ненавидят, но вот после того, что он сделает в Ленинграде, все сразу переменится.

Устиновы поехали с Есениным в "Английскую гостиницу", их комната была в том же этаже, что и комната Есенина. Они приехали рано утром, ночным поездом, и почти не спали по дороге. У Устиновых были в Ленинграде важные дела, они вскоре отправились в город и условились встретиться с Есениным за обедом в той же гостинице.

После обеда Есенин сказал, что ему хочется спать, и просил Устиновых, которые тоже собирались отдохнуть, разбудить его ровно через два часа. Он повторял это несколько раз, и когда добился обещания Устинова, что он разбудит его точно в условленное время, никак не раньше и не позже, то еще сверил свои часы с часами Устинова.

Устинов рассказывал мне, что ни он, ни его жена не обратили особого внимания на настояние Есенина, чтобы его разбудили именно в такой-то час. Они думали, что это с его стороны типичное пьяное упрямство без всякого значения. Есенин часто так упрямился, повторяя несколько раз одно и то же по совершенно пустяшным делам. Устинов даже рассердился, сказал Есенину: "Отстань и не дури мне голову", или что-то в таком роде, и в конце концов обещал постучать в его комнату ровно через два часа, только чтобы от него отвязаться.

Он пошел разбудить Есенина не в условленный час, а несколько позже. Есенин был уже мертв. Устинов был совершенно уверен в том, что Есенин не хотел умереть, а хотел только симулировать самоубийство, рассчитав точно время и надеясь, что Устинов спасет его в последний момент.

Я лично думаю, что так оно и было. Но тем не менее смерть Есенина не была, как мне кажется, случайной. Он родился и жил в революционные годы, в годы Гражданской войны, он был глубоко лирическим поэтом, и он, можно сказать, не подходил к этой эпохе, не находил в ней для себя места. Этим объясняются его метания, его несуразный брак с Айседорой Дункан, его буйства. Он когда-то сказал мне, что прочел в каком-то романе фразу: "Я не нашел ключей к новой эпохе" и что эта фраза относится также и к нему. Он сказал это с застенчивой улыбкой и сразу же, не желая быть заподозренным в застенчивости, разразился грубой бранью по адресу одного писателя, которого увидел где-то в другом конце комнаты, после чего бросил мне очень довольный, "победоносный" взгляд: смотрите, мол, какой я на самом деле. В другой раз, кажется в "Доме Герцена", кто-то в ресторане заговорил о группе "Долой стыд", члены которой раздевались догола и пытались разгуливать в таком виде по главным улицам Москвы с плакатами, на которых красовался этот лозунг. Происходило это в первые месяцы после революции, борцы против стыда не пользовались большим успехом, их избивала на улицах публика, и им обыкновенно приходилось спасаться бегством.

"Какие дураки, - сказал Есенин.- Не понимали, что гораздо легче раздеться внешне, чем внутренне. Пальтишко и штаны всякий снимет, никакого геройства тут не требуется. А ты вот душу свою голую покажи, если тебе не стыдно, тогда ты будешь настоящим поэтом, иначе нет. Но вот дело в том, что всем стыдно и историческое время тоже неподходящее".

"Вопрос не в историческом времени, - возразил один из его собеседников. - Для внутреннего раздевания оно никогда не было подходящим и никогда не будет, потому что это противоречит человеческой натуре".

"Противоречит? - закричал Есенин. - Значит, и поэзия противоречит. А вот мне не противоречит, слышишь ты? А впрочем, не знаю. Не знаю, зачем все это и зачем живу. Может, и не надо жить".

@@@
"Дом Герцена"
"Завидую, что у вас есть Толстой..."
"Каспийский форт Байяр"
"Кремль" нацелился на администрацию президента
"Химки-сити" уже построили
120 мест для эстетов
Аукцион на «Даче»

Бесподобный Роберт Уилсон

@@

В Москве полным ходом идет подготовка к Театральной олимпиаде-2001.

Всемирно известный режиссер наконец разложил все по полочкам

2000-05-06 / Григорий Заславский



Уилсон приоткрывает тайны ремесла.

Фото Петра Кассина (НГ-фото)

РОБЕРТ Уилсон, которого считают самым высокооплачиваемым театральным режиссером нашего времени, начинает работать над спектаклем по повести Гоголя "Записки сумасшедшего". Подробно об этом проекте (насколько это было возможно) он рассказал, перед тем как покинуть Москву. До "Записок сумасшедшего" Уилсон выпустит 17 мая "Пелеаса и Мелисанду" в Парижской опере, 19 мая, в Бонне - "Игру снов", 31 мая - инсталляцию на юге Германии "14 станций Христа", 26 мая, в Стамбуле состоится премьера "Смерти и разрушения", третьей части триптиха, первые части которой вышли в 70-х и 80-х годах.

