"Геращенко не понимает своего счастья"

@@

Депутат Госдумы Александр Шохин считает, что передача полномочий НБС нужна не из-за чьего-то желания "порулить" Центробанком

2001-09-11 / Екатерина Власова, Елена Лашкина Уже в сентябре в Госдуме начнется обсуждение реформы банковской системы - одного из слабых звеньев российской экономики. Несмотря на то что законопроект еще не поступил парламентариям, довольно ясно наметился конфликт между основными разработчиками вариантов реорганизации кредитно-финансовой сферы. И это понятно: фактически идет борьба за контроль над активами Центробанка, единственного лакомого куска, который еще не успели поделить. В схватку вступили не только руководители самого Центробанка, но и Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП). Точку зрения Госдумы в интервью "НГ" представил руководитель комитета по кредитным организациям и финансовым рынкам Александр Шохин. ИЗ ДОСЬЕ "НГ" Александр Николаевич Шохин родился 25 декабря 1951 г. Окончил экономический комитет МГУ. В 1994 г. был министром экономики РФ, вице-премьером по финансово-экономическим и внешнеэкономическим вопросам. Депутат Госдумы 1-го и 2-го созывов. В настоящее время - руководитель комитета по кредитным организациям и финансовым рынкам Госдумы.







Александр Шохин.

- АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ, чем вызвана необходимость реформирования банковской системы? Ведь она только пришла в себя после кризиса 1998 года, выдержит ли она такое хирургическое вмешательство?

- Реформа должна вестись методами терапии. Разговоры о необходимости банковской реформы начались еще в августе 1998 года, когда выяснилось, что наша банковская система не защищена от системного кризиса. Они велись по инициативе Международного валютного фонда и Всемирного банка, которые настаивали на том, чтобы реформирование банковской системы было первоочередным направлением институциональных и структурных реформ. До весны этого года, когда мы отказались от внешних займов, это было одним из условий предоставления кредита МВФ. После принятия этим летом эмвээфовского пакета банковских законов реформа стала внутренним делом России.

- Какая проблема сейчас находится в центре дискуссии?

- Главное - это структура банковской системы. Мешает прежде всего отсутствие внятной линии правительства и Центрального банка по отношению к базовой структуре. Все-таки у нас двухуровневая банковская система (Центральный банк и коммерческие банки) или трехуровневая?

Считается официально, что у нас именно двухуровневая система. Но в то же время по факту сложилась трехуровневая. И третий уровень - это государственные банки. Кредитные учреждения с государственным участием стали преобладать на рынке банковских услуг после кризиса.

- Но тогда это было довольно объяснимо.

- Это было объяснимо, поскольку многие банки рухнули, но сейчас, когда острая фаза кризиса преодолена, трудно мотивировать, почему организации с государственным участием должны являться основой российской банковской системы. А правительство пока что здесь четко не определилось. Хотя у нас есть уже общее мнение, что Центральный банк должен выходить из капитала кредитных организаций по определенному графику, рассчитанному на несколько лет. Выход Центрального банка не снимает вопроса о том, кто же будет их владельцем. Буквально до последнего времени складывалось такое ощущение, что на эти банки правительство хочет наложить руку и перевести их под свое крыло. И это при том, что у кабинета министров и без того есть несколько десятков своих банков и других кредитно-финансовых институтов, эффективность которых невелика. Такого типа трехуровневая система, на мой взгляд, нам не нужна. Государственные банки, безусловно, имеют право на существование, но надо четко определить баланс их привилегий и поражений в правах.

- Что входит в понятие привилегий и поражений в правах?

- Привилегии - это доступ к публичным ресурсам, к бюджету и другим публичным, внебюджетным фондам. А поражение в правах - это ограничение на спектр банковских операций, которые они могут осуществлять. Целесообразнее их трансформация в некие правительственные агентства, которые могут быть и небанковскими кредитными организациями, своего рода специализированными казначействами, если таковые нужны.

- Но есть и другой подход к реформированию банковской системы, предложенный бюро РСПП.

- Представитель РСПП Александр Мамут изложил позицию этой организации, которая предполагает деление всех коммерческих банков на две категории - федеральные и региональные. Федеральные, по замыслу РСПП, должны отвечать повышенным требованиям к размеру капитала. РСПП предлагает выдавать генеральную лицензию, включающую право открытия филиалов по всей стране и корреспондентских счетов в иностранных банках, только банкам с капиталом, эквивалентным 100 миллионам и более долларов.

- Что же с остальными банками?

- Остальные банки, по замыслу рабочей группы РСПП, не должны обладать правом открытия филиалов по всей стране, а могут работать только в субъекте или группе взаимосвязанных субъектов Федерации и вести операции с иностранными банками через российские банки с федеральной лицензией.

Очевидно, здесь просматривается озабоченность проблемы недокапитализированности банковской системы. Такая работа, безусловно, нужна в том числе и потому, что рано или поздно в Россию придут в большом количестве иностранные банки. После вступления России в ВТО национальные рынки открываются в большей степени, поэтому придет больше компаний, а вслед за ними и иностранных банков.

- А при этом выживут ли российские?

- Чтобы они выжили, нам нужно их подталкивать к консолидации, причем не административными мерами, а ужесточением требований. В их основе должны лежать положения Базельского комитета банковского надзора. Прежде всего это достаточность капитала - наиболее емкий показатель надежности банка. Базельская норма - 8%. Можно было бы ввести аналогичный показатель, но не для всех банков, а только для тех, которые хотят иметь генеральную лицензию. Остальные ЦБ может ограничивать в наборе операций, которые они осуществляют. Самый яркий пример - работа со вкладами населения: есть 8, а может, и 10% достаточности капитала - получай лицензию на право привлечения частных депозитов, на участие в системе гарантирования вкладов, которая создается государством. Такой дифференцированный подход не ущербен для мелких и средних банков: они остаются на площадке, но если они не выполняют определенных повышенных требований, то не получают и права на работу с каким-то видом операций.

- Однако многие, в частности представители региональных банков и Ассоциация российских банков, считают, что в случае такого проведения банковской реформы произойдет резкое сокращение числа вполне дееспособных кредитных организаций почти в три раза.

- На самом деле только при переходе с 1 января 2004 года на международные стандарты финансовой отчетности сразу может исчезнуть половина банков. Ведь российские нормы намного мягче. Так, по капиталу многие банки, которые по российским стандартам в плюсе, по международным - в глубоком минусе. Например, еще у многих банков в активе есть ГКО и другие бумаги, которые после кризиса 1998 года обесценились. По российской отчетности они в балансе сидят по цене покупки, а по международной отчетности - по рыночной цене. Цена покупки и рыночная отличаются в несколько раз. Поэтому, даже если банк и испытывает некоторые сложности, он не продает свой пакет ГКО и другие "дефолтные" бумаги, потому что, как только он их продает, он показывает убытки и подлежит банкротству или ликвидации.

- И что же делать в такой ситуации? Ведь получается, что банковская система будет сильно ослаблена одним только переходом на международные стандарты отчетности.

