"Все профессора экономики будут против вас..."

@@

Почти официальное заявление команды Гайдара...

2000-10-13 / Сергей Пархоменко От 27 февраля 1992 года

Заручиться согласием Петра Авена, ныне министра внешнеэкономических связей РФ, рассказать "НГ" о проблемах возглавляемого им ведомства удалось еще во время визита делегации России в Париж. Однако к концу почти двухчасового разговора стало ясно, что интервью отклонилось от заранее намеченной темы очень далеко. И на вопрос, можно ли считать сказанное чем-то вроде заявления российского правительства, можно ли расценить слова одного из министров как точку зрения команды Гайдара в целом, Авен ответил утвердительно.



-"Все профессора экономики будут против вас" - это была первая фраза, которую сказал, как только нас назначили, Марек Домбровский: он был госсекретарем в Министерстве финансов Бальцеровича и являлся его левой и правой рукой одновременно. Это наш очень старый товарищ. Так же как и Бальцерович, впрочем. Мы все знакомы много лет - с тех пор, когда никто из нас ни в каком правительстве еще не был и даже не думал, что когда-нибудь туда попадет.

И действительно, мы вскоре достаточно неожиданно для себя определили, что начинается критика со стороны людей, которые не удосуживаются ни прочитать наши документы, ни разобраться в программе. Мне очень хотелось бы прежде всего сказать об абсолютно несправедливых обвинениях, предъявляемых нам людьми, которые считают себя экономистами. Или даже таковыми в ряде случаев являются.

Только давайте по порядку.

Мы с самого начала взяли линию - меньше болтать. Потому что в последние годы все правительства что-то обещали: через месяц, через год, через полтора - счастье, рай. Это богатая коммунистическая традиция. Так вот, сразу было решено: не лезть. Не соваться на экран и так далее.

В этом обнаружились и плюсы, и минусы. Минусом оказалось, что наша избалованная вниманием к себе пресса очень обиделась: так как - не объясняют ничего... Второй минус, на мой взгляд, тот, что действительно с населением не работали: людям не объясняли ни как себя вести, ни что значит это повышение цен, ни почему вводится такой налог, например. Это действительно плохо. И этот недостаток мы теперь прекрасно понимаем. Но я просто должен заметить, что мы работаем по 20 часов в сутки. И чтобы идти на телевидение объяснять - особенно просто объяснять, что самое тяжелое, - время найти было трудно. В конце концов мы бросили это на одного Гайдара. Он очень хорошо выступает, особенно блестяще читает лекции. Хотя, как выясняется, для населения он говорит подчас слишком умно.

Да и вообще насчет того, как телевидение влияет на популярность, - это тоже большой вопрос. У нас выступал Абалкин постоянно или Николай Иванович Рыжков. У нас пример Раисы Максимовны Горбачевой: народ ее не любил, а никому не известные жены пользовались почему-то уважением и даже любовью населения...

Тем более что у нас опыта такого не было, никто из нас никогда политической деятельностью не занимался. Я, например, первое в жизни телевизионное интервью дал Би-би-си, на английском языке - вот неделю назад.

Но мы опять-таки о другом хотели говорить на самом деле. Экономика - это наука. Это серьезное дело, в котором много не просто слов, а много математики. Когда вы читаете книжку серьезную про экономику - надо думать: это не роман. Уравнения пишешь. Часами. Чтобы понять, что на самом деле может произойти. Кривые разные рисуются. Статистика собирается. Огромный опыт. И я хорошо понимаю футбольных тренеров, которые всегда напускаются на дилетантов.

Вот, например, недавно была ситуация: нас уговаривал "АвтоВАЗ" установить специальный валютный курс для исчисления цен на комплектующие изделия, которые они покупают за границей. И я просидел несколько часов: сначала сам, потом с Сергеем Глазьевым, моим первым заместителем; потом пришел Гайдар - мы его подключили; потом Джеффри Сакс появился - взяли и Сакса. Мы писали уравнения, для того чтобы понять - в каких случаях искусственный курс, вообще говоря, экономически оптимален. Отдельная проблема - когда при искусственном курсе бюджет выигрывает, а когда проигрывает...

Это многофакторная задача, которую трудно обсуждать с дилетантами. Но когда дилетанты в ответ начинают на вас гавкать - это неприятно. Если эти дилетанты - просто журналисты, скажем, вот тот же Миша Леонтьев, - обидно, конечно, но ладно. Но когда это дилетанты, которые считают себя экономистами, - вот это нас уже в некотором смысле достало.

Я хочу для начала сказать, что в этой команде, которая пришла с Гайдаром, все - лучшие, любимые ученики каких-то академиков. Лучшие! И любимые! Все - получали повышенные именные стипендии в университете. Гайдар - Ленинскую получал. У всех красные дипломы и так далее. Если интересно, я могу пофамильно назвать, кто чей любимый ученик.

- Давайте.

- Нечаев - любимый ученик Юрия Васильевича Еременко.

Машиц - любимый ученик Ясина.

Вавилов - любимый ученик Волконского и Петракова.

Шохин и Гайдар - Шаталина.

- Ясно. Кстати, маленькое отступление. Скажите, вы действительно министр на общественных началах?

- То есть?

- Вы продолжаете числиться как на основной работе в венском Международном институте прикладного системного анализа, откуда пришли в этот министерский кабинет?

- Ничего подобного. Я прервал контракт с институтом, но мое место за мной сохранено. То есть я не получаю ни зарплаты, ни прочего. Я могу вернуться, если меня, например, выгонят из правительства. И это совершенно нормальная форма: она принята во всем мире. Впрочем, в обозримой перспективе уходить я не собираюсь, как и мои друзья.

Так вот, я бы очень хотел обратить внимание на то, что, пока мы еще были учениками, к нам относились со значительно большим уважением, нежели когда мы вошли в правительство. Во всяком случае нас никто в идиотизме не подозревал. Нас отправляли на стажировки, нас оставляли в аспирантурах - вот именно тех, кто сейчас в этом правительстве, не кого-то другого. Поэтому рассчитывать, что есть где-то другие, которые лучше, - можно, но сложно.