Как уже мы успели рассказать, это будет моноспектакль, где главную роль сыграет Алла Демидова. Премьера состоится через год с небольшим, и уже можно предсказать, что она станет одним из главных событий Театральной олимпиады, к которой готовятся и в московском правительстве, и в Международной конфедерации театральных союзов. Уилсон входит в состав международного олимпийского комитета. Несмотря на то что Демидова не раз играла в спектаклях одного из главных идеологов театрального олимпизма Теодороса Терзопулоса, знакомство Уилсона с Демидовой произошло не на одном из европейских фестивалей, завсегдатаем которых стала Демидова, а в Москве год назад.

Таким Роберту Уилсону видится "Гамлет".

Встреча с Уилсоном проходила в кабинете Валерия Ивановича Шадрина, на третьем этаже МКТС, а в то же самое время на втором этаже английский режиссер Деклан Доннеллан репетировал с русскими актерами "Бориса Годунова". Среди "избранных" - Евгений Миронов, Александр Леньков, Михаил Жигалов, Дмитрий Щербина… "Борис Годунов" - еще одна премьера Театральной олимпиады 2001 года.

Когда Уилсон вошел, на экране была Демидова - кадры уже законченной работы режиссера Кирилла Серебряникова. В рамках известного, но так до сих пор и не дошедшего до эфира проекта АТВ Демидова читает "Темные аллеи" Бунина. Что-то заклинило в видеомагнитофоне, и потому картинка шла без звука. Уилсон, который пришел на интервью с Красной площади, где успел зайти в Мавзолей, тут же уставился в телевизор. Когда ему напомнили про журналистов, попросил не выключать: "Тем более что звука нет".

Помимо Мавзолея, Уилсон побывал в этот приезд в Большом театре. Но главным "символом России" для него остается русский конструктивизм 20-х годов: "Я его изучал, - говорит Уилсон, - и это много мне дало в моем будущем творчестве".

- Скажите, Роберт, как состоялось ваше знакомство с Демидовой?

- Меня пригласили на 35-ю годовщину "Таганки" в прошлом году. Я приехал. Меня попросили выступить после спектакля, и я выступил. Я увидел Аллу и сказал ей после спектакля за кулисами, что мне очень понравился спектакль. Я почувствовал родство душ, особенно в области ее исполнительского мастерства. Я сказал ей, что мне бы хотелось с ней поработать. Она выразила надежду, что у нас что-то получится. Я сказал: "Вы могли бы сыграть Гамлета". Она ответила: "О, это надо было делать много лет назад. Давайте подумаем о чем-нибудь другом". И предложила "Записки сумасшедшего". Я поразмышлял и согласился.

- А вы до того читали Гоголя?

- Я даже этот текст знал хорошо, поскольку читал его в школе много лет тому назад. Я даже, может быть, писал на эту тему какое-то сочинение.

- Это будет моноспектакль?

- Я не очень уверенно могу сказать, что получится из "Записок сумасшедшего". Вероятно, спектакль будет недолгим, не больше часа. Нужно еще подумать, - может быть, три часа. Еще ничего неизвестно. Сценография неизвестна… Может быть, все решится буквально через час. Время от времени, в течение 25 лет, я ставлю моноспектакли. В 70-е годы, например, я поставил спектакль для себя. Я ставил для Люсинды Чайльз, американского хореографа и актрисы. Для Джесси Норман, известной американкой певицы, я тоже ставил. Для Юты Лампер из "Шаубюне", для французской актрисы Изабель Юпер. И для английской актрисы Миранды Ричардс я тоже ставил. Впрочем, не обязательно для актрис, как не все, что я делаю, - моноспектакли. Я ставлю многолюдные пьесы, которые длятся очень долго. Один мой спектакль длился 7 дней.

- Для вас интересно, чтобы в работе принял участие русский сценограф, или же это будет ваш постоянный "соавтор" (Уилсон обычно сам сочиняет сценографию к своим спектаклям. - Г.З.)?

- Я бы хотел поработать с русским сценографом, но моя работа обычно очень визуально значима и я не разделяю режиссуру, сценографию... Я работаю на всех уровнях театрального творчества одновременно. Жест, декорация, свет, звук, режиссура, для меня это все - части целого. Я обычно начинаю с формы спектакля, с какой-то очень абстрактной формы. Я создаю своего рода рамку, которую потом заполняю. Этапы этого процесса можно обозначить вот так… (Уилсон берет лист бумаги и начинает рисовать: чертит столбики из римских цифр - от одного до пяти, против каждой римской цифры - буквы и греческие цифры - 18, 17, 20, перед каждой римской цифрой затем он пририсовывает по кружку, после чего еще левее выстраивается еще одна колонка - 4, 4, 5, 4…)

- "Что означает самая левая колонка?" - спрашиваю я, чувствуя, что еще немного - и он совершенно углубится в свой чертеж:

- Это - пять интерлюдий. Перед каждой из пяти частей… Я называю эти интерлюдии коленными чашечками, это - место, где соединяются суставы. Между каждыми двумя частями - такая коленная чашечка должна быть. В первом акте будут две темы - А и В, во втором - тема С… Третий… Это понятно? Такой очень формальный, абстрактный подход. Потом я смотрю все возможные комбинации, которые можно получить из сочетания разных частей. (На листочке появляются паровозики.) Теперь так. Структуру я понял. Этот столбик указывает приблизительное время: четыре минуты, четыре минуты, пять, четыре, четыре, а там - двадцать четыре, двадцать четыре… Когда все три темы объединятся, получается немного короче. Такой план помогает мне очень быстро представить всю работу. Если даже я ставил спектакль в 74-м году, я до сих пор все помню в деталях. (Я понимаю, что речь о каком-то конкретном спектакле 25-летней давности. - Г.З.) Вот, например, это - поезд, который тут идет, а тут уезжает. Здесь опять подъезжает. В первый раз - вертикальное освещение, когда поезд уезжает - свет с другой стороны. Свет у меня - тоже актер. Но свет "складывается" обычно за две недели до премьеры... Это - архитектурное построение, это не декорация. Но здесь, например, на горизонте у меня будет окно, пусть речь идет о человеке, который спит и видит сны. Значит, здесь обязательно должна быть кровать… Время для меня - вертикальная линия, которая идет к небу и в землю, а пространство - горизонтальная линия. Пересечение, как вы видите, получается архитектурным. У меня - архитектурный подход к созданию спектакля. Здесь, например, поле, пейзаж, и там - космический корабль в воздухе, здесь мы возвращаемся к теме А, к поезду, который удаляется в ночи. Здесь я хочу, чтобы была тюрьма, так… какое-то маленькое тюремное окошечко… и сюда присоединяем тему пейзажа. Здесь танцуют люди в поле, а космический корабль уже увеличился, он приблизился… От темы В осталась только кровать… И свет… Кровать поднимается и улетает… Вообще. Здесь нет никаких актеров. Только свет...

Когда я ставлю спектакль, то делаю такую "роспись" в тетрадке, визуальную книгу, которая заменяет мне декорации. Просто тетрадь, но в ней - архитектоника спектакля. Потом накладывается музыка, все остальное. Я работаю формулами, которые потом заполняются содержанием. То, что я нарисовал вам, - это опера, над ней можно работать три года. Надо же сначала родить идею, потом развить ее… Такой проект, как "Записки сумасшедшего", потребует года-полутора. Сейчас я буду заниматься разработкой формы - той самой структуры, рамы для спектакля, летом на Лонг-Айленд я проведу лабораторию, мастерскую, где буду разрабатывать эту тему. Там я обычно работаю над своими проектами, там попробую какие-то идеи освещения, визуальную сторону спектакля. Сначала это будет абсолютно беззвучная работа, без текста. Одна из моих проблем... то, что можно назвать возражением… касается того, что все, что я вижу в театре, - это почти всегда иллюстрация или оформление того, что я слышу. Я вчера был на "Иоланте" в Большом театре. Певцы и все оформление, и режиссура - от всего было впечатление, что задача была - проиллюстрировать текст. Для меня это скучно. То, что мы видим, так же важно, как то, что мы слышим. Почему обязательно все должно быть привязано к слову, к музыке - то есть к тому, что звучит? Может быть и по-другому. Мы думаем, что театр - это пьеса, текст, что опера - это где поют и слушают музыку. А для меня все - опера. Если мы обратимся к оригинальному значению слова, то окажется, что опера - это просто работа. Чтобы избежать иллюстративности или декоративности в работе над "Записками сумасшедшего", например, я буду думать о визуальной стороне, может быть, подумаю о какой-то хореографии. Чтобы все это не зависело от текста, постараюсь, чтобы эти элементы были самодостаточны. Потом я наложу текст. Иногда случаются неожиданные результаты. В прошлом году я ставил в "Метрополитен-Опера" "Лоэнгрина". Музыка Вагнера - стремительная и как бы стремящаяся вперед. У меня был хор - 30 человек, хор хотел в ритме музыки идти быстро, бежать. Я сказал: нет-нет, это похоже на школьный оркестр, марширующий по улице, или на русских солдат, которых я сегодня видел марширующими около Кремля. Сильное впечатление в моем случае складывалось из того, что хор шел очень медленно, а музыка, наоборот, была быстрой.

- Если воспользоваться вашими схемами и вашими словами о неожиданных результатах, возможно ли, что, взявшись ставить "Гамлета", вы, уходя от иллюстративности, в итоге поставите "Макбета"?