- Нам нужно подготовить несколько ниш. Реальных банкротов надо банкротить и ликвидировать. Часть банков, которые не отвечают требованиям международных стандартов, могут стать через слияние и поглощение филиалами надежных банков. Для других вполне возможна трансформация в небанковские кредитные организации, которым могут предъявляться другие требования. Главное - должно повыситься качество банковских услуг, расшириться охват ими населения и экономики. При этой схеме надежные мелкие и средние банки должны иметь все права на существование, в том числе и на получение генеральной лицензии.

- Какие еще важные позиции вы могли бы отметить?

- Я упомянул бы закон о гарантировании вкладов. Сейчас подготовлена новая версия, но она еще в Думу не вносится, поскольку неясна позиция президента и правительства. У меня тоже к этой концепции есть вопросы. В частности, система гарантирования должна быть своего рода механизмом предварительных выплат. То есть вкладчики должны иметь возможность получить свои вклады сверх гарантированного минимума в рамках процедуры банкротства. Также нужно максимально ускорить вхождение в систему гарантирования Сбербанка, без которого она будет ущербной.

Кроме того, сейчас у нас в работе лежит законопроект о бюро кредитных историй. Речь идет о том, чтобы банки, выдавая кредит, имели информацию о заемщике. Были ли у него, скажем, случаи невозврата кредита и так далее.

- А как же соблюдение банковской тайны?

- Да, действительно. Если информация о кредитной истории заемщика является общедоступной, то такая доступность явно вторгается в понятие и банковской, и коммерческой тайны. Здесь подход может быть таким - на добровольной основе каждый заемщик дает согласие на то, чтобы, в случае если у него будет какая-то неудача с возвратом, соответствующая информация поступит в бюро кредитных историй. Можно сделать и так - только сам факт попадания в "черный список" становится достоянием гласности. Если банк попал в этот список, значит, он не соответствует всем критериям надежности и кредитору нужно быть осторожным, а заемщику придется самому раскрывать информацию новому кредитору.

- Какова судьба закона о Центральном банке?

- Проект закона о Центральном банке после принятия в первом чтении стал еще более противоречивым после того, как рабочая группа подготовила его ко второму чтению. Самое главное, что в нем появилось, - это идея отвергнутого закона коммуниста Арефьева о том, что ЦБ должен быть госучреждением. Если Центробанк является государственным учреждением, то он - в соответствии с Конституцией и Гражданским кодексом - структура, подведомственная правительству. В итоге получалась конструкция, противоречащая 75-й статье Конституции, где написано, что Центробанк является органом, реализующим независимо от других органов государственной власти такие функции, как эмиссия, обеспечение устойчивости национальной валюты и так далее. И по логике 75-й статьи можно сделать вывод, что ЦБ сам является органом государственной власти.

Мы долго думали, как выйти из этого противоречия. Предложенная нами модель предполагает создание высшего органа управления Центральным банком под действующим названием Национальный банковский совет, в котором представлены все органы власти. Сейчас это факультативная структура при председателе ЦБ, которая, кстати, за прошлый год ни разу не собиралась.

- А какие вопросы передаются в ведение Национального банковского совета?

- Только те, которые не являются исключительной конституционной функцией Центрального банка. Мы, например, предлагаем передать НБС функции, связанные с решением всех вопросов по участию ЦБ в капитале кредитных организаций. Тем самым конфликт интересов должен быть исчерпан. И вопрос о выходе ЦБ становится в некотором смысле второстепенным. Сейчас он - притча во языцех. МВФ требует, и все центральные банки подтверждают, что не принято надзорному органу и эмиссионному центру участвовать в капитале кредитных организаций. Ведомство Виктора Геращенко могло поплатиться за это передачей функций банковского надзора правительству. А ведь такие предложения всерьез рассматривались. Нашей формулой мы оставляем ему функции банковского надзора и устраняем конфликт интересов. В этом должен быть заинтересован и сам ЦБ.

Еще одна очень важная позиция. Сегодня ЦБ сам себе утверждает правила бухучета и аудита - любое действие ЦБ, подкрепленное решением совета директоров, законно. Стало быть, надо просто не забывать, когда есть отклонения от действующих правил, и утверждать их на совете директоров. Передача функций утверждения правил бухучета для ЦБ в НБС позволяет устранить этот скользкий момент.

Кроме того, есть и еще один постоянный предмет дискуссии при обсуждении годового отчета - утверждение сметы расходов и распределения прибыли. Центробанк может вообще не показывать прибыль. Потому что, если он сформирует провизии (резервы) на все свои активные операции по требованиям международных стандартов, он окажется в глубоком ауте. Самые большие провизии будут по кредитам правительству, поскольку они не рыночные. Но это вопрос политический, а не банковский, и аудиторы, кстати, в него не вмешиваются. Поэтому он должен перейти на уровень Национального банковского совета.

- Но ведь отношения Центробанка и правительства традиционно политизированы.

- Цель разработчиков закона как раз и заключается в том, чтобы их деполитизировать. Более того, и Дума должна поступиться частью полномочий в пользу Национального банковского совета - например, назначением фирмы-аудитора. Сейчас этот вопрос также чрезмерно политизирован. В нашем проекте предусмотрено, что Дума имеет право давать комментарии аудитору, но только по вопросам финансовой отчетности, а вовсе не по вопросам политики Центрального банка. Парламентарии, естественно, должны задавать вопросы, касающиеся политики ЦБ, но это надо делать отдельно от обсуждения финансового отчета.

- После вашего возвращения из Франции стало известно, что вы предлагаете внедрить так называемую французскую модель.

- Франция - одна из немногих стран, где есть надбанковские органы в виде специальной банковской комиссии, члены которой назначаются Госсоветом, Сенатом, Национальным собранием и правительством. Правда, Геращенко и Парамонова говорят, что главе банка Франции г-ну Трише приходится все время тратить на обработку членов комиссии. Хотя мне Трише на это не жаловался.

- Видимо, это вполне устраивает Трише, но устроит ли Геращенко и Парамонову?

- Я давно говорю и Геращенко и Парамоновой, что они не понимают своего счастья. Они должны благодарить тех депутатов Государственной Думы, которые предлагают определенный компромисс.

- В чем же основные принципы компромисса?

- В нашем варианте проекта теперь не подвергается сомнению сам статус ЦБ как юридического лица и статус его собственности. Правительство хочет внести осенью законопроект о поправках в Гражданском кодексе и закон об особом типе "государственных публичных некоммерческих организаций". Может быть, в рамках этого закона мы пропишем подробный статус ЦБ как юридического лица. Сейчас в российском законодательстве нет понятия юридического лица с публичным статусом, и вообще нормы публичного права не выделяются из гражданского. Такие понятия еще предстоит разрабатывать - но было бы неправильно ставить в зависимость от этого закон о Центральном банке.

- То есть получается, что Дума фактически "прикрыла" ЦБ перед президентом и правительством?

@@@
"Геращенко не понимает своего счастья"
"Отечество в опасности!"
"При президенте Путине бизнесу существовать легче"
"Самое главное - обеспечить верховенство закона"
"Сегодня чувствуется центр власти"
"Экономический рост нужно поддержать налоговой реформой"
Абхазский офшор

Александр Турбанов: Необходима национальная система гарантирования вкладов

@@

Генеральный директор АРКО считает, что возглавляемое им агентство должно включаться в процесс реструктуризации проблемных банков на более ранней стадии

2000-07-01 / Владислав Кузьмичев



Александр Турбанов.