Кроме всего прочего, я уж не буду говорить, что со всеми нашими учителями мы очень много писали вместе: не только статьи, а и книжки. И все это они воспринимали как классную, профессиональную работу... А сейчас получается, что мы такие - вроде придурков, которые занимаются какой-то полной ерундой и почему-то никого не слушают. Мол, вот теперь пришло новое правительство, а их не позвали. С ними не советуются. Все понятно: невостребованность некоторая привела к тому, что у некоторых из них проявилась естественная человеческая обида...

Это не относится к Шаталину, который действительно нас поддерживает, и мы ему очень благодарны. К Аганоегяну - тоже.

- Но зато это относится к Петракову.

- Да, в полной мере.

Николай Яковлевич - один из любимых наших учителей. Безусловно, он относится к наиболее сильным экономистам в стране. Но, бесконечно его уважая, мы с тем большим удивлением читаем некоторые его статьи, многое кажется нам в них тем более странным...

Так вот, давайте теперь по пунктам. Что говорит Николай Яковлевич Петраков?

Первое. Он говорит: правительство не взяло под контроль рубль, потому что оно не контролирует республики - и республики эмитируют.

Наивно предполагать, что такая простая мысль не приходит в голову членам правительства. Поэтому первое, что сделало правительство, - взяло бюджет, как вы знаете, под контроль. Сегодня бюджетом управляет только Россия.

То же самое - в отношении кредитной эмиссии. Все банки переведены на корреспондентские отношения с Центральным банком России.

- Это решено законодательно, но реально не исполняется. Физически этого не существует.

- Существует: на днях мы уже получили первое сальдо по корреспондентским счетам отдельных республик. Можно сказать, что это плохо организовано. Можно сказать, что это неточно реализовано. Можно сказать - посмотрим, как это на самом деле сработает. Но то, что этим кто-то не занимается вовсе, не озабочен этим, - таких обвинений уже не следовало бы выдвигать. Это настолько просто - ну что тут обсуждать?..

Кроме того, так как республики своих денег не имеют, у них деньги пустые. Они готовы платить большую цену за то, что мы сами у себя не покупаем. Ну скажем, автомобили. Или самолеты - они готовы платить за них в четыре раза больше. Нашего бюджета не хватает, а они сначала заплатят вчетверо, а потом скажут нам: будьте любезны, возместите.

Именно потому, что мы это прекрасно понимаем, мы ввели ограничения на торговлю с республиками. И лицензируем продажу им большого списка товаров. Именно поэтому: чтобы не дать пустым деньгам выйти на российский рынок. Это сделано. С самого начала. Если это кому-то неизвестно, можно прийти и спросить.

- Хорошо. Вот вы получите сальдо. И какие у вас есть "инструменты принуждения" неплательщиков и банкротов? Вот выяснится, что баланс торговых отношений с какой-то республикой совершенно катастрофический. Грубо говоря, она разорилась. И что?

- Ничего. Просто эта республика больше ничего не будет получать от нас.

Все. Точка. Никаких товаров. Ноль. Либо - давайте, в явном виде нам что-то отдавайте за бесплатно, покрывайте сальдо, либо - вы от нас ничего больше не получите. У вас нет рублей. Рублей у вас - больше нет! Валюта у вас - кончилась. У вас было - вы все выбрали.

Хотя это, конечно, крайняя мера. А в принципе тут возможны и более мягкие санкции: можно потребовать сократить бюджетный дефицит, размещая государственные облигации; можно предложить повысить учетную ставку процента до уровня не меньшего, чем применяется Центральным банком России; можно поставить условие отмены ограничений на вывоз каких-либо товаров в Россию. Разные варианты существуют.

Это случится со дня на день. Я не исключаю, что на политическом уровне... Будут уступки...

- Ну тут просто убийство начнется...

- Будут уступки, будут переговоры - возможно. Но нельзя говорить, что мы этой проблемы как таковой не понимаем.

- Допустим, вы все правильно понимаете. И решения принимаете правильные. А потом Борис Николаевич Ельцин собирается с коллегами-президентами в городе Минске - и полюбовно договаривается с ними обо всем. Являясь политиком. Заглядывая в будущее. Помня об армейских проблемах, которые на нем висят. Помня о среднеазиатских государствах, руководители которых все время напоминают, как много у них русских живет, и все время интересуются: "А зачем вам столько беженцев?" - а беженцы, мол, будут обязательно.

- Это реальные проблемы - то, о чем вы говорите. Но они относятся уже не к экономике, а к чистой политике.

- И чего стоят все ваши уравнения, если они не учитывают главную переменную - политическую ситуацию? Не учитывают этакого слона, постоянно присутствующего в посудной лавке?

- Отчасти вы правы, но, увы, многое в политической ситуации нам неподконтрольно все равно. Вот как погода портится. Или солнце - всходит и заходит... И ничего с этим не поделаешь.

- Почему же? По части солнца давно изобретена такая мера, как введение декретного времени. Или переход с летнего времени на зимнее. Передвигаешь стрелки на час - и получаешь (либо не получаешь) от этого экономическую выгоду...

- Я пока не вижу серьезных уступок со стороны президента, которые бы реально поломали что-то в нашей программе. Вот не вижу - ни одной.

- Мне все-таки кажется, например, очень серьезным то, что он снова ввел в обиход понятие "уровень рентабельности": "совместное постановление Президиума ВС и правительства" на эту тему появилось уже после его выступления.

- Уровень рентабельности действительно, может быть, не лучшее решение. Это мера, возможно, неэффективная. Но и безвредная.

- А ведь совсем необязательно делать где-то одно огромное демонстративное отступление. Достаточно сделать много маленьких. Вот сейчас, снизив НДС для некоторых отраслей хозяйства, президент проколол тоненькой иголочкой маленькую дырочку. Но вода - либо воздух, я не знаю, что у вас там внутри, - начнет ее неудержимо расширять. И однажды вообще все порвется.