- (Серьезно.) Нет. Я ведь сам играл "Гамлета", все роли, и очень хорошо знаю пьесу. На прошлой неделе закончил "Гамлета" в Японии (начинает снова рисовать). Спектакль начинается как бы за несколько секунд до смерти Гамлета, когда вся жизнь, как вспышка, пролетает в одно мгновение и Гамлет видит всю ее. Между двумя частями последнего монолога Гамлета - арка, которую поддерживают две колонны. Одна - Офелия, другая - Гертруда. Примерно так же, как я вам чертил прежде. Но все это заполнено аспектами взаимоотношений Гамлета и Офелии, Гамлета и Гертруды. (Рисует.) Здесь Гамлет ведет себя совершенно как животное… (вскрикивает, как волк). В начале у меня была гора камней, на протяжении спектакля она становилась все меньше, в конце оставался один большой камень, потом он улетал. В центре оставался сундук с вещами всех персонажей, и Гамлет их достает и разбрасывает по сцене. По краям - платье матери и платье Офелии, Гамлет подходит к ним, хочет выбросить и не может. Он любит их и потому не может выбросить. Зрители, конечно, не видят ни этой арки, ни этих колонн - эти структуры вижу и знаю о них только я, они у меня в голове. Некоторые люди не могут работать с такими структурами, а я не могу работать без такой структуры. Можно ведь проанализировать и вычислить структуру музыки Моцарта, наверное, но для слушателей это не очень важно - потому что главное, как вы ее исполняете.

- Считается, что люди, окунаясь в иную культуру, пробуют ее на вкус. Логичнее было бы, вероятно, в России работать с актером русской школы. Вы же выбрали самую, если так можно сказать, западноевропейскую актрису. Согласитесь, странно было так далеко ехать, чтобы найти в России совершенно уилсоновскую актрису?!

- Я не занимаюсь психологией во время работы, я ненавижу психологию. Я ненавижу натурализм в театре. Для меня эти вещи делают все искусственным. У меня формальный театр, холодный, держит зрителя на расстоянии. Мой театр - медитативный. Не знаю пока, что такое Алла. Я видел ее, она мне понравилась. Я выразил готовность поработать с нею. Мне показалось, что у нее есть сила, что она мощно управляет своим телом, ее присутствие на сцене очень значительно. Голос, пространство - она всем этим владеет и все это чувствует. Мне была интересна дистанция, на которой она держится. В ней есть какая-то загадка.

@@@
Бесподобный Роберт Уилсон
Бои городского масштаба
В Нью-Йорке все спокойно
В огненной наркозападне
В пожаре, вспыхнувшем в общежитии МГУ, погибли 11 человек
В пожаре, вспыхнувшем в общежитии МГУ, погибли 12 человек
В списках не значился

Вторая родина становится мачехой

@@

Почему индийцы не едут учиться в Россию

2006-06-26 / Владимир Скосырев







Индийские женщины имеют возможность увидеть весь мир, но жить предпочитают дома.

Фото Reuters

Алка Джайн за последние десять лет ни разу не была в отпуске. «Я не люблю отдыхать, мой отдых – работа», – говорит она. «Но ведь в Москву ты ездила, побывала в своем Первом меде, – возражает муж, тоже, как и Алка, доктор. «Да, это было в 96-м году», – соглашается она.

С тех пор за Алку отдыхает семья. Муж – его зовут Джинендра – обычно уезжает летом вместе с сыном и дочерью куда-нибудь в горы, где не так изнуряюще жарко.

Мы сидим в гостиной дома супругов-врачей. За окном мелькают фары проезжающих машин, вдали видны огоньки рекламы, но улица в этот поздний час погружена во тьму. С электричеством в Газиабаде, городе-спутнике Дели, напряженка. Зато гостиная на втором этаже массивного двухэтажного дома ярко освещена. Ток подает собственный генератор, установленный в здании. Это не роскошь, а необходимость. Ведь на первом этаже находится частная гинекологическая клиника, в которой Алка и хозяин, и врачеватель.

Алку знает масса женщин, живущих в Газиабаде, да и соседних городках. И если что неладно, идут к ней.

Заповедь «плодитесь и размножайтесь», которая обрела крайнюю актуальность в нашей стране, по мнению Алки, для Индии вредна. «Вы видите толпы на улицах. Люди необразованные, рожают одного за другим. Роды обычно принимает на дому акушерка. Она тоже без образования. В случае осложнений обращаются ко мне», – говорит Алка.

@@@
Вторая родина становится мачехой
Где живут люди
Генерал-мэр штурмует квадратные метры
Герои будут голодать поочередно
Гладильные снаряды Андрея Воробьева
Грызун стал брэндом
Двух бродяг спасали 72 пожарных

Дежа вю в Кабардино-Балкарии

@@

В Нальчике опять штурмовали жилой дом, но взять боевиков живыми снова не удалось

2005-02-21 / Андрей Рискин, Александр Шаповалов







Боевики все чаще устраивают свои базы не в горах, а в городских квартирах.

Фото Александра Шалгина (НГ-фото)

Вчера утром спецназ в Нальчике штурмом взял квартиру на втором этаже дома на улице Шогенцукова, в которой засели боевики. Операция началась после того, как длившиеся более двух суток переговоры о сдаче завершились безрезультатно, и проходила по тому же сценарию, как в декабре в Махачкале и в январе в том же Нальчике. Штурмующие использовали пулеметы и гранатометы, после чего боевиков забросали гранатами с газом (по некоторым данным, использовался слезоточивый газ «Черемуха»).