Фото Фреда Гринберга (НГ-фото)

- АЛЕКСАНДР ВЛАДИМИРОВИЧ, после кризиса 1998 года банки потеряли возможность получать высокие прибыли. Ожидаете ли вы в этой связи новой волны банкротств коммерческих банков и соответственно новых клиентов АРКО?

- Не ожидаю. Аналитики нашего агентства полагают, что предпосылок для системного банковского кризиса нет.

Да, сейчас на рынке нет высокодоходных финансовых инструментов. Но это еще не основание для кризиса. Банки, которые не сумеют адаптироваться к нынешним условиям и перестроить свою работу с учетом низких доходов на рынках, в конце концов обанкротятся. Но это нормальный, естественный процесс, характерный для многих государств мира.

- Поставим вопрос по-другому. Как много, по вашему мнению, банков не сможет приспособиться к новым условиям работы?

- Честно говоря, я удивлен тем, что число банков, признаваемых сейчас банкротами, является незначительным. Даже в годы, предшествовавшие кризису, около 2-3 сотен банков ежегодно лишалось лицензии. И отечественные предприятия не испытывали в этой связи каких бы то ни было серьезных проблем.

Сейчас банкротами признается около сотни банков в год. И даже если их число немного увеличится, для реального сектора экономики это не будет серьезной потерей. С рынка уйдут маломощные, неконкурентоспособные кредитные организации, а выиграют в итоге те, которые действительно стараются работать.

- После кризиса многие крупные банки, считавшиеся системообразующими, разорились. Почему государство, и в частности АРКО, не стремилось поддержать банки, разорение которых нанесло достаточно существенный вред национальной экономике?

- На настоящий момент мы участвуем в реструктуризации 20 банков. Из них 7 ранее входило в число ста крупнейших банков России. Это СБС-АГРО, который был передан нам в принудительном порядке после вступления в силу соответствующего закона, и уже упомянутый мною "Российский кредит". Кроме того, к этой семерке можно отнести банки "Возрождение" и РНКБ, которые хотя и не входили в число системообразующих, но были в числе крупнейших банков нашей страны. Еще 3 банка можно отнести к важным с точки зрения региональной экономики. Это Кузбасспромбанк (Кемеровская область), Дальрыббанк (Приморский край) и Башпромбанк (Башкирия).

Другие региональные банки, находящиеся под нашим наблюдением, не относились к ста крупнейшим, но по своим показателям привлечения средств населения и инвестициям в реальный сектор экономики региона были значимы для конкретных субъектов Федерации. Достаточно назвать такие кредитные организации, как Вятка-банк (Кировская область) или АвтоВазбанк (Самарская область).

К сожалению, некоторые кредитные организации не попали под управление АРКО. Скажем, мы не успели приступить к реструктуризации Промстройбанка, поскольку у него была отозвана лицензия и арбитражный суд признал его банкротом.

- Из каких средств сейчас формируется бюджет агентства?

- Во-первых, в бюджете 2000 года на финансирование деятельности агентства выделен 1 миллиард рублей "живыми" деньгами. Во-вторых, АРКО предоставлена возможность выпускать облигации под гарантии правительства на сумму до 4 миллиардов рублей. И, наконец, третье - мы можем использовать средства, которые будут возвращать в бюджет реструктурируемые банки.

- Какие средства вам понадобятся в 2001 году?

- Когда мы вносили предложения на 2001 год, то у нас еще не было точных данных о том, сколько кредитных организаций в будущем году может попасть под действие закона о реструктуризации. Наши расчеты, скажем так, носили прогнозный характер, и мы запросили около 10 миллиардов рублей.

Однако, по последней информации, основанной на данных Центробанка, под действие закона о реструктуризации в будущем году может попасть 7-8 кредитных организаций, имеющих значение для региональной экономики. Для восстановления одного банка подобного рода требуется 300-500 миллионов рублей, следовательно, нам может потребоваться сумма в 2,5-4 миллиарда рублей. Правда, эти расчеты не учитывают возможности перехода под управление АРКО какого-либо из бывших системообразующих банков.

- А какие из системообразующих банков сейчас находятся в предбанкротном состоянии?

- Мы, к сожалению, не можем точно планировать, какими банками в будущем нам придется заниматься. Многое зависит от того, насколько успешна будет работа менеджмента этих кредитных организаций с кризисными явлениями. К тому же, даже если какой-то банк подпадет под действие закона о реструктуризации, еще нет гарантии, что АРКО будет с ним работать. Ведь Центробанк может посчитать, что для всех будет лучше, если у такого банка попросту отозвать лицензию.

- Какие критерии влияют на решения Центробанка в этой области?

- Здесь много составляющих. Например, Банк России может увидеть, что какие-либо восстановительные процедуры окажутся бесполезными. Но заранее назвать имя потенциального банкрота Центральный банк не может. Это дестабилизирует обстановку и не даст возможности менеджерам этой кредитной организации, какие бы правильные шаги они ни делали, вывести банк из кризиса.

- А МОСТ-банк рассматривался вами в качестве потенциального клиента?

- У нас нет сведений, что Банк России хочет передать нам эту кредитную организацию. Но было уже заявление Центробанка о том, что МОСТ-банк не подпадает под критерии закона о реструктуризации.

- Вы пытались как-то изменить процедуру передачи банков под ваше управление? Ведь, если банки передавать агентству на более ранней стадии кризиса, затраты на их восстановление будут гораздо меньше.

- Сейчас банк попадает к нам, если коэффициент достаточности капитала у него менее 2%. Проще говоря, при таком финансовом показателе банк попросту падает в пропасть, и для его восстановления требуются очень большие средства. Причем иногда объем необходимых инвестиций может превышать общую стоимость самого банка, если его капитал отрицательный.

Минимальный порог достаточности капитала, при котором банк еще считается здоровым, составляет около 10%. Мы думаем, что АРКО может подключаться к работе с той или иной кредитной организацией, если этот показатель начинает опускаться ниже десятипроцентной отметки.

Предлагали мы смягчить и критерии оценки социально-экономической значимости банков в масштабах региона или страны в целом. Однако пока какого-то решения не принято.

- Вы пытались уже разработать поправки к закону?

- Мы их подготовили, и в настоящее время они находятся на рассмотрении в правительстве.

- Одной из целей создания АРКО было возвращение зависших в коммерческих банках налоговых платежей. Удалось ли агентству что-то уже вернуть государству?

- Одним из условий начала нашей работы с банком является погашение всех долгов перед бюджетом. К настоящему моменту уже 7 банков урегулировали проблему задолженности перед бюджетами всех уровней. Более того, они уже сейчас начали получать прибыль и за второе полугодие 1999 года перевели в бюджет 5,5 миллиарда рублей.

- Ваши капиталовложения они окупили?

- Об этом говорить пока рано. Реструктуризация банка - это достаточно длительный и затратный процесс. План у нас рассчитывается на 3 года. За это время банк должен восстановить свою платежеспособность, стать инвестиционно привлекательным, вернуть кредит и заплатить проценты по нему.

Впрочем, некоторые банки скорее всего начнут "жить" самостоятельно гораздо раньше. И я не исключаю, что какие-то из них будут выставлены на продажу (точнее, пакеты акций, принадлежащие АРКО) уже в недалеком будущем.