- Политический взгляд всегда шире экономического, я должен вам сказать прямо. И в ряде случаев, я думаю, политические компромиссы, вообще говоря, оправданны, как и принесение в жертву некоторых экономических интересов. Вот американцы, вы знаете, списывают долги некоторым. Сейчас, после кризиса в Персидском заливе, Египту списали около 4 миллиардов. И можно, следуя вашей позиции, сказать: пожалуйста, президент Буш уступил - теперь все будут просить. Разве это логика?

- Логика. Или всем - или никому.

- Вообще говоря, конечно. Как принцип это, наверное, правильно. Но сильная и уверенная в себе власть может позволить себе и уступки. И я еще раз вам повторяю, что такого рода уступки, которые время от времени происходят, - это, я думаю, не проблема президента.

- А чья?

- Если кто-то уступает, то, может быть, скорее само правительство, чем президент.

- Кому уступает?

- В данном случае парламенту, как я предполагаю...

Мы отвлеклись. Вернемся к нашей теме.

Второй, очень популярный тезис Николая Яковлевича Петракова: правительство ведет дело к катастрофе - освободив цены и не демонополизировав торговлю.

Весь мировой опыт показывает, что нельзя демонополизировать и приватизировать в условиях фиксированных цен. У покупателей, у потенциальных приватизаторов полностью отсутствуют ориентиры. Никто не понимает, что происходит сегодня, что будет потом - через месяц, через два, когда цены освободятся.

Существует пример ГДР, где это делалось на основании существовавших цен и издержек. Но когда началась конкуренция с западными товарами, оказалось, что реальная стоимость некоторых заводов - вообще отрицательная. Продукцию этого завода еще никто не покупает, а уже надо его чистить, он воздух засоряет... Поэтому на самом деле все современные экономические теории и советы говорят ровно об обратном: когда наконец сложился нормальный рынок, когда товар получил цену - тогда и объект производства этого товара можно приватизировать. Никак не наоборот. Никак не наоборот! Как бы тяжело это ни было. И потом, приватизация и демонополизация - это совсем не занятие на одну ночь. Нужно по крайней мере несколько месяцев. А их у нас в любом случае не было.

Что-то не совсем хорошо мы здесь сделали - может быть. Но считать, что в правительстве сидят такие дегенераты, которые таких очевидных вещей не понимают, - это по меньшей мере странно. Совсем странно.

Еще один любимый тезис ряда известных экономистов - хотя это уже чисто профессиональная дискуссия - по поводу параллельной валюты. Особенно: доллары пустить в оборот - до сих пор эта мысль популярна.

Значит, так: по нашему глубокому убеждению, идея о параллельной валюте глубоко порочна. Во-первых, любая параллельная валюта - это дополнительный мощный источник инфляции. Государство управляет экономикой, управляя рублем. Как только появляется вторая валюта, которую мы не выпускаем, наша собственная валюта становится дешевле: она не всем нужна. Весь мировой опыт это показывает. Весь. Югославия - как последний пример. Польша до этого - 1800 процентов инфляции в год. Бразилия... Везде, где ходили две валюты, всегда была инфляция. Тут не о чем говорить.

В некоторых условиях - вот, скажем, как это стало в Польше в конце 80-х - вторая валюта (доллар) приобретает смысл: ее оказалось так много, что она уже рынок смогла держать. Государство самоустранилось, и вторая валюта более или менее демпфировала проблемы первой.

Но пропорции соотношений валют у нас и в Польше - совершенно несравнимы. И столько долларов нам еще пять лет к себе накачивать надо было бы, чтобы они какую-то такую роль сыграли.

Николай Яковлевич нас обвиняет в том, что мы мечемся. Сначала, он говорит, они обещали ввести только рубль на территории страны, а потом разрешили торговлю в "Березках" и на рубли, и на валюту. Метания нет. Второе - просто естественный этап на пути к первому. Мы действительно перейдем однажды к жесткому рублевому обороту. Поляки это тоже в конце концов сделали, несмотря на дикое количество долларов, которое у них ходило, и то оставили один только злотый.

Выпускать же свою собственную вторую валюту - это какое-то обожествление денежной единицы. Если государство эмитирует и первая валюта обесценивается - точно так же и вторая будет обесцениваться.

Мы уж читали Юровского не менее внимательно, чем наши оппоненты. Леонид Николаевич Юровский - автор денежной реформы Сокольникова (это когда червонец выпустили). Его "Денежная политика Советской власти" - классика 20-х годов. Очень хорошая книжка. Очень советую прочитать - там все написано: червонец тогда появился и устоял совсем не просто так. А потому, что экономика шла вверх, укреплялась, развивалась. И на росте экономики появилась сильная валюта. Как некоторое дополнительное средство к всеобъемлющей экономической реформе. Больше ничего!

- То есть все эти украинские новации обречены, по вашему мнению?

- Как известно, в последние недели стал падать курс купона к рублю. Если вы не можете вести жесткую кредитную и денежную политику с одной валютой - вторая у вас точно так же лопнет. Почему доллар сильный? Потому что американцы его просто так не печатают. А в условиях мягкого бюджетного ограничения тем, кому вы сегодня даете рубли, когда они приходят и падают в ножки, вы так же точно будете давать вторую валюту. Завтра появятся вторые деньги - "хорошие", на них можно пиво купить иностранное - и вот уже к вам прибегают неизвестно откуда и говорят: ой... рубли не нужны, дайте нам, пожалуйста, вторую валюту. И вы точно так же начнете ее печатать. Завтра же начнете!

У нас все это было. В Госснабе были, кажется... назывались "наряды с красной полосой". Не то чеки. Они давали приоритетные права на получение фондов. И ничего это никогда не работало. В системе бардак - так он бардак с любой валютой, с одной или с другой. Поэтому будет только рубль. И другой валюты в стране не будет. Твердо.

Это - валюта. А теперь - конвертируемость, обвинение по поводу которой для нас совсем уж непонятно.

