"Вашингтон не способен управлять миром в одиночку"

@@

Александр Вершбоу считает, что Россию нужно интегрировать в западное сообщество

2003-11-17 / Дмитрий Суслов







Впервые бывшие послы России/СССР в США и США в СССР/России собрались вместе.

Фото Фреда Гринберга (НГ-фото)

В минувший уикенд в Москве состоялось беспрецедентное событие в истории российско-американских отношений. По случаю 70-летнего юбилея восстановления дипломатических отношений между Россией и США (прерванных в 1917 г. в связи с Октябрьской революцией) в Москве собрались 8 бывших послов США в СССР/России и России/СССР в США, чтобы обсудить проблемы и перспективы российско-американских отношений. Это Джек Мэтлок (посол США в СССР в 1987-1991 гг.), Томас Пикеринг (1993-1996 гг.), Джеймс Коллинз (1997-2001 гг.), Юрий Дубинин (посол СССР в США в 1986-1990 гг.), Александр Бессмертных (1990-1991 гг.), Виктор Комплектов (1991 г.), Владимир Лукин (1992-1994 гг.) и Юлий Воронцов (1994-1998 гг.).

В дискуссии также принимали участие глава российского МИДа Игорь Иванов и действующий посол США в РФ Александр Вершбоу. Приглашен был также Джордж Кеннан - ветеран американской дипломатии и посол в СССР в 1952-1953 годах, однако не смог прибыть по причине плохого самочувствия. Скоро Кеннану исполняется 100 лет. Встреча проходила в Институте США и Канады РАН.

Каково "нормальное" состояние российско-американских отношений - соперничество, избирательное сотрудничество, партнерство или союз? Как преодолеть стереотипы холодной войны? Как уйти от того, чтобы в области безопасности двусторонние отношения основывались на принципе гарантированного взаимного уничтожения? Как добиться того, чтобы была исключена сама возможность возврата отношений России и США к соперничеству и конфронтации? На все эти вопросы попытались ответить опытные дипломаты.

@@@
"Вашингтон не способен управлять миром в одиночку"
Баку обвиняет Иран в экспорте "исламской революции"
Бессмысленные мечтания
В глухой обороне
Встречи без радости, разлука без печали
Глава МИД Нидерландов: «Надо найти устойчивое решение на Северном Кавказе»
Глава МИД Эстонии: «Поддержка новых демократий – это наш долг»

Два интервью на эстонско-русскую тему

@@

Председатель комитета по иностранным делам парламента Андрес Таранд и глава Миссии ОБСЕ в республике Дорис Хертрампф о правах человека и дискриминации

2001-06-02 / Виктор Калашников, Марина Калашникова Наши специальные корреспонденты взяли в Эстонии два интервью на близкие темы. Одно - с председателем комитета по иностранным делам парламента Эстонии Андресом Тарандом, второе - с главой Миссии ОБСЕ в Эстонии послом Дорис Хертрампф. Пожалуй, самым интересным было напечатать их рядом. Это позволяет очередной раз посмотреть на проблему прав человека и русскоязычного населения в этой республике с различных точек зрения и заодно поразмышлять, как изменилась Эстония за последние годы.







-ГОСПОДИН ТАРАНД, какие существенные изменения произошли, на ваш взгляд, во внешней политике Эстонии за десять лет после восстановления ее независимости?

- Ясно, что за эти годы изменилось немало. Тогда, десять лет назад, наш МИД был одним только названием, надо было все создать с самого начала. Теперь видно, что иногда с нуля начинать лучше, чем расчищать завалы. Нам с самого начала удалось набрать пусть не очень опытных, но зато молодых и целеустремленных сотрудников.

Но вообще-то решающей предпосылкой всего, что нам удалось достичь в международных делах, была экономическая реформа. Удачно и решительно провели денежную реформу и приватизацию. Второй фактор - достижение определенной степени согласия между политическими партиями по международным приоритетам, особенно в плане сближения с ЕС и НАТО.

В течение половины из этих 10 лет имелись явные трудности в отношениях с Россией. Но потом сам народ у нас стал подходить к делу более практически - тогда и политики успокоились. Нельзя утверждать, что все будет урегулировано за пару месяцев. Но все-таки неудачей эти отношения тоже нельзя считать ни в коем случае.

- Что, на ваш взгляд, изменилось в отношениях с Россией за 10 лет? Видите ли вы признаки ухудшения, улучшения, стабилизации?