- Какой-то из этих 7 банков уже подошел к рубежу?

- Упомянутые мною 7 банков близки к этому. И вопрос лишь в том, появятся ли сейчас инвесторы, которых заинтересуют эти банки.

Могу сказать, что по одному из этих банков мы ведем переговоры с заинтересованными лицами. Но, подчеркну, купить банк можно будет только на открытом аукционе на конкурсной основе.

При этом АРКО выдвигает ряд конкретных требований к потенциальным покупателям или инвесторам. В том числе и по возврату выданных АРКО реструктурируемым банкам кредитов. Мы не исключаем возможности, что до момента истечения кредитных договоров представитель агентства будет входить в совет директоров продаваемого банка. Ведь речь все же идет о государственных средствах, возвратность которых мы должны гарантировать.

- "Российский кредит" входит в эти 7 банков?

- Хотя "Российский кредит" находится на начальной стадии реструктуризации, я бы отнес этот проект к числу перспективных. Конечно, необходимо иметь в виду, что масштабы самого банка - а когда-то он относился к числу системообразующих - определяют и проблемы его реструктуризации.

На первом этапе нам удалось консолидировать на балансе банка и его дочерних структур активов на сумму около 300 миллионов долларов. Это те активы, которые выводились в том числе в офшорные зоны после кризиса. Причем, поскольку банк пришел в АРКО сам, эти средства были возвращены добровольно при содействии акционеров и топ-менеджмента банка.

Одновременно в ходе долгих и непростых переговоров нам удалось убедить кредиторов пойти на мировое соглашение. Сейчас судьба "Российского кредита" находится в руках арбитражного суда, куда мировое соглашение направлено для утверждения.

- Были ли выявлены в ходе реструктуризации банков какие-то нарушения законов?

- Я, наверное, не слишком сгущу краски, если скажу, что практически во всех банках, которые перешли под наше управление, отмечались нарушения при составлении отчетности.

После того как банк попал к нам, мы совместно с его менеджментом, который в большинстве случаев был обновлен, старались наводить порядок в отчетности, и сейчас никаких серьезных нареканий мы не получаем. И если Центробанк и делает какие-то замечания, то мы реагируем.

Естественно, мы анализируем с точки зрения соответствия законодательству крупные сделки, которые заключал банк еще до того, как попал к нам. Скажем, сейчас мы обжаловали одну сделку СБС-АГРО на сумму 6,5 миллиона долларов и готовим материал для обжалования другой сделки - на 2 миллиона долларов.

Для повышения эффективности этой работы мы даже создали в структуре агентства специализированное подразделение. И там, где не хватает наших полномочий, мы обращаемся к правоохранительным органам, в частности в прокуратуру.

Сейчас, например, мы направили запрос о законности сделок Агропромбанка. И хотя сам банк не находится под нашей юрисдикцией, мы имеем право на этот шаг, поскольку у нас появились некоторые сомнения исходя из анализа деятельности СБС-АГРО.

- Какого рода сомнения?

- Речь идет о зданиях Агропромбанка. Когда СБС-АГРО стал основным акционером этой кредитной организации, здания были переданы непосредственно с баланса Агропромбанка аффилированным структурам банковской группы СБС-АГРО, минуя сам банк СБС-АГРО. Поскольку эти сделки оказались вне сферы нашей компетенции, мы попросили прокуратуру разобраться, действительно ли имело место противозаконное действие.

- А в других банках вы тоже выявляли такие нарушения?

- К сожалению, да. Факты вывода активов, в том числе и за рубеж, выявлены, например, в Кузбасспромбанке. В этом же банке не все чисто с арендой имущества, сделками с недвижимостью, а также с привлечением вкладов населения в так называемые пенсионные и страховые вклады. Фактически Кузбасспромбанк обманывал и население, и Центральный банк. По всем этим фактам сейчас ведется работа.

Впрочем, банк находится в таком удручающем состоянии, что нам ничего не остается, как начать процедуру банкротства. Замечу при этом, что до такого состояния банк довели его бывшие руководители, причем еще до кризиса 1998 года.

- Оказывают ли вам региональные администрации какую-то поддержку в восстановлении коммерческих банков?

- У нас сложились хорошие отношения с руководством всех регионов, в которых находятся банки, реструктурируемые с нашим участием. Я бы отметил Удмуртскую Республику, руководство которой оказывает всяческое содействие восстановлению банка "Евразия". Не меньшую поддержку мы получаем в Кемерове и Кировской области.

- Недавно вы встречались с губернатором Курской области Александром Руцким. О чем шла речь на этой встрече?

- Мы подписали документ, согласно которому администрация Курской области берет на себя обязательства СБС-АГРО перед всеми вкладчиками региона. Это около 90 миллионов рублей. И курская администрация выразила желание взять всю эту сумму на себя, поскольку сама задолжала этому банку.

Причем я бы хотел отметить тот факт, что СБС-АГРО задолжали многие регионы. И суммы там превышают задолженность Курской области. Но в отличие от Александра Руцкого их руководители такой активности не проявляют.

- Какие регионы задолжали СБС-АГРО больше других?

- Краснодарский и Алтайский края.

- Вопрос не как к руководителю АРКО, а скорее как к эксперту. Сейчас много идет споров о том, какая банковская система нужна России. Какова ваша позиция по этому вопросу?

- Необходимо понимать, что вся банковская система сейчас находится в посткризисном состоянии. Да, острая фаза кризиса пройдена, определенная стабилизация наступила, но говорить о том, что банковская система окончательно встала на ноги, пока рано.

Российская банковская система остро нуждается в рекапитализации. Ведь если сейчас сложить капитал всей отечественной банковской системы, то он окажется меньше капитала любого из крупных западных банков.

Что же касается вопроса о том, какая банковская система нужна России, то ответ очень прост - платежеспособная. Она должна отвечать в целом потребностям экономики. И когда речь заходит о том, сколько нужно банков, я считаю, что такие разговоры носят лишь абстрактный характер.

Прежде чем вести такие разговоры, необходимо проанализировать потребности экономики. И это касается не только количества банков, но и их специализации. Я думаю, что должны быть и универсальные банки, в которых клиент может получить полный набор услуг, и специализированные банки.

Вот, скажем, спор о Россельхозбанке. Как вы думаете, нуждается ли сейчас наш агропромышленный сектор в банковском обслуживании? Однозначно - да. Коммерческим этот сектор пока не очень интересен. Но ведь кто-то должен работать на этом рынке.

Государство в такой ситуации не может оставаться в стороне, что делает действительно целесообразным создание банка с государственным участием, который смог бы обслуживать отечественное сельское хозяйство.

Необходимы России и ипотечные банки. У нас на всю страну всего три десятка специализированных небанковских кредитных организаций. А в других государствах таких кредитных организаций сотни.

- Что необходимо сделать Центральному банку и правительству для того, чтобы улучшить состояние отечественной банковской системы? Помимо, разумеется, совершенствования законодательной базы.

- Я не сводил бы все к обязанностям правительства и Центрального банка. Рынок потому и является рынком, что он способен к саморегуляции. И если бизнесмен или банкир хочет на чем-то зарабатывать, то он должен выявить эту самую общественную и экономическую потребность.