Прежде всего - у нас пока конвертируемость ограниченная. Реально у нас только резиденты - предприятия и граждане - могут покупать и продавать валюту. В ближайшее время рубль станет конвертируемым по текущим операциям полностью, то есть и нерезиденты получат это право. Это в принципе решено. Тут есть очень сильная боязнь, что у нас "страну скупят", - знаете такие разговоры... Мол, как же так, они вот придут с долларом, купят на него сто рублей, потом купят нашу нефть и ее вывезут...

Это бред: мы же квотируем вывоз. Вот-вот начинаем продавать квоты. Поэтому мы можем с нерезидентов собрать ровно столько валюты, сколько захотим, - чтобы это было выгодно и им, и нам.

Так вот, что говорит Николай Яковлевич? Как же так: вы разрешаете белорусам или украинцам покупать доллары. У них там куча рублей - они прибегают сюда и на них у вас всю валюту скупают...

Лучше бы они на Арбате скупали, что ли? Нет, пусть уж лучше покупают в банках, которые нам налог за это заплатят. Ведь все равно можно в любую минуту прийти на Арбат и...

- ...и купить сто долларов. А дальше? Предпринимателю-то другие суммы нужны.

- По 500 рублей за доллар, Сергей Борисович, - по 500 рублей! - я вам найду два миллиона долларов за четыре часа. Предлагаю поспорить. Только - на всю сумму. Спорим?

- У меня нет таких денег, но мне трудно в это поверить.

- А по тысяче рублей за доллар - я вам вообще любое количество найду. В экономике нет понятия "нету". В экономике есть понятия "дорого" и "дешево". Этот спор уже предлагал Дорнбуш, такой великий экономист. За большую сумму можно купить все что угодно. За деньги вообще в мире все покупается, как правило. Кроме чистой совести членов российского правительства. Вопрос только в цене.

Так вот, пусть этот белорус покупает валюту легально, а не у "жучка" какого-нибудь. И пусть платит налог. Кстати, не могу отказать себе в удовольствии заметить: никто, кроме нас, не верил, что в конце февраля доллар пойдет вниз. Все утверждали, что, наоборот, он взлетит до 500 рублей, до 700... А что вышло?

Теперь. Нам говорили, что будет полная катастрофа с дикой инфляцией в январе месяце. Могу сообщить. Для сведения читателей "Независимой газеты". Эмиссия у нас в январе упала - в первый раз после 1985 года. Она составила 19 миллиардов - против 23 в декабре. Это при том, что были освобождены цены: можно было предположить, что эмиссия в два раза увеличится, а мы напечатали на 4 миллиарда рублей меньше... Вот это вот абсолютно беспрецедентный результат денежной политики. Вот это для любого экономиста действительно информация - сколько пришло денег в систему.

- Вы этого добились довольно дорогой ценой. Половине страны нечем платить зарплату.

- Не так. Не так. Ну, не вполне так.

- Тогда я вам могу сообщить. Для сведения членов правительства. "Независимая газета" существует больше года, и впервые месяц назад у нас начали выплачивать зарплату с опозданием.

- Ну и замечательно. Банки вообще можно время от времени закрывать - это один из советов классической макроэкономической теории. Говорят: закрывайте на два-три дня банки, чтобы сбивать инфляционную волну. Очень помогает. Но это я не вполне серьезно: зарплату, конечно, надо платить.

- А между прочим, какая у нас сейчас инфляция? В день.

- Я не знаю. Очень маленькая. Сейчас цены скорее падают, чем растут, если посмотреть, например, сводки цен на мясо по России. Есть естественное ограничение спроса. Инфляция - феномен денежно-кредитной политики. Нема денег - нет роста цен.

Да, ну и следующее, конечно, - все, что связано с бездефицитным бюджетом... Нам говорят, что вот, мол, инвестиции рушатся. Это и правда большая проблема, особенно когда уже почти все сделано, когда осталось только дверь докрасить - и все заработает.

Говорят, что мы думаем об одних только фискальных ограничениях и на промышленность ложится такое налоговое бремя, что развитие ее нарушается. Должен заметить, что новейшие исследования не показывают ясной зависимости между тяжестью налогового бремени и падением деловой активности. При налоге на прибыль от 30 до 50 процентов статистика не показывает никакой жесткой закономерности. Мы имеем дело просто с традиционными жалобами производителей: что экспортные пошлины слишком велики, что налоги непомерны...

Олег Тимофеевич Богомолов, выступая недавно, укорял нас в том, что мы нажимаем на необходимость свести бюджет без дефицита, вместо того чтобы заботиться о стимулировании развития экономики. К сожалению, это вещи взаимоисключающие: если исходная точка - сначала починить деньги, если мы считаем, что нам сегодня надо остановить инфляцию и навести какие-то ориентиры в экономике, то мы вынуждены поставить перед собой цель бездефицитного бюджета. Нельзя заниматься закаливанием и накачкой мускулов, когда вы при смерти. Врачи советуют бегать трусцой - и они совершенно правы. Но нельзя давать таких советов больному с температурой тридцать девять и пять.

Надо сказать, что у поляков в первые полгода стабилизации бюджет был не просто бездефицитный, а был плюс - 8 процентов он достигал... И 6 месяцев у них не было инвестиций...

- Послушайте, вы что-то очень часто упоминаете поляков...

-Удачный опыт...

- Вы считаете, что у нас похожая ситуация?

- Экономически очень похожая.

- А все эти разговоры: консолидированная нация, католики, маленькие, - а мы большие, у нас расстояния в отличие от них вон какие...

- Значит, "маленькие" и "большие" - это вообще понятия неэкономические. Я что-то не понимаю, в чем разница. Для меня это осталось неясным, сколько я на эту тему ни думал.

- Как в чем разница? В управляемости.

- Я думаю, у поляков бардак был очень похож на наш.

Существует ведь очень глубокая иллюзия, что у нас была централизованно-планируемая экономика. Это только иллюзия, об этом уже очень много писали: мы с Шерониным, потом Найшуль, Симон Кордонский - в вашей же газете...

У нас была "экономика торга", где на самом деле предприятия имели значительно большую реальную власть, чем Госплан. Брежневское время - это апофеоз торга. Апофеоз беспредела "снизу".