- Все-таки появились признаки стабилизации. Правда, основные двухсторонние решения и так были приняты до июля 1994 года, когда в Кремле Ельцин и Мери договорились о выводе войск. До этого мы также подписали несколько соглашений по практическим вопросам. Сегодня мы стараемся делать дальнейшие шаги главным образом в экономике. За последние годы расширились контакты между российскими и эстонскими ведомствами. Правда, пресса этим не очень интересуется.

В прошлом году произошла смена президента в России, и мы пытались понять, каким путем пойдет дальнейшее развитие ситуации. И вот стали поступать сигналы, что можно построить двусторонние отношения на другой основе, а в феврале этого года состоялась официальная встреча с российскими предпринимателями и делегацией Думы. Ближе к концу текущего года наша делегация также отправится в Москву для проведения аналогичного цикла встреч.

- В прессе есть много спекуляций о перспективах и сроках вступления Эстонии в НАТО и ЕС. К каким прогнозам склоняетесь вы?

- Что касается ЕС, то реальный срок вступления - середина 2004 года. К этому времени решение о приеме будет ратифицировано парламентами всех стран - членов ЕС. У нас же вся подготовка завершится к 1 января 2003 года. Правда, страны-кандидаты соревнуются между собой: кто раньше? С другой стороны, многие германские политики лоббируют прием в ЕС в первую очередь Польши. Но Польша - большая страна, и там гораздо больше проблем, чем у нас. Не считаю, что было бы верно просить подождать тех, кто уже готов. Относительно НАТО решение собираются принять в следующем году. Пока что сигналы от американцев и европейцев поступают положительные. Как они говорят: "Двери открыты". Но там очень разные интересы среди государств-членов, хотя решающее слово, конечно, принадлежит США.

- Какой вы видите в общих чертах экономическую специализацию Эстонии в ЕС?

- Думаю, что в этом году рост ВВП составит около 6%, и это неплохо. Я люблю приводить в пример Данию, где природных ресурсов также мало. В таких условиях надо быть очень гибкими. Маленькие страны должны все время искать свою нишу на рынке. Так что жизнь у нас будет напряженная, но другого пути у нас нет. Среди быстрорастущих секторов экономики у нас обычно называют туризм, главным образом финский.

Непростая обстановка в сельском хозяйстве. Приватизация там идет не очень гладко. У нас есть более 100 довольно больших эффективных ферм. Но в целом они нетипичны для Эстонии. Это ведь особо чувствительный сектор в социальном отношении. Многие люди в деревне более консервативные, и потеря работы для них в ходе приватизации - особо серьезная проблема. Все-таки продовольствием мы на 80% себя обеспечиваем. Трудность еще в том, что эстонский рынок очень мал. Кроме того, раньше западная упаковка очень привлекала людей. Но теперь и наша не хуже. И я совершенно уверен, что вкус наших продуктов гораздо лучше, натуральнее. У американских продуктов вкус опилок. Боюсь, что все эти требования и стандарты ЕС могут повредить привлекательности эстонских продуктов. Для нас это дополнительная серьезная проблема.

- Продолжает ли, на ваш взгляд, стоять проблема русскоязычного населения в Эстонии?

- Это зависит от точки зрения. В русской прессе иногда все это не очень верно трактуют. Но если сравнивать с тем, как живут в Калининградской области, то обстоятельства будут в пользу эстонских русских. И многие из них это знают. Это делает их более лояльными. Опросы дают довольно положительные оценки. Но это не означает, что нет проблем. Главная из них - безработица. Те русские, которые в свое время приехали с больших союзных предприятий, потом работали в Эстонии на таких же, затем потеряли работу, когда эти заводы закрылись. Но между молодыми и старыми - большая разница. Для молодых ничего страшного уже нет. Конечно, есть трудности языка. И это вам хорошо известно. Есть противоречия. Но у больших народов, так или иначе, никогда нет экзистенциального страха. У малых есть. Поэтому язык для эстонцев - некий символ. Это объясняет, почему в республике только один государственный язык: эстонский. Для больших народов и старшего поколения это своего рода психологический барьер. Страшно подумать, насколько все для них было открыто на базе русского языка вплоть до Владивостока. И вдруг все изменилось. Так что, я бы сказал, есть объективное противоречие. Но надо все-таки стараться этим управлять и мягко регулировать. Главное - не вызвать острого противостояния. Иначе опять последуют 50 лет конфликтов. Думаю, что нам уже удалось избежать такого сценария. Проблема сейчас стоит не так остро, хотя взаимные претензии сохраняются. Но такого, чтобы превратить все население республик в "единый народ", нельзя допустить.