Когда банкиры просят, чтобы кто-то им написал концепцию развития банковской системы, у меня это вызывает недоумение. Банкиры сами должны выявлять возможные точки приложения банковского капитала.

Но и государство в лице правительства тоже не может оставаться в стороне. Я уже сказал о банковском обслуживании сельского хозяйства. Государство должно выявлять те точки, в которые трудно привлекать частный банковский капитал. И в случае обнаружения таких ниш на рынке государству следует принять решение о создании обслуживающей этот сегмент рынка структуры. Потом, конечно, эта кредитная организация может быть продана частным инвесторам, если они проявят к ней интерес.

Что касается роли Центрального банка, то он должен заниматься денежно-кредитной политикой и осуществлять надзор за финансовым состоянием банков.

- Уже второй раз подряд председателем совета директоров АРКО становится министр финансов. Ощущаете ли вы поддержку со стороны этих правительственных чиновников?

- Прежде всего я хотел бы высказать сожаление в связи с тем, что менее чем за полтора года работы нашего агентства государство поменяло уже трех председателей совета директоров. Четвертым председателем недавно был назначен Алексей Кудрин. Все-таки деятельность по реструктуризации кредитных организаций достаточно специфична. И когда происходит смена председателей совета директоров, наша работа в определенном смысле приостанавливается.

Могу сразу ответить на вопрос, который вы наверняка хотели бы задать: министр финансов не лоббирует наши интересы в своем министерстве.

- Александр Владимирович, Агентство по реструктуризации кредитных организаций создавалось после кризиса 1998 года, когда отечественная банковская система остро нуждалась в помощи такой организации. Однако сейчас наступили достаточно спокойные времена, что заставляет экспертов говорить о необходимости пересмотреть функции возглавляемого вами ведомства.

- АРКО создавалось как чрезвычайный инструмент государственного вмешательства в банковскую систему. Тогда это вмешательство требовалось, чтобы локализовать кризис и минимизировать его последствия. Государство не могло допустить ситуации, когда в целом по стране или даже в каком-то конкретном регионе остановилась бы система расчетов.

Сейчас такой угрозы нет. Банковская система в основном справилась с кризисом. Многие московские и региональные банки начали открывать свои филиалы в других субъектах Федерации. И дальнейшее вмешательство государства может привести к нарушению принципа свободной конкуренции.

Мы, безусловно, должны завершить уже начатые проекты. И хотел бы обратить внимание на один очень важный момент, который смог бы помочь тем, кто примет решение об изменении функций нашего агентства. Сейчас нами апробирована система гарантирования вкладов.

Эта проблема весьма актуальна для нашей страны. Национальная система гарантирования вкладов могла бы стать одним из мощнейших рычагов как стабилизации самой банковской системы, так и повышения доверия к ней со стороны населения.

А поскольку мы уже накапливаем опыт введения этой системы в находящихся под нашим управлением банках, было бы целесообразным возложить функции гаранта на АРКО. Это избавило бы государство от необходимости тратить средства на создание новой структуры.

Уже сейчас очевидно, что только за счет взносов самих банков создать такой фонд невозможно. Многие государства, проходившие через трудности банковского кризиса, убеждались в правильности такой позиции и на государственном уровне принимали участие в формировании фонда. И, кстати, в качестве первых государственных инвестиций в такой фонд можно было бы направить те средства, которые АРКО будет получать после возврата кредитов и продажи акций реструктурированных банков.

По нашим расчетам, к концу 2001 года у нас могла быть аккумулирована сумма в 3 миллиарда рублей.

- Вы не боитесь, что в случае очередного кризиса именно вы будете выступать перед населением в качестве главного виноватого?

@@@
Александр Турбанов: Необходима национальная система гарантирования вкладов
Антикризисный триллион
Банки все охотнее "сдают" своих клиентов
Банкиры ждут «очищения отрасли»
Банковский кризис. Обратный отсчет пошел
Банковскую систему губит монополизм
Валютный PR

Вернется ли "долларовая собака" в опостылевший дом?

@@

Эксперты ЕБРР утверждают, что налоговая амнистия не приведет к массовому возвращению в Россию беглых капиталов

2002-08-14 / Иван Сас



Российская власть психологически созрела к реализации идеи налоговой амнистии с целью возвращения на родину беглых капиталов - об этом свидетельствуют весьма недвусмысленные заявления главы государства, а также многих высших госчиновников, занимающих ключевые посты. Даже представители Федеральной службы налоговой полиции РФ уже не говорят категорическое "нет", осторожно призывают к "взвешенным подходам", суть которых заключается не в поголовном "прощении" всех беглых капиталов, а только тех, чье происхождение не имеет криминальной подоплеки. Власть созрела, но остается один немаловажный вопрос: а созрели ли в России условия для возврата вывезенных за границу средств?

На днях Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) обнародовал некоторые итоги специального исследования, посвященного особенностям инвестиционного климата в России. Вывод аналитиков, участвовавших в исследовании, далек от эйфорических прогнозов московских политиков и весьма однозначен: капиталы, которые российские бизнесмены попрятали в офшорных зонах, при объявлении амнистии не хлынут обратно в тех объемах, на которые рассчитывает Москва. Если и вернется, то весьма мизерная часть (по оценкам экспертов ЕБРР, отток капитала на протяжении 90-х годов составлял 20-25 млрд. долл. ежегодно), которая не спасет сложившуюся ситуацию с инвестициями в российскую экономику. То есть затея с налоговой амнистией экономического эффекта не даст, зато укрепит в общественном сознании убеждение, что с государством можно и нужно играть нечестно - придет время, и оно же все грехи спишет.

Почему аналитики ЕБРР пришли к столь безутешному для Москвы выводу? Они исходят из аксиомы, согласно которой деньги, пересекая границы, текут только в те страны, где стабильно привлекателен инвестиционный климат. Россия, увы, к таким державам не принадлежит. А налоговая амнистия сама по себе изменить этот климат не в состоянии. Для того чтобы российский бизнес не опасался за свои репатриированные капиталы, мало просто освободить их владельцев от уголовной ответственности за уклонение от налогообложения, взыскав в казну 13% возвращенных сумм. Для бизнес-элиты гораздо важнее вопрос, как эти капиталы сохранить и приумножить. Российская банковская система по части надежности еще долго не сможет избавиться от дурной репутации. Отечественная экономика, пожалуй, еще более пугает денежных людей, вкладывать в нее средства - дело необычайно рискованное. Эксперты ЕБРР не без оснований считают, что амнистия может быть успешной лишь при быстрых и основательных изменениях тех направлений экономической политики, которые и вызвали бегство капиталов за рубеж. И пока государство не переломит ситуацию, осевшие по офшорам российские капиталы предпочтут статус невозвращенца.