Вот у вас - внизу - есть какие-то свои аргументы, а у них - наверху - какие-то свои. Их аргументы - это дать вам ресурсы или нет. Если вы работаете в газете - послать вас за рубеж или не послать. А ваши - работать или не работать. Обещать им, что вы что-то сделаете, чтобы они могли рапортовать своему следующему начальнику, или не обещать. Участвовать в какой-то кампании - или не участвовать. Есть некие правила этой торговли, есть цена этих аргументов...

Этот торг существовал на всех уровнях и был очень похож на рынок. Но рынок, во-первых, без единого эквивалента, без денег, только с бартерными ориентирами. А во-вторых, рынок иерархизированный: торг идет в основном не по горизонтали, а по вертикали. То есть вы торгуетесь не с конкурентом, а с тем, кто находится над вами.

Классическая модель, на Западе давно описанная. И это очень похоже на Польшу - Польшу конца 1989 года. Я бы сказал, что это Польша перед стабилизацией, Польша последнего этапа либерализации, которую начал Раковский и продолжил Бальцерович.

Все это, кстати, имеет отношение к еще одной нашей иллюзии: что Россия - это особая страна. Экономически все страны в равной степени особые. Первое, что говорят вам в Бразилии: у нас особый случай - тут нельзя стабилизировать, тут нельзя приватизировать, потому что вот такое все необыкновенное...

Это неправда. Это - не-правда. Нет особых стран. С точки зрения экономиста - если экономика это наука со своими законами, - все страны в плане стабилизации о-ди-на-ко-вы.

Мы подошли к последнему - и совершенно порочному - традиционному обвинению команды Гайдара: к обвинению в экспериментаторстве. Эксперимент ставит тот, кто не имеет достаточного опыта. Врач отличается от неуча тем, что он знает, как было в других случаях, и дает больному только те советы, которые на ком-то уже опробовались. Поэтому мы в минимальной степени экспериментаторы. Мы пытаемся делать то, что все уже делали.

Мы стабилизируем так, как стабилизировали поляки, как стабилизировали евреи в Израиле - за полгода, в 1985 году, как делалось в Аргентине... Мы пытаемся весь их опыт учитывать. Мы, например, готовы были на некоторые уступки по заработной плате производителям товаров с фиксированными ценами - как и произошло, например, с угольщиками. Потому что это же самое происходило в других странах: у поляков, скажем, на железнодорожном транспорте.

И чтобы закончить с этой темой - что такое команда Гайдара, - я бы хотел сказать только одно. Так получилось, что именно эта команда из первого поколения наших экономистов, которое читает на английском языке. Ну, так получилось. Мало кто читал Фридмана в этой стране. Мало кто читал Окуна. По приватизации - ну хоть кто-нибудь прочел бы Коуза, который получил за это Нобелевскую премию. А Самуэльсона читали на уровне учебника для первого года...

Я уж не говорю о том, что Егор Гайдар чуть ли не единственный в стране, кто хорошо знает опыт стабилизации в Латинской Америке. Гайдар читает на испанском, кроме английского. Андрей Нечаев говорит еще и по-немецки. Сергей Васильев - по-сербски. Ну и так далее.

Поэтому слово "эксперимент" - оно абсолютно не наше.

А обвинение в "академизме" мне вообще не очень понятно. В конце концов в стране 75 лет у власти были практики - и мы видим результат. Бочаров - практик? Или Рыжков - практик, да? Но у нас ведь Косыгин тоже был инженер. И Брежнев был из хозяйственников...

Зато вот Эрхард был академическим экономистом. Давайте посмотрим другие примеры, кто там действительно добивался успеха в экономике...

- Мексика.

- Мексика? Вся команда из Гарварда! Вся команда академических экономистов. Все экономическое чудо - это все ученики Сакса и Дорнбуша! Все как один!

- Испания.

- Одни экономисты-профессионалы: нынешний министр экономики Сольчага - в прошлом преподаватель Массачусетского технологического института, из науки пришел и министр промышленности Арансади. Или вот Чили: вся команда Серхио де ла Куадра - то же самое, академические экономисты. Пожалуйста, Израиль 1985 года - профессор Майкл Бруно...

Пока, я думаю, все успешные экономические реформы делали академические экономисты. Очень легко утверждать: они жизни не знают... Я уж не буду говорить, кто тогда знает.

Какое уж знание жизни у тех, кто нас обвиняет в безнравственности: вот еще и зарплату повысили служащим правительственного аппарата. Нужно совсем не понимать, что происходит, чтобы писать такое сегодня, когда люди из госслужб бегут пачками, десятками сразу. Тут ведь нет теперь ни пайков, ни санаториев - вообще ничего. Сегодня сотрудники моего министерства могут получать и две, и две с половиной тысячи долларов, если перейдут в какую-нибудь компанию, в коммерческие структуры. Мы им платим тысячу рублей, полторы... И вместо социальных гарантий, которые имеет госслужащий на Западе, в качестве компенсации за более низкий заработок, наши работники имеют одни только бесконечные чистки да реорганизации. Поэтому мы должны твердо решиться на то, чтобы платить государственным служащим большие зарплаты - или мы останемся без аппарата вообще.

- И все-таки остается одно обвинение, которое вы не сняли этим разговором, должен вам заметить. Да, вероятно, на Старой площади теперь блестящие профессионалы, но они никак не могут понять, что материалом их блестящего эксперимента являются живые люди в больших количествах. То есть объект политики.

Они не хотят понять, что, пересев из кресел научных сотрудников экономических институтов в эти кресла - министерские, - они на самом деле сменили не место службы, а профессию. Они не хотят учиться ориентироваться и в тех законах, которые описывают процессы, происходящие "в массах". А также и в тех, которые описывают происходящее среди "вождей".

@@@
"Все профессора экономики будут против вас..."
"Голландка" валит Россию с ног
"За нами пойдут другие народы"
«Всплеск инфляции не является временным и случайным»
Александр Турбанов: Необходима национальная система гарантирования вкладов
Америка одернула Украину
Бернанке сыграл на понижение

Бюджет принят Думой на ура

@@

Критиковали документ только коммунисты, «Родина» и Счетная палата

2005-09-23 / Иван Родин







Борис Грызлов не в силах сопротивляться обаянию правительственного законопроекта.