«В 7.20 утра начался шквальный огонь, но через несколько минут установилась тишина, – рассказал «НГ» житель Нальчика Анатолий Баташев, наблюдавший за боем прямо из своих окон. – В 7.48 интенсивная перестрелка возобновилась. Потом раздался взрыв – и снова затишье. В 10.23 с интервалом в минуту – еще четыре мощных взрыва, после чего из окон квартиры повалили густые клубы дыма. Вскоре подъехали пожарные, но с огнем им удалось справиться только через полтора часа».

С самого начала операции вокруг дома было выставлено оцепление из сотрудников республиканского МВД, УФСБ и Внутренних войск. В ночь с пятницы на субботу было принято решение об эвакуации населения. Как сообщил «НГ» руководитель пресс-службы Южного регионального центра МЧС Олег Греков, из дома № 19-19А и двух соседних зданий были эвакуированы около 250 человек. Сначала все жильцы осажденного дома были размещены в расположенной неподалеку средней школе, затем люди разошлись по родственникам и знакомым. 24 человека были поселены в гостинице «Россия».

@@@
Дежа вю в Кабардино-Балкарии
Дом Пашкова: Румянцевка, Ленинка, РБГ
Жалобы мирного обывателя
Иллюзия предмета
История в отблеске пожара
Книжная ярмарка с крокодилом и обезьяной
Крупный пожар в "Измайлово"

Крючок для установки глаз

@@

Кукольник – это патологоанатом в мире игрушек

2005-03-15 / Галина Окулова







Лицо куклы – автопортрет мастера.

Посреди светлого просторного зала три интеллигентные женщины средних лет, словно макбетовские ведьмы, раздирают на части лохматую овечью шкуру. Дело происходит в выставочном зале на втором этаже центра «Дом» – пока внизу продвинутая публика выпивает под тувинское горловое пение, наверху собрались выпускники курса по изготовлению авторских кукол (подобных школ в столице около десятка). Шкура пойдет на волосы для будущих кукол, хотя можно, разумеется, воспользоваться и синтетикой, благо с материалами для этого распространенного хобби в Москве проблем нет.

Сколько кукол - столько и профессий. Собственно кукольники – те, кто делает подобия людей или животных из разных пластиков или фарфора. Отдельной строкой идут чулочники, которые шьют кукол из ткани и потом набивают их ватой, опилками или специальными шариками. И есть еще медвежатники, сиречь теддисты – они специализируются на игрушечных медведях.

Инструменты кукольника похожи на хирургические – металлические шпатели, скальпели-резаки, изуверские крючки. На столе лежат крохотные ноги, руки и голова неприятно правдоподобного телесного цвета, рядом в коробочке насыпаны стеклянные глаза. С фарфором могут работать только профессионалы, новичкам же проще с пластиком, который потом кладут затвердевать в обычную кухонную духовку.

@@@
Крючок для установки глаз
Лукавые решения
Медведев попросил снять галстуки
На задворках 42-й улицы
На коньках и с чаем
Нет предела Беспределу
Ночь в штабе в зареве пожара

Пиво и зрелища

@@

Как кино помогает испортить фигуру

2002-10-22 / Вероника Гудкова



Нефильтрованный "Пауланер" - мечта пивного маньяка. Литровая кружка - мерка, которой он меряет свое счастье. "Пять звезд" - единственный кинотеатр, где "Пауланер" подают литровыми кружками (по 360 рублей литр). Сегодня в кино идут не только для того, чтобы посмотреть кино. Идут поесть и напиться.

"Встретимся у паровозика", - сказала мне подруга. На входе в "Пять звезд" я недоверчиво спросила у охранника: "Простите, где у вас... поезда?" "Поезда?! А-а, детская железная дорога! - наверху". "Пять звезд" позиционирует себя как главный детский кинотеатр столицы. Поэтому для удовольствия детей (и отдыха родителей от них), кроме постоянной детской киноафиши (детский сеанс - от 30 до 100 рублей), предусмотрено множество трюков - от экзотического катания на "веселом паровозике" по периметру здания до сдачи отпрысков в детский центр на попечение воспитателей во время "взрослого" фильма. Пока родители пьют пиво или развлекаются на сеансе "детям до 16...", детки лазают по деревянным замкам, расписывают тарелки, примеряют на себя театральные костюмы и кинороли. И родителям нет входа в их мир. На вопрос: можно ли прокатиться на поезде девушке миниатюрной комплекции, - менеджер радостно отвечает: "Я бы разрешил... но вот хозяин на втором этаже сидит. Он не разрешит".

"Пять звезд" - один из первых полноценных мультиплексов со всем спектром удовольствий. 350 рублей за поход на "Знаки" вечером в пятницу (VIP-место в центре зала) и 300 рублей за место сбоку. Хоть разница невелика, студенты все равно экономят, и с мест в центре их приходится гнать. А с утра кинопоказ доступен за 60 рублей. Помимо ресторанов, DVD-видео-киоск, сувенирно-игрушечная лавочка и аквариумы с рыбками. По выходным на большом проекционном экране транслируют каналы НТВ+ (даром). Слишком пестро для хорошего места. В ресторане пельмень с рыбой внутри, перевязанный ленточкой из увядшего лука, почему-то зовется "Баунти" (160 рублей). А вокруг дико пахнет попкорном.