Прислушается ли Москва к аргументам ЕБРР, сказать трудно. В России у одержимых идеей, которая уже начала воплощаться на уровне законопроектов, всегда найдется достойный ответ "недоброжелателям" из зарубежного банка. Нашим сторонникам налоговой амнистии перспектива кажется куда привлекательней и красочней. Все это подкреплено конкретными расчетами. В изложении одного из высокопоставленных чиновников в российском Белом доме они выглядят так. Правительственные эксперты оценивают беглые российские капиталы примерно в 300 млрд. долл. Вернуть все, разумеется, здесь не мечтают, но на одну треть рассчитывают. Если будет легализовано 100 млрд., то только подоходного налога в казну ляжет 13 млрд. долл., что сразу поднимет доходы бюджета на 18,5%. На 20 млрд. долл. увеличится совокупный банковский капитал, что приведет к росту инвестиций в российскую экономику. А если вернется не треть, а, скажем, половина вывезенных средств? Это же просто золотой дождь на головы россиян! А если больше половины?

@@@
Вернется ли "долларовая собака" в опостылевший дом?
Вкладчики отдадутся иностранным банкам
Государство не слышит банкиров
Давление государства на бизнес не ослабевает
И власть, и экономика, и президент на 7 лет
Конкурентоспособность российской банковской системы
Кредитные риски ставят рынок под угрозу

Массового прихода западных банков не будет

@@

Доля иностранцев в совокупном уставном капитале российских банков составляет 15%

2007-01-22 / Татьяна Емельянова



Прошедший год был периодом качественных изменений для российского банковского сектора. Каковы итоги года, каковы прогнозы на ближайшее время? На эти вопросы «НГ» отвечает президент Ассоциации региональных банков России, заместитель председателя комитета по кредитным организациям и финансовым рынкам Госдумы Анатолий Аксаков.

– Как вы оцениваете итоги прошедшего года?

– В целом итоги положительные, показатели банковской системы растут втрое быстрее, чем показатели роста экономики. Объем вкладов превысил 3,5 триллиона рублей, а размер активов – 13 триллионов. Прибыль, капитализация, кредитование экономики увеличиваются ежегодно в среднем на 20–30%, в то время как ВВП – на 6–7%. Можно сказать, что банковская система развивается стремительно. В то же время законодательство, регулирующее банковский сектор, пока отстает.

@@@
Массового прихода западных банков не будет
На Запад пути нет
Наступает момент истины
Национальную финансовую систему ожидает крах
Новости
Образовательные кредиты – блеф или реальность?
Они проснулись!

Предпосылок для банковского кризиса не было и нет

@@

В этом году глава Ассоциации российских банков надеется на более спокойное развитие событий, чем весной 2004-го

2004-09-01 / Евлалия Самедова







Гарегин Тосунян уверен, что объективных факторов для банковского кризиса нет, поэтому надеется на спокойную жизнь.

Фото Натальи Преображенской (НГ-фото)

«1 сентября не только у детей начинается новый учебный год, это время начала сезона деловой активности, который продлится теперь до июня следующего года. Впрочем, в этом году затишья не было даже в июле. Лето было напряженным. Остается надеяться, что следующий сезон будет более спокойным, чем минувший», – сказал на пресс-конференции президент Ассоциации российских банков (АРБ) Гарегин Тосунян. По его словам, в настоящее время российская банковская система переживает активный период комплексного реформирования, которое и станет главной характерной чертой нового делового сезона. Происходят существенные изменения в банковском законодательстве, банки вступают в систему страхования вкладов, внедряются новые принципы надзора со стороны ЦБ, то есть в целом российская банковская система становится более ориентированной на современные международные стандарты.

Как говорит Гарегин Тосунян, в этих условиях у банков возникает множество вопросов, связанных, в частности, с юридическими тонкостями, возникающими в процессе реформирования. Все подобные проблемы Ассоциация российских банков планирует обсудить на Всероссийском банковском форуме, который пройдет с 6 по 7 сентября в Нижнем Новгороде. В АРБ отмечают, что «обстановка нестабильности», сложившаяся на российском банковском рынке в мае–июле 2004 года, выявила «слабые места» в системе регулирования банковской деятельности в России. «Объективных факторов для возникновения банковского кризиса не существовало», – считают в ассоциации. Ожидается, что участники форума подведут итоги возникшей нестабильности и кризиса доверия и «сделают соответствующие выводы».

@@@
Предпосылок для банковского кризиса не было и нет
Путин в прямом эфире (он-лайн трансляция)
Рокировочка
Российские банки обманывают вкладчиков
Руслан Аушев: "Президенту надо поставить точку в чеченской войне"
Семь шагов
Сергей Егоров: "Не надо строить социализм"

Стабилизация потребительского спроса настораживает

@@

Тем не менее у правительства есть шанс сохранить промышленный рост в будущем году

2000-11-04 "НГ" продолжает знакомить своих читателей с ежемесячными обзорами экономической ситуации в стране, подготовленными группой сотрудников Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования под руководством Андрея Белоусова. Эксперты центра отмечают, что в третьем квартале и, в частности в октябре, промышленное оживление сменилось стабилизацией практически во всех отраслях, что проявляется в прекращении роста потребительского спроса и инвестиций. Возросла сбалансированность спроса и предложения денег. По их мнению, существует реальная перспектива возобновления экономического подъема в 2001 году.



Развитие экономики в третьем квартале прошло под знаком стабилизации, охватившей как производство, так и конечный спрос.

Еще в конце первого полугодия наметились явные признаки исчерпания промышленного подъема. Это выразилось, в частности, в резком замедлении динамики выпуска промышленной продукции: если в первом квартале среднемесячные темпы его прироста, с исключением сезонного и календарного факторов, составляли 1,4%, то во втором квартале - всего 0,6%. В третьем квартале темпы прироста промышленного производства упали до нуля.

Особенностью второго полугодия стало распространение стабилизации с производства товаров на внутренний конечный спрос. С учетом сезонного фактора его среднемесячные темпы прироста упали с 1,4% в первом квартале и 1,0% во втором квартале до 0,1% - в третьем - главным образом вследствие прекращения роста инвестиций.

Отмеченные изменения базовых тенденций имеют фундаментальный характер. Они отражают качественные изменения модели экономического развития, произошедшие в течение 1999-2000 годов.

В период экономического оживления, начавшегося в октябре 1998 года, можно выделить две фазы экономического подъема (см. табл.).

Первая фаза подъема - с октября 1998-го по июнь 1999 года - характеризовалась интенсивным промышленным ростом с темпом 2,3% в среднем за месяц (сезонный и календарный факторы устранены). При этом конечный спрос - как внутренний, так и внешний - в целом имел тенденцию к снижению.

И по динамике, и по структуре промышленный подъем имел отчетливо выраженный восстановительный характер, компенсируя спад производства в мае-сентябре 1998 года. Его "локомотивами" в этот период стали:

- импортозамещение, возможности которого были обусловлены как девальвацией рубля, так и ослаблением основных затратообразующих факторов (снижением относительных цен на продукцию естественных монополий и реальной заработной платы);

- инвестиции предприятий в запасы материальных оборотных средств (так, если в четвертом квартале 1998 года норма накопления запасов составляла минус 17,3% ВВП, то в первом квартале 1999 года - уже минус 2,3% ВВП, а во втором квартале - плюс 0,8% ВВП).

Основной вклад в прирост промышленной продукции внесли машиностроение (45%) и сырьевые отрасли (29%) при весьма умеренной роли потребительских отраслей (18%). Исчерпание потенциала поверхностного импортозамещения обусловило прекращение подъема в середине прошлого года. Темпы прироста промышленного производства снизились до стагнационного уровня - 0,5% в месяц (сезонность устранена).