Фото Артема Житенева (НГ-фото)

Основные параметры бюджета на 2006 год получили вчера одобрение подавляющего большинства Государственной Думы. Проект соответствующего закона был принят в первом чтении и направлен на подготовку ко второму, запланированному на 14 октября. Думская оппозиция попыталась доказать, что бюджет не соответствует нуждам страны и никак не соотносится и с недавними задачами социального характера, поставленными президентом, но правительство и думское большинство эти попытки проигнорировали.

Министр финансов Алексей Кудрин сначала сообщил о том, что бюджет-2006 – плод «совместной и плодотворной работы правительства и Думы». Однако значительную часть доклада он посвятил заочной полемике с теми, кто ратует за использование средств Стабилизационного фонда. Последний, по заверениям министра, стоит на страже конкурентоспособности российской экономики и сдерживает инфляцию, которая, если бы не этот механизм стерилизации избыточной денежной массы, была бы выше нынешнего уровня на 6–8%. «Мы должны защитить наших граждан от изматывающей инфляции, и прежде всего это делается в рамках основных направлений денежно-кредитной политики РФ и бюджета РФ, и Стабфонд сегодня является основным инструментом решения этой задачи», – заявил Кудрин.

@@@
Бюджет принят Думой на ура
В МВФ решили убить двух зайцев
Вернуть стране рубль
Всемирная история банкротств-3
Гайдар предупредил о надвигающейся финансовой катастрофе
Геращенко не ляжет на рельсы
Глава Центробанка успокаивает президента

Депутатам тесно на Охотном ряду

@@

Конфликты из-за сфер влияния думских комитетов ясно показывают, что их причина - желание законодателей сидеть поближе к кассе лоббистов

2000-02-12 / Иван Родин



Рисунок Вадима Мисюка

НОВАЯ Государственная Дума еще только приступает в своему основному занятию - законодательной деятельности, однако уже сейчас, хотя ни одного закона, по сути дела, пока не принято, становится ясно, что нынешние законодатели довольно много времени будут тратить на дискуссии не только вокруг содержания того или иного законопроекта, но и по поводу того, кто из них должен считаться самым главным ответственным за него. Иными словами, спор будет вестись о полномочиях и компетенции того или иного думского комитета. Стоит отметить, что такая коллизия была заложена, когда лидеры новых депутатских фракций и групп, коих теперь на Охотном ряду девять человек, решили разделить несколько ключевых думских комитетов для того, чтобы увеличить количество престижных руководящих должностей. Раздел прежде всего комитета по бюджету, налогам, банкам и финансам и комитета по промышленности, строительству, транспорту и энергетике - с их устоявшимися за пять предыдущих лет ритмом и образом работы, а главное - с уже четко сложившейся компетенцией - привел к тому, что фактически сразу разделенные части стали бороться друг с другом за обладание максимальными полномочиями. Потом к этой борьбе присоединились и посторонние, пожелавшие войти на чужую делянку, где практически был объявлен режим свободной охоты.

Наиболее громким - для тихих думских кулуаров - стал конфликт между новыми комитетами - по бюджету и налогам и по кредитным организациям и финансовым рынкам. Эти наследники прежнего большого бюджетного комитета повели бой за контроль над Центральным банком и вырабатываемыми им основными направлениями денежно-кредитной политики государства. Это произошло несмотря на то, что лидеры думских фракций решили, что государственными финансами должен заниматься комитет Александра Жукова, а негосударственными - Александра Шохина. Оказалось, правда, что разделить так четко современные российские финансы не очень просто. Наиболее ярким примером тому может служить проект закона об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств. Хотя страховая сфера в принципе относится к компетенции финансового комитета, бюджетники высказали мнение о том, что такие обязательные платежи, которые к тому же аккумулируются в "Росгосстрахе", в принципе можно приравнять к налогу, а значит, это их дело.

Разбирательство между этими двумя комитетами осложнилось еще и потому, что комитет по экономической политике и предпринимательству, руководимый Сергеем Глазьевым (КПРФ), высказал серьезные претензии на то, чтобы самому законодательно поддерживать и придерживать ЦБ, а также формировать денежно-кредитную политику, которая - и не без оснований - была причислена к одному из подразделов экономической. Кстати, г-н Глазьев времени зря не терял и, пока подчиненные Жукова и Шохина ругались между собой, провел несколько заседаний своего комитета, где успел обсудить поправки к закону о ЦБ и назначить несколько парламентских слушаний на эту тему.

Тогда бюджетный и финансовый комитеты спохватились и по основным принципам своей работы все-таки договорились. Против Сергея Глазьева на одном из заседаний Совета Государственной Думы они выступили сообща, а когда его претензии не поддержали и лидеры большинства фракций, кроме КПРФ, ситуация вернулась под контроль. 10 февраля Совет нижней палаты утвердил распределение полномочий между комитетами по бюджету и налогам и по кредитным организациям и финансовым рынкам. Из соответствующей бумаги следует, что комитет по экономической политике отставлен от конкретных дел, а его основная роль сводится к тому, чтобы писать заключения на законопроекты и выступать по ним с содокладами на пленарных заседаниях Думы.

Как все это будет выглядеть на практике? Закон о ЦБ, например, будет делиться между Жуковым и Шохиным по профилю их комитетов, а отчет банка будет обсуждаться на их совместном заседании. На нем же должны рассматриваться и кадровые вопросы - по председателю Центробанка, членам совета директоров ЦБ и членам Национального банковского совета. Для назначения же ежегодного аудитора ЦБ принята другая процедура - специальная межкомитетская комиссия. Она, правда, будет иметь исключительно рабочий характер, так как представлять Думе кандидата в аудиторы все равно будет только бюджетный комитет.