* 1 2 bak cmd cmd_aup cmd_moldova cmd_ng dl gema.txt out_aup_cp1251 out_moldova_cp1251 out_ng_cp1251 out_ng_koi output2 tagsoup tagsoup.hi tagsoup.hs tagsoup.o tagsoup_aup tagsoup_aup.hi tagsoup_aup.hs tagsoup_aup.o tagsoup_moldova tagsoup_moldova.hi tagsoup_moldova.hs tagsoup_moldova.o tagsoup_ng tagsoup_ng.hi tagsoup_ng.hs tagsoup_ng.o test1.html www.rzd-partner.ru *

- Госпожа Хертрампф, не могли бы вы вначале вкратце охарактеризовать ситуацию в Эстонии и задачи возглавляемой вами Миссии?

- Миссия ОБСЕ была учреждена в Эстонии в 1993 году, когда в стране налицо были напряженность и конфликты вокруг межэтнических отношений. Сегодня ситуация уже иная. По вопросам этносов и языков сегодня имеется солидная правовая основа, и они поэтапно решаются. Мы видим, в частности, что эстонские власти активизировали конструктивную работу на Северо-Востоке страны.

Миссия ОБСЕ рада констатировать, что уже 75% проживающих в Эстонии иностранцев (либо вообще без гражданства, либо с гражданством другой страны) получили постоянный вид на жительство, который обеспечивает им высокую степень безопасности в повседневной жизни и в экономической деятельности. Тем не менее все еще остаются 65 000 человек, которые имеют временный вид на жительство. Эстония тем не менее развивается как часть Северной Европы и как стабильная демократия. Демократия и уважение прав человека - базис для успешной интеграции национальных меньшинств.

- Складывается впечатление, что в последние 2-3 года политика эстонских властей по отношению к русским менялась. Имеют ли место сегодня случаи нарушения прав русского меньшинства, и чем в этой связи приходится сегодня заниматься Миссии ОБСЕ в Эстонии?

- Эстонский Закон "О гражданстве" соответствует международным стандартам и требованиям. Среди прочего Миссия концентрируется на вопросах гражданства и вида на жительство. В этих областях мы видим, к примеру, проблемы, вызванные тем, как Эстонская иммиграционная квота применяется к случаям воссоединения семей. Проблема заключается не в том, что существует иммиграционная квота, - любая страна имеет право регулировать иммиграционные потоки. Проблема в том, что эти квоты ограничивают воссоединение семей.

Прошлым летом Верховный суд Эстонии принял два важных решения в этой области. Он декларировал, что отказывать в разрешении временного вида на жительства только по причине того, что иммиграционная квота уже исчерпана, противоречит эстонской Конституции, которая гарантирует каждому жителю Эстонии право иметь полноценную семью. Эти два решения Верховного суда с тех пор положены в основу практики Департамента по гражданству и миграции - принимать ходатайства о виде на жительство даже в тех случаях, когда квота уже исчерпана. В 2000 году таких случаев было 255. Более того, департамент заверил Миссию в том, что эта практика будет продолжаться до тех пор, пока закон "Об иностранцах" не будет скорректирован в соответствующее время.

Другой предмет для дискуссии - Закон "О языке". В прошлом году к этому закону была принята поправка относительно его применения в частной сфере (что включает, конечно, частный бизнес и неправительственные организации). Согласно этой поправке, устанавливались ограничительные принципы в регулирующей деятельности государства с учетом интересов общества и пропорциональности представительства. Сегодня закон больше соответствует международным правилам. Сейчас мы ожидаем официального решения по процедуре использования языка, которое введет более четкие критерии употребления языка.

- Имеются ли, на ваш взгляд, ограничения в праве получать образование на негосударственных языках, в том числе русском?