Вторая фаза подъема, начавшаяся в ноябре 1999 года, была связана в отличие от первой не с импортозамещением, а с волной расширения внутреннего и внешнего конечного спроса. Возобновившийся промышленный рост составил в среднем 1,1% в месяц (сезонный и календарный факторы устранены).

Ключевой момент состоял в том, что различные сегменты российской промышленности смогли "зацепиться" за расширение конечного спроса, хотя и в весьма неодинаковой степени. Рост промышленной продукции за семь месяцев (108,3%, сезонность устранена) почти совпал с масштабами расширения внутреннего конечного спроса (109,7%) и экспорта (110%). Во внутреннем спросе оживление опиралось на повышение реальных доходов населения (на 1,7% в месяц) и возросшие за предшествующий период доходы предприятий. Рост внешнего спроса был связан прежде всего с резко улучшившейся конъюнктурой мирового рынка.

Машиностроение осталось ведущим сектором экономики, обеспечившим промышленный подъем. Выпуск его продукции возрос на 11% (сезонный и календарный факторы устранены), что дало почти треть общего прироста в промышленности. Такой результат был достигнут главным образом за счет того, что инвестиционное машиностроение смогло эластично отреагировать на инвестиционный подъем, наблюдавшийся в этот период. Рост выпуска инвестиционных товаров (оборудование и мобильная техника) в первом полугодии составил 113% по сравнению с предшествующим годом, а инвестиций в основной капитал - 117%. Существенную роль также сыграло расширение машиностроительного экспорта, составившее за семь месяцев 119% (по стоимости, сезонность устранена).

Потребительские отрасли резко усилили свою роль - их вклад в суммарный прирост промышленной продукции увеличился по сравнению с первой фазой подъема почти в два раза - до 32%. Темп роста их продукции (114%, сезонность устранена) более чем вдвое превысил индекс оборота розничной торговли (106%), что свидетельствует об использовании потребительскими отраслями остаточного потенциала импортозамещения.

Сырьевой сектор (ориентированные на экспорт отрасли) оказался в фокусе двух противоположных факторов, влиявших на формирование его производственной программы. С одной стороны, рост сырьевого экспорта, составивший за этот период 109% (сезонность устранена), обусловил соответствующее расширение спроса на продукцию сырьевых отраслей. С другой - начиная с конца 1999 года возобновилось сокращение запасов материальных оборотных средств. Норма накопления запасов (в % к ВВП) составила: в четвертом квартале - минус 8,4%, в первом квартале 2000 года - минус 2,8%, во втором квартале - минус 2,1%. Наряду с увеличением промежуточного спроса эти факторы определили достаточно узкое пространство расширения выпуска сырьевых товаров - 105% за семь месяцев, - что обусловило четверть общего прироста промышленной продукции.

Фаза стабилизации, наступившая с июня, по-видимому, отражает исчерпание энергии промышленного подъема. Параллельно с экономическим оживлением в российской экономике с разной интенсивностью развиваются восстановительные процессы, отражающие спонтанный возврат к прежним докризисным (середина 1998 года) пропорциям системы цен и распределения первичных доходов:

- опережающий рост цен на первичные ресурсы (энергоносители, услуги транспорта ), наблюдавшийся в течение всех трех кварталов 2000 года;

- устойчивый начиная с конца первого квартала рост реального валютного курса рубля, составивший в целом за январь-октябрь более 12%;

- опережающий рост реальной начисленной заработной платы. Ее повышение за три квартала составило около 30% (по отношению к декабрю 1999 года, сезонность устранена) при росте ВВП на 11% - что, с одной стороны, поддерживает динамику потребительского спроса, но с другой - снижает доходы предприятий.

Эти процессы негативно влияют как на динамику конечного спроса, так и на способность предприятий реагировать на его расширение. Их развитие ведет к тому, что финансовые результаты хозяйственной деятельности предприятий постепенно ухудшаются.

На макроуровне это проявляется в том, что доля валовой прибыли экономики и валовых смешанных доходов в ВВП неуклонно снижается: в третьем квартале 1999 года она составляла 46,7% ВВП, в четвертом - 41,6%, в первом квартале 2000 года - 41,4%, во втором квартале - 36,6%. На микроуровне опросы руководителей предприятий, проводимых Центром экономической конъюнктуры (ЦЭК), свидетельствуют о том, что в сентябре и октябре прекратилось повышение прибыли в промышленности.

В результате в российской экономике возник эффект торможения, который действует сразу по трем направлениям:

- прекращение роста инвестиций, в составе источников финансирования которых более 50% составляют собственные средства предприятий (в промышленности - более 70%);

- сокращение запасов материальных оборотных средств из-за постепенно ухудшающегося состояния оборотного капитала;

- стабилизация и некоторое снижение физического объема экспорта вследствие роста затрат производителей и повышения реального валютного курса рубля.

Указанные три компоненты (инвестиции в основной капитал, накопление запасов и экспорт) составляют около половины конечного спроса на товары. Поэтому, несмотря на то что в июне-сентябре динамика оборота розничной торговли практически не снизилась по сравнению с предшествующей фазой подъема (соответственно 0,8% и 0,7% прироста в среднем за месяц, сезонность устранена), стабилизации инвестиций (минус 0,5% в месяц) и снижения экспорта (минус 1%) оказалось достаточно, чтобы промышленный подъем прервался.

Наряду с отмеченными конъюнктурными процессами проявились и более глубокие ограничения промышленного подъема. Значимым фактором, ограничивающим промышленный рост, становится недостаток оборудования на предприятиях. На него в сентябре указывали 20% опрошенных руководителей предприятий.

Однако сложившаяся ситуация входа в стагнацию еще далека от того, чтобы быть необратимой.

До сих пор монетизация экономики была связана в основном с внешнеэкономической деятельностью предприятий (продажа части валютной выручки экспортеров в резервы Банка России сопровождается денежной эмиссией, которая затем перераспределяется по цепочкам хозяйственных связей). В перспективе поддержание монетизации в решающей мере будет зависеть от банковской системы.

Следует отметить, что, хотя кредиты в реальном выражении и имеют тенденцию к росту, в целом банковская система еще не готова к масштабному расширению кредитования предприятий. Причины этого лежат как на банках (низкий уровень капитализации, недостаток "длинных" ресурсов и др.), так и на предприятиях (сохранение высоких рисков). По отношению к сектору нефинансовых предприятий банковская система выступает в качестве чистого заемщика: за январь-август 2000 года прирост средств реального сектора, привлеченных коммерческими банками (без учета Сбербанка), составил 135 млрд. руб., а прирост заемных средств, предоставленных банками реальному сектору - только 103 млрд. руб.

Позитивный (ожидаемый) вариант развития тенденций в краткосрочной перспективе (2001 год) связан с реализацией следующих предпосылок:

- мобилизация имеющихся резервов роста инвестиций прежде всего за счет вовлечения сбережений предприятий и населения в их финансирование и сокращение вывоза капитала;

- снижение относительных цен на товары и услуги естественных монополий;

- дальнейшая монетизация хозяйственного оборота (вытеснением неплатежей и бартера), связанная прежде всего с расширением спроса предприятий на деньги;

- расширение реальных объемов банковского кредитования нефинансовых предприятий;

- умеренное снижение цен на нефть до уровня не ниже 23-24 долл. за баррель в среднем за год.