Под бумагой стоят подписи господ Жукова, Шохина и Глазьева, но, как представляется, это мало что значит. Нет никаких сомнений в том, что борьба обязательно будет продолжена, ведь ее цель - оседлать как можно более мощный поток лоббистских денег, омывающий здание на Охотном ряду. Например, как может финансовый комитет так просто уступить бюджетному контроль над ЦБ, когда ясно, что как только это произойдет, в первом больше никогда не увидят представителей коммерческих банков, а во втором их, наоборот, будет явный избыток. Впрочем, то, что основная причина межкомитетских сражений за сферы влияния - это прежде всего борьба за контроль над проходящими через Думу финансовыми ресурсами, яснее всего показывает другая конфликтная ситуация, сложившаяся в нижней палате и в отличие от первой пока никак не решенная.

Речь идет о том, какой из пяти думских комитетов станет заниматься законодательством по СРП - и общеправовым, и совершенно конкретными законопроектами об участках недр, право пользования которыми предоставляется на основе соглашений о разделе продукции. На все это претендуют комитеты: по экономической политике, по промышленности, по энергетике, по природным ресурсам и по экологии. Понимая, что полностью вся тематика не может достаться кому-то одному из них, они пробивают разнообразные варианты раздела. Вот, например, один из них: общее законодательство берет экономический комитет, нефтяные и газовые вопросы - по энергетике, а все прочие - промышленный. Комитетам по природным ресурсам и по экологии, таким образом, остается роль содокладчиков. Другой вариант - межкомитетская или даже межфракционная комиссия, как это было в предыдущей Думе.

@@@
Депутатам тесно на Охотном ряду
Депутаты встали на сторону Минатома
Дни культуры Белоруссии на фоне общих экономических и военных проблем
Дума избавляет страну от бедняков
Итоги тендера по ГТК предопределены
Куда направить валютные потоки
МВФ не прощает лжецов

Михаил Задорнов: "Центробанк снял с себя политическую ответственность за рост цен"

@@

Депутат Госдумы считает, что руководство ЦБ и правительство не знают, что делать в случае резкого ухудшения мировой экономической конъюнктуры

2002-09-09 / Наталья Меликова В ближайшее время Государственная Дума начнет обсуждение "Основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики на 2003 год", разработанных Центробанком. Документ всегда был предметом жестких споров депутатов с прежним руководством ЦБ в лице Виктора Геращенко. Как отнесется на этот раз Дума к стратегии действий Банка России на будущий год? Этот и другие вопросы "НГ" попросила прокомментировать заместитель председателя бюджетного комитета Госдумы Михаила Задорнова.



-Михаил Михайлович, проект "Основных направлений денежно-кредитной политики" подготовлен новым руководством ЦБ в соответствии с новой редакцией Закона "О Центральном банке". В чем отличие этого документа от предыдущих?

- Положения "Основных направлений..." стали гораздо более конкретными. Никогда ранее ЦБ не давал прогноз платежного баланса, денежную программу, сценарии экономического развития. Конкретность документа подтверждает даже его структура: прежде две трети составляла оценка положения в экономике и примерно одна пятая - собственно направления денежно-кредитной политики. Сейчас подавляющая часть "Основных направлений..." посвящена стратегии и тактике действий ЦБ.

- Личность нового главы Центрального банка Сергея Игнатьева сыграла свою роль при подготовке документа?

- Игнатьев представлял правительство при обсуждении проекта Закона "О Центральном банке". Он с самого начала в этом вопросе был согласен с подходом депутатов. Поэтому это не только требование закона, но и желание нового руководства ЦБ вести более открытую кредитно-денежную политику.

- Означает ли это, что положения "Основных направлений..." вас полностью устраивают?

- Документ не дает ответов на несколько важных вопросов, которые неизбежно возникают при анализе экономической ситуации. Что будет, если в американской экономике произойдет повторная рецессия, а вследствие удара по Ираку серьезно упадут нефтяные цены? Такая перспектива возможна. Цена на нефть может быть не 18,5 доллара за баррель, из которого исходит ЦБ при построении пессимистического варианта, а гораздо ниже.

Еще один вопрос - соотношение доллара и евро. Эта проблема должна в наибольшей степени волновать именно Центробанк. Скачки курса этих валют по отношению друг другу не имеют значения для людей, сбережения которых исчисляются сотнями долларов. Те, у кого миллионы долларов, найдут себе финансового консультанта. А вот резервы ЦБ составляют десятки миллиардов долларов. Аналитики некоторых крупнейших инвестиционных банков, например, считают, что к концу года курс американской валюты по отношению к европейской упадет. Евро будет стоить 1-1,12 доллара. Для России такая ситуация может обернуться денежными потерями, если власти не будут к ней готовы. Это может повлиять в том числе и на размер выплат по внешнему долгу. "Основные направления..." вообще не затрагивают принципов управления золотовалютными резервами в этой ситуации и курсовой политики, хотя документ такого уровня должен указывать хотя бы общие ориентиры. При обсуждении Дума обязательно обратит на это внимание ЦБ.

- Но почему сам Центробанк не обратил на это внимания?

- Думаю, что пока у правительства и Центрального банка нет четкого ответа на эти вопросы. Или, возможно, он есть, но они не считают необходимым об этом говорить.

- Вас устраивает политика Банка России в отношении инфляции?

- Плюсом я бы назвал то, что впервые ставится задача понизить инфляцию до однозначных чисел. Нижний порог инфляции на следующий год - 9% - даже меньше, чем в прогнозе правительства. Через три года она должна быть ниже 8%. Это говорит о том, руководство ЦБ четко осознает необходимость ее снижения, что очень важно для привлечения инвестиций в страну. Высокий рост цен - один из главных факторов, препятствующих привлечению капитала в отечественную экономику. Крайне раздражает инфляция и население. Но ЦБ ставит задачу и при этом говорит, что у него нет средств для ее достижения.

- Следовательно, Центробанк снимает с себя ответственность за рост цен?