За спокойствием можно пойти в "Ролан" - самый первый из элитарных кинотеатров Москвы. Поначалу демократическая публика опасливо обходила парадный подъезд бывшего кинозала фонда Ролана Быкова, у которого были припаркованы очень дорогие машины - кабы чего не... Богатые люди, наоборот, испытывали настоящий шок, садясь в мягкие бесформенные кресла. Теперь ажиотаж спал: мягкие кресла перекочевали в МДМ, а студенты уже не боятся иномарок (теперь нижний предел цен в "Ролане" - 50 рублей утром в будни, а верхний - 400 рублей вечером в выходные). Как рассказали администраторы, бывший VIP-зал стал ныне просто Малым залом, так как для руководства "Ролана" любой зритель "уже есть VIP-персона по определению". И хоть лоток с попкорном стоит прямо перед входом в большой зал, "Ролан" остается по-прежнему "именем символическим".

"Совы - не то, чем они кажутся", - эту крылатую фразу из "Твин Пикса" вспоминает первым делом посетитель "Ролана". Перед зрителями открывается красивый холл: 4 колонны, "звездное небо" (с потолка подмигивают светодиоды), те самые совы и круглый диван с мягкими подушками. А справа от входа - элегантный ресторан "Ностальжи", где играет джаз, а самые простые блюда известны под самыми затейливыми названиями (например, "Переход Суворова через Альпы"). Ужин в "Ностальжи" без вина (на двоих) отольется юноше в звонкую сумму от 80 баксов, а с вином... может уйти в запредельность (до 5000 баксов за бутылку вина). Винной картой здесь гордятся.

В "Формуле кино" винная карта не в почете. Это место, где процветает шопинг. Девятизальный мультиплекс расположен в месте, с одной стороны, пафосном - последнем шедевре "москвостроя", торговом комплексе "Атриум". А с другой стороны (в прямом и переносном смысле), располагается место совсем не пафосное - Курский вокзал. И это соседство, по собственному опыту скажу, несколько отпугивает. Но администрация мультиплекса борется за избранную аудиторию героически, не жалея сил и средств.

Один из 9 залов "Атриума" носит гордое имя "VIP". Это небольшой зальчик на 32 места с толстобокими кожаными креслами. К каждому креслу приделана консолька с кнопкой вызова официанта - для пополнения запасов попкорна и колы, а также пульт управления механизмом, превращающим кресло в, по старинке говоря, лонгшез. Несмотря на то что крутят в VIP-зале тот же репертуар, что во всем остальном мультиплексе, билеты стоят примерно втрое дороже (до 1000 рублей). Но народ, по признанию администраторов, идет, особенно в день премьеры.

Есть кинозалы и в других многоэтажных "продавалках" ("Золотой Вавилон" или "Охотный Ряд"), но ничего сугубо VIP (кроме нескольких более дорогих рядов в кинозале) они не предлагают и уж элегантностью не отличаются. За элегантностью следует идти в совсем другие места. Правда, это будут уже не "кино-кафе", а "кафе - кино", но тут уж кому чего больше хочется. По соседству с бутиком Hermes работает дорогая кофейня "Москва-Рим". Кофе "под кино" в Столешниках стоит вокруг 100 рублей, а десерты - от 110 рублей. Счет на двоих - от 800 рублей. Но чтоб фигуру сохранить, нужно крепко подумать, стоит ли переедать...

...Поедание башмаков - одна из лучших сцен у Чарли Чаплина. Говорят, что для фильма "Золотая лихорадка" ботинки делали из листов шоколада, и Чаплин играл 9 дублей - до тех пор, пока уже смотреть не мог на шоколад. Вот тогда-то он и сыграл последний дубль - гениальный...

@@@
Пиво и зрелища
Пирожки с человечиной как средство от несчастной любви
Позвонит ли Джереми Айронс Нелли Закировой
Похищено 16 картин на 1 миллион долларов
Почтамт замкнули арендаторы
Президент и Папа говорили на одном языке – немецком
Прощание с Раисой Горбачевой

Путешествие из Москвы в Курск

@@

Антикомфорт как верный способ смены картины мира

2005-10-14 / Вероника Чернышева







Кому в Курск, кому в Петушки, но холодную громаду вокзала не миновать.

Фото Евгения Зуева

Приглашение пришло по SMS: «Приезжай, здесь по утрам отовсюду слышен колокольный звон».