При реализации этих предпосылок можно ожидать, что уже в начале следующего года возобновится промышленный подъем и эта фаза продлится не менее пяти-шести месяцев. Годовой индекс промышленного производства в 2001 году составит 104,6-105%. Оборот розничной торговли и инвестиции будут расти с опережающим темпом (соответственно 105,5- 105,9% и 106,5-106,9%), однако все увеличивающаяся часть спроса будет покрываться за счет импорта.

Сохранение благоприятной ценовой конъюнктуры мировых рынков сырья будет способствовать стабилизации экспорта на высоком уровне (98-100 млрд. долл.) и соответственно сохранению сальдо торгового баланса в объеме 50-51 млрд. долл. Это с большой вероятностью приведет к дальнейшему укреплению рубля: при инфляции в размере 117-118% рост обменного курса прогнозируется на уровне 110-112%. Предотвращение еще большего разрыва между динамикой цен и валютного курса потребует от Банка России чистых покупок валюты на открытом рынке в объеме около 10 млрд. долл. за год. Даже с учетом возможного профицита бюджета в размере 1,5-2% ВВП (120-160 млрд. руб., из которых около 100 млрд. руб. может быть направлено на стерилизацию денежной эмиссии) расширение денежного предложения за год составит 135-137%. "Переварить" такое предложение денег без выхода годовой инфляции за пределы 120% экономика сможет только в случае адекватного расширения денежного спроса со стороны предприятий - в частности, снижения доли бартера до уровня 10-15%.

ВВП в рамках этого варианта прогнозируется в объеме 8050-8070 млрд. руб. - на 300-320 млрд. руб. больше, чем заложено в расчеты бюджета на 2001 год.

Негативный (инерционный) вариант развития в 2001 году связан с развитием существующих сегодня отрицательных тенденций. Их воздействие может быть усилено неблагоприятной конъюнктурой мирового рынка, в частности падением мировых цен на нефть до уровня ниже 20 долл. за баррель.

@@@
Стабилизация потребительского спроса настораживает
Тающие миражи
Финансисты боятся экспансии иностранцев
ЦБ обещает послабления
Центробанк делает ставки
Чечне обещано 7,5 миллиарда
Швейцария может раскрыть банковские тайны СНГ

Шеварднадзе попенял западу

@@

Президент Грузии добивается объективной оценки грузинско-абхазского конфликта

1999-09-24 / Нодар Броладзе



ВЫСТУПАЯ на сессии Генеральной ассамблеи ООН, Шеварднадзе дал понять, что Запад все еще не вполне адекватно оценивает значение советской перестройки для ликвидации холодной войны. "Я уверен, - сказал он, - что в течение довольно длительного времени никакие экономические неурядицы или проекты звездных войн не смогли бы склонить социалистический лагерь ни к демократизации внутри стран, ни к радикальным шагам на международной арене в сторону устранения противостояния, если бы у штурвала советского государства вместо команды Горбачева по-прежнему оставались мыслящие по-старому руководители". С трибуны ООН Шеварднадзе выразил Горбачеву "искреннее соболезнование в связи с постигшей его утратой - кончиной Раисы Горбачевой".

Президент Грузии поведал аудитории о пути, который прошла его страна за последнее десятилетие - от криминального разгула и гражданских войн до перелома в 1995 г. и других событий созидательного характера. Шеварднадзе считает, что молодая грузинская рыночная экономика и ее банковская система с честью выдержали давление мирового финансового кризиса. Впрочем, самой болезненной проблемой, по его словам, остаются нерегулируемые конфликты и нарушенная территориальная целостность. "Иначе говоря, именно та проблема, которая относится к разряду новых угроз и к разрешению которой мировое сообщество оказалось не готово", - заявил Шеварднадзе. По его словам, эти глубоко травмированные, пережившие неслыханные зверства люди (речь идет о 300 тыс. изгнанных, несмотря на помощь, оказываемую им правительством, службой Верховного комиссара ООН по делам беженцев) находятся в тяжелейшем состоянии и требуют защиты своего самого неотъемлемого права - жить в собственном доме. Грузинское руководство добивается такой международной оценки действий сепаратистского режима в Абхазии в период конфликта и после него, как геноцид и этночистка в отношении мирного населения. Поэтому глава Грузии заявил, что в отличие от балканского абхазский конфликт оказался вне "мирового телевизионного экрана", и поэтому мировая общественность о нем меньше осведомлена. Произошло, как заявил в Нью-Йорке президент, для Грузии невероятное: абхазы, составлявшие 17% населения Абхазии, с помощью посторонних сил изгнали из региона большинство населения... Усилия международных организаций, таких, как ООН и ОБСЕ, России, США, Франции, Германии и Великобритании пока не принесли ощутимых результатов. Одна из причин безуспешности попытки урегулирования конфликта состоит, по мнению президента, в том, что на уровне высшего международного органа - Совета Безопасности ООН - до сих пор не дана объективная оценка того, что в действительности произошло в Абхазии. Шеварднадзе поблагодарил Совет Европы за неослабное внимание к процессам демократизации, в результате чего Грузия была принята в эту организацию. Президент Грузии напомнил аудитории, что он дважды выступил на заседании Совета Безопасности с детальными разъяснениями происшедшего, но добиться существенного прогресса - даже в формулировке его резолюций - не удается.

Тем временем в Тбилиси в эти дни побывали председатель абхазского правительства Сергей Багапш и личный представитель Владислава Ардзинбы на переговорах Анри Джергения. Состоявшиеся переговоры с участием руководителей силовых структур государственный министр Важа Лордкипанидзе и Сергей Багапш назвали удовлетворительными. По имеющимся сообщениям, инициатором этой встречи был руководитель Абхазии Владислав Ардзинба, обратившийся с просьбой о ее проведении к президенту Грузии. Формальным поводом стала ситуация в Гальском районе, где, по его утверждению, "возникла опасность крупномасштабного вооруженного конфликта". Скорее всего абхазская сторона обеспокоена возможностью дестабилизации в канун проведения 3 октября президентских выборов, которые в Тбилиси считаются незаконными. Лордкипанидзе подчеркнул, что для тревоги нет оснований, поскольку дестабилизация в зоне конфликта не угрожает. Государственный министр также подтвердил готовность Тбилиси направить своих представителей в Гальский район для изучения обстановки. Стороны договорились, кроме того, о проведении на этой неделе встречи абхазских и грузинских экспертов для обсуждения механизма обеспечения стабильности в Гальском районе, обмена мнениями по вопросам организованного и безопасного возвращения беженцев. Срочно возникшая инициатива Ардзинбы не случайна и скорей всего связана с информацией, полученной от политических недоброжелателей из Центра. Видимо, так следует понимать Лордкипанидзе, когда он говорит о том, что некоторым силам выгодно нагнетание напряженности в преддверии парламентских выборов. После состоявшихся переговоров представители Сухуми убедились в отсутствии какой-либо злонамеренности со стороны Тбилиси. Но Багапш все-таки не исключает, что дестабилизацию могут вызвать неконтролируемые диверсионные группы.

@@@
Шеварднадзе попенял западу
Шохин ответил Козлову