- ЦБ фактически уходит от ответственности за снижение инфляции. Он справедливо указывает на то, что финансовый рынок у нас пока недостаточно развит, а сам Банк не контролирует монополии и жилищно-коммунальное хозяйство. Сейчас у нас процентные ставки пока не являются инструментом, с помощью которого можно было бы управлять денежной ликвидностью. Все это так. То, что у ЦБ мало финансовых инструментов и ситуация в экономике очень неопределенная - это правда. Но, как известно, всегда можно найти способы убедить себя в том, что не нужно садиться на диету, даже если это настойчиво рекомендуют врачи. И если правительство и Центральный банк не будут активно добиваться снижения уровня инфляции до конкретных значений, задача не будет решена. Это требует определенных усилий и организационных изменений в работе ЦБ и кабинета министров.

- Но повышение тарифов естественных монополий играет большую роль в увеличении инфляции...

- Как раз подобные объяснения ЦБ и вызывают серьезные возражения. За последний год произошло очень существенное изменение - правительство вместе с бюджетом устанавливает лимиты увеличения тарифов естественных монополий. И оно официально заявляет, что будет их придерживаться. Мы знаем, что установленные пределы повышения тарифов на 2003 год для "Газпрома" - 20%, для энергетиков - 14,6%, для железнодорожного транспорта - 11%. По жилищно-коммунальному хозяйству в расчет трансфертов регионам правительство заложило норму: 90% услуг ЖКХ должно оплачивать население. Учитывая эти факторы, несложно посчитать влияние изменения регулируемых цен на инфляцию. Получается, что либо Центральный банк не верит во взятые правительством обязательства, либо ЦБ, обладая определенными инструментами управления и планирования роста цен, не хочет брать на себя ответственность и уходит от политических рисков. То же касается и кабинета министров. Задача снижения инфляции - это политическая ответственность. И эту ответственность никто не хочет на себя брать.

- Прогнозы относительно размера инфляции остаются все последние годы несбыточной мечтой. Почему правительство занижает параметры роста цен?

- Правительство вынуждено объявлять параметры инфляции, потому что заработная плата и пенсии индексируется с учетом роста цен. Банки определяют ставки по депозитам исходя из ее величины. Но правительственные прогнозы очень многие воспринимают как добрую старую сказку, которая никогда не станет былью. В прошлом году в бюджете было записано 12%, а в реальности было 18,6%. Такой разрыв выгоден при исполнении госбюджета.

- Существует вечный спор сторонников и противников укрепления реального курса рубля. Последние считают, что девальвация национальной валюты поможет отечественному производителю, сделав его продукцию более конкурентоспособной. Кто прав в этом споре и какими должны быть темпы обесценения рубля по отношению к доллару по сравнению с инфляцией?

- ЦБ считает максимально допустимым укрепление реального курса рубля в 2003 году в пределах 4-6%. В этом году эта величина составит 5%. Это говорит о том, что Банк России будет продолжать нынешнюю политику - не слишком быстро обесценивать рубль и не допускать его быстрого укрепления. Но даже 5% укрепления национальной валюты могут стать серьезным ударом для некоторых экспортеров, ведь рентабельность экспортных отраслей снижается именно на эту величину. И на 5% цены на импортные товары становятся более выгодными, чем на отечественные.

Мне кажется, что решать эту проблему нужно не через девальвацию рубля - она лишь даст отсрочку. Но если мы снизим инфляцию, мы добьемся того, что рубль в реальном выражении не будет быстро укрепляться. И это решит спор между импортерами и экспортерами о том, в чью пользу должна строиться курсовая политика.

- Сергей Игнатьев, идя навстречу пожеланиям бизнеса, пообещал снизить объем обязательной продажи валютной выручки с 50% до 35%. Как это может сказаться на золотовалютных резервах и курсе доллара?

- Никак не скажется. Очевидно, что это определяется более весомыми факторами, например, ценой на нефть. Будет хороший платежный баланс - будут пополняться резервы. Кроме того, у нас и так достаточно золотовалютных резервов в качестве страховочного запаса. Нижняя планка - это шестимесячный объем импорта и предстоящие на год платежи по внешнему долгу. Если сделать такой подсчет для нашей страны, то получится, что мы уже сегодня перекрываем все минимальные рубежи.

Что касается обменного курса рубля, то снижение норматива обязательной продажи валютной выручки и принятое ЦБ решение об отмене монополии валютных бирж также не сыграет особой роли. Благодаря тому, что к концу года золотовалютные резервы Центробанка составят около 50 миллиардов долларов, он останется крупнейшим покупателем и продавцом. На межбанковском рынке его вес все равно будет превышать вес коммерческих банков.

- Возлагает ли Центробанк надежды на прекращение бегства капиталов из страны?

@@@
Михаил Задорнов: "Центробанк снял с себя политическую ответственность за рост цен"
НЕГА сообщает
Население бежит от рубля
О стратегии "невмешательства"
Ожидается новая волна денежной эмиссии
Планы, которые не сбываются
Сергей Егоров: "Не надо строить социализм"

Укрепление юаня на руку США

@@

Китай обещает усилить свою валюту, но сделает это только под большим давлением

2005-06-07 / Оксана Гавшина



Падение евро, продолжающееся больше месяца, явно затянулось. В целом с начала года он потерял по отношению к доллару почти 10%, особенно интенсивным снижение европейской валюты было на прошлой неделе (3%). Наиболее распространенное объяснение происходящего – экономическое ослабление Европы. Плюс к этому все большую роль на рынке начинает играть позиция азиатских стран, в частности Китая. Давно ходившие слухи о возможной ревальвации юаня в последнее время находят подтверждение в официальных высказываниях китайских чиновников. Вчера вице-премьер кабинета министров КНР Хуан Дзюй в очередной раз подтвердил позицию страны в вопросе изменения курса юаня. «Мы ослабим контроль над потоками капитала сквозь границы страны на выборочной и постепенной основе и со временем достигнем конвертируемости юаня за счет движения капитала», – заявил он на международной конференции по денежно-кредитной политике. Впрочем, дата предполагаемой ревальвации пока не называется.

@@@
Укрепление юаня на руку США
ЦБ обещает послабления
Центробанк держит оборону
Центробанк думает, что знает, как защитить банковскую систему
Экономика: коротко