Курский вокзал. Что-то запредельно-инфернальное побывать там ночью. Особенно если примчишься к 23.15, а этот поезд, оказывается, только до Льгова, и ждать следующего надо до 0.30. Ни в коем случае не следовать за стрелкой с надписью «Залы ожидания» – она почему-то неизменно заводит в никуда, и уж тем более не соблазняться надписью «Комнаты отдыха» – она приведет в пустынный, давно вымерший, холодный серый коридор на втором этаже, из входа в который косится на тебя ни дать ни взять Баба-яга в пыльных лохмотьях, жадно поедая батон из болоньевой сумки и еще что-то малоаппетитное из целлофанового пакета. Вернуться на место и замереть, пока доброжелательная тетенька электронным голосом не позовет в другую запаутиненную, дурно пахнущую изнанкой человеческого нутра и еще более холодную даль – в потустороннее, к платформам.

Ночью у проходящих поездов не все вагоны открываются, и не отовсюду выходит проводник, готовый забрать тебя с этой натурной площадки для «Ночного дозора» в теплый, благоухающий чаем из стакана с подстаканником вагон. Ничего не объясняет и не узаконивает номер вагона в билете. Остается достучаться или уповать на равнодушное беззвездное небо.

@@@
Путешествие из Москвы в Курск
Радуев продолжает сожалеть
Рапорт в пять тысяч метров
Ростовские бродяги
Русская душа осталась только на кухне
Русский Сен-Бриак
Русский пейзаж с элементами вандализма

Светлые задворки зоопарка

@@

Тост за Госцентр современного искусства, который вселился в новое здание

2001-08-14 / Михаил Сидлин Государственный центр современного искусства Министерства культуры России - организация, созданная в 1992 году для музейно-выставочной и исследовательской работы в сфере актуального искусства. В настоящий момент имеет филиалы в Петербурге, Екатеринбурге, Калининграде, Нижнем Новгороде. ГЦСИ хранит государственную коллекцию современного искусства. За время своей работы этот центр поддерживал самые разнообразные художественные инициативы и самостоятельно организовал десятки выставок в Москве, регионах России и за границей. До настоящего момента ГЦСИ в Москве базировался на втором этаже небольшого особняка в Воротниковском переулке, где не было места ни для выставочного зала, ни для хранения коллекции. Недавно Госцентр отметил новоселье в просторном здании по адресу Зоологическая, 13. В его новом зале идет выставка плакатов и оборудования с завода "Теасвет".



ГЦСИ? А-а, Леня Бажанов! Вот как реагируют на странное сочетание из четырех букв художники. И правильно. Организации - это люди. Центр современного искусства в Москве придумал Леонид Александрович Бажанов.

Художники селятся в окрестностях зоопарка. Теперь в пяти минутах ходьбы от мастерской Церетели на Грузинской площади расположился ГЦСИ, в "Доме Поленова". В начале прошлого века архитектор Шишковский построил дом с башенкой над прудом зоопарка, а Василий Поленов выдумывал в нем новые декорации для народного театра. Потом, в 1921 году, началась новая история - завода "Теасвет". Там делали первые советские магнитофоны, придумывали освещение для Дворца Советов и выпускали "световые пушки" для театров всей страны. Но Страна советов растаяла как дым, и здание передали ГЦСИ. Он достойно продолжит просветительную работу завода и Поленова. Это доказывает первая выставка - историческая. Но значительно интересней история самого ГЦСИ.

Сначала был "Эрмитаж". Свободная площадка для экспериментов. Не было в Москве ни частных галерей, ни тем более Музея современного искусства. Не было в России ни ЗАО, ни ООО. Но пришло время безумия - перестройка. И появилось Т/О "Эрмитаж", творческое объединение. На поверхность вылезли все те художники, о которых до этого слышали только друзья. И расплодились новые. Они были невероятны. Гарик Виноградов - колоритный, как молодой Маяковский. Гоша Острецов - с его соцартовскими костюмами. Все было внове. Год - 1987. Место брожения - "Эрмитаж".

30 августа 1991 года был открыт Центр современного искусства на Якиманке. Первый абсолютно независимый и негосударственный. Он фактически породил мощное галерейное движение в Москве. Разрозненные дотоле галерейщики получили полюс притяжения. Вокруг ЦСИ немедленно возник целый куст новых галерей. Сколько проектов было с ним связано! Талантливые молодые архитекторы мечтали о чем-то вроде Хрустального дворца посредине старой Москвы. Архитектурная утопия так и не нашла места. Московский Центр Помпиду не был построен. ЦСИ бесславно умер так же, как умер до этого "Эрмитаж". Но перед этим - как и "Эрмитаж" - дал вектор движения московскому искусству. 10 лет прошло.

ГЦСИ. Художественный журнал. Московский дом фотографии. Вот 3 предприятия, которые пережили прошлый век. Вот то, что удалось создать за эти годы организаторам московской артжизни. Все остальные мегапроекты, возникавшие в девяностые, либо были слишком эфемерны, либо слишком локальны, либо слишком бессодержательны. Одни не пережили собственной краткой славы. Другие рухнули под грузом финансовых обязательств. Третьи влачат жалкое существование умирающих.

Почему? Нет ответа, кроме одного - три выживших мегапроекта были хорошо придуманы. ГЦСИ - организация, которой не раз за эти годы предрекали бесславную смерть. Она могла задохнуться не раз, не два и не три, но бодрится вопреки здравому смыслу и объективным обстоятельствам. Прежде всего ее сотрудникам очень мало платят (точно так, как и всем госслужащим от культуры). Во-вторых, у центра - нестабильное финансирование (как у учреждения, которое проходит третьим сортом - после Большого Большого Пребольшого Театра и др. культурных монстров). Вот те парализующие яды, которые отравили и более сильных. Десятки более мощных организаций - с именем! с положением! - в таких условиях навсегда стали заповедниками теток в мохере. А ГЦСИ возник и выжил.

Бабло и карьера - вот лозунги девяностых. Фундаментом большого проекта может быть дружба? Не было ничего нелепей такого предположения - в конце века, когда жажда наживы, как корь, заражала даже привитых бессребреников. Энтузиазм? Слово, выпавшее из словаря. Но, по совести, я много лет знаком с деятельностью этих людей и не нашел в ней никаких других скреп, кроме дружбы и энтузиазма. Нет ни одного человека, который бы сделал себе Большую Карьеру благодаря работе в ГЦСИ. И нет ни одного, кто сделал бы Большие Деньги.

Давайте дружить, и всем будет хорошо. Но не просто дружить, а содержательно. По сути, ГЦСИ - идеальный проект советского шестидесятника. В сердцевине их старого здания - кухня с постоянным праздником. Именно там все долго пили чай, говорили о чем попало и ближе к вечеру переходили на более крепкие напитки. Но при этом - на заднем плане, в комнатах - все время происходила какая-то работа: щелкал факс, звонил телефон, гудел компьютер. И те, кто сидит за столом, как-то незаметно перемещались туда-сюда, туда-сюда. Делали выставки.

Сложно хвалить такую контору, как ГЦСИ. В их способе работы сразу видно множество недостатков: первый и главный - это абсолютная безответственность. Недостатки - продолжение достоинств. Дружба предполагает взаимную нетребовательность. "Когда, когда наконец мы станем нормальной организацией?" - при мне, случайно зашедшем критике, распекал одного из своих подчиненных директор. Возможно, именно в этом - секрет успеха. В том, что "творческое объединение" никогда не сможет стать обычной конторой с исполнительными секретаршами внизу и тусклыми бюрократами наверху.

Художники обычно известны больше, чем те, кто их пестует. А напрасно. Часто люди, открывающие художников, гораздо более интересны, чем их открытия. Основатель Т/О "Эрмитаж", первый худрук ЦСИ на Якиманке и нынешний артдиректор ГЦСИ - один человек. И нынешний праздник (по сути, 10-летие ЦСИ в Москве) - его. И новоселье - тоже прежде всего его новоселье.

@@@
Светлые задворки зоопарка
Сенсационные признания Шапошникова
Сибирская язва спровоцировала почтовую лихорадку
События и происшествия: вести
Три дивизии для двух террористов
Ударам под сердце здесь не научат
Урок ужаса

Химическая атака в рамках подготовки к зиме

@@

Десятки жителей районного центра Вологодской области пострадали, отравившись из-за халатности коммунальщиков ядовитыми парами хлора

2004-11-01 / Евгений Соловьев







Жители Верховажья, к несчастью, не были снабжены противогазами.

Фото Натальи Преображенской (НГ-фото)

Прокуратура Вологодской области расследует обстоятельства трагедии, произошедшей в регионе по вине коммунальщиков. В ходе подготовки к зиме в районном центре Верховажье проводилась очистка канализационных труб раствором соляной кислоты, в результате чего в считанные минуты ядовитые пары хлора через канализацию проникли в десятки зданий поселка. В результате ЧП в туалетной комнате районной администрации погибла 25-летняя Наталья Суховская, а в районную больницу были доставлены десятки пострадавших.

Коммунальщики начали очистку канализации со здания районной администрации. В 14.30 соляная кислота была залита в систему коммуникаций неподалеку от здания администрации, через два часа раствор слили в канализацию. А спустя пару минут из туалетной комнаты на втором этаже здания администрации района вынесли без признаков жизни бухгалтера отдела образования Наталью Суховскую.

Как рассказывали очевидцы, когда открыли дверь туалета, оттуда вырвалось белое смертоносное облако. Газ расползался по кабинетам и коридорам. Служащие, которые собирались уходить по домам, вдруг почувствовали признаки отравления – сильную головную боль, резко подскочившее давление, пощипывание глаз, першение в горле, тошноту. В тот день в районную больницу были доставлены десять человек, в последующие дни – еще 50.

@@@
Химическая атака в рамках подготовки к зиме
Чебурашка заговорит по-чукотски
Человек, обреченный на инаковость
Чем отличаются бриллианты от женщин
Чтобы не разболеться в тюрьме, Михаил Коданев даже спит в шапке
Чубайс захаживал к Мане
Якутия никак не оправится от шока