- Миссия пристально следит за всеми изменениями, которые происходят в сфере образования. Разумеется, мы специально изучали закон о постепенном переходе преподавания основных предметов в высшей школе на эстонский язык после 2007 года. Миссия и Верховный комиссар по правам национальных меньшинств удовлетворены поправкой к закону, которая устанавливает, что с 2007 года 60% предметов должны преподаваться на эстонском языке и 40% - на других языках (преимущественно русском). Мы отдаем себе отчет в том, что этнические меньшинства всегда очень чувствительны к возможности говорить и получать образование на родном языке. Мне было совершенно ясно, что Министерство образования и общественность заинтересованы в широкой дискуссии на эту тему, и мы оказываем им всяческую поддержку в проведении конференций и круглых столов.

- А как вы смотрите на то, что Эстонии следовало бы еще в 1991 году дать гражданство всем своим жителям?

- Вообще я далеко не уверена, что всякая страна обязательно прибегла бы к "нулевому" варианту и более не испытывала бы проблем. В целом, касаясь проблемы гражданства, я могу сказать, что сегодня вряд ли было бы разумным объявить большой группе населения о том, что они в одночасье становятся гражданами Эстонии, не спрашивая об этом их самих. На мой взгляд, у многих это могло бы вызвать изумление, если не озабоченность. Я также не уверена, была ли возможность принять такое решение 10 лет назад для общества, которое переживало переходный период. История рассудит, было ли это решение плохим или хорошим для общества, правильным или ошибочным. На мой взгляд, оно соответствовало возможностям того времени и, несомненно, было единственным решением, которое было способно принять эстонское общество.

- Язык - лишь часть культуры той или иной национальности, проживающей в этом государстве. Не кажется ли вам, что в этой связи проблема интеграции стоит значительно глубже?

- ОБСЕ выступает за диалог культур. Но вместе с тем каждое национальное меньшинство должно иметь возможность жить в своей культурной среде и развивать ее. Возможно, вы согласитесь с тем, что Эстония - либеральная демократия, которая создает условия для культурного самовыражения всех этнических групп. Ведь культура - это та сфера, которая в первую очередь страдает от финансовых затруднений, даже в период экономического подъема.

Как в российском, так и в эстонском сообществе сознают, что, если все получат паспорта или заговорят на эстонском языке - это еще не будет означать, что интеграция состоялась. Поэтому существует много программ, которые помогают общаться профессиональным и социальным группам. Охвачены практически все сегменты эстонского общества. И единых решений здесь быть не может.

В большинстве государств существует лишь требование знать государственный язык как основное средство коммуникации. В Таллине и его окрестностях вы обнаружите, что интеграция уже идет на практике. Достаточно открыть любую газету - и вы обнаружите интеграцию в ежедневной культурной жизни. Проблема на самом деле концентрируется на Северо-Востоке страны, в Нарве. Там люди просто изолированы от остальной страны. Всю Эстонию из конца в конец можно пересечь за 3-4 часа. Но при этом многие жители Нарвы никогда не бывали, например, на юге Эстонии. Отчасти поэтому эти люди и испытывают проблему интеграции. Это не драма, но, согласитесь, сложно вживаться в культуру, если нет нормальных ежедневных контактов между различными этническими группами. По-моему, это отчасти философский вопрос. Программа интеграции и должна помочь решению этих проблем.

- Есть ли перспективы у русского языка получить статус если не государственного, то хотя бы официального? Каковы европейские стандарты для принятия второго государственного языка?

@@@
Два интервью на эстонско-русскую тему
ЕС отменил санкции против Австрии
Залог отберут без суда
Киев разочарован генсеком НАТО
Кишиневский саммит не будет эпохальным для Содружества
Кондолиза в Азии с корейским досье
Кремль и НАТО помирились

Лидеры Центральной Азии готовятся к саммиту СНГ

@@

Президенты Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Узбекистана займутся не только экономикой

2002-10-04 / Виктория Панфилова







Азиатские лидеры отрепетируют саммит СНГ в узком кругу.

Завтра в Душанбе на саммит Центрально-Азиатской организации по сотрудничеству (ЦАС) соберутся лидеры Таджикистана, Казахстана, Узбекистан, Киргизии, а также в качестве наблюдателя приедут представители Туркмении. Высокопоставленные гости поздравят таджикского президента с юбилеем. 5 октября Эмомали Рахмонову исполнится 50 лет. Но главное - президенты внесли в повестку своей встречи немало вопросов. Поскольку ЦАС - организация экономическая, то прежде всего главы центральноазиатских государств обсудят региональную экономическую интеграцию. Тем более что на одном их предыдущих саммитов были разработаны программы экономической стратегии до 2005 г. и внеочередных экономических мер до 2002 г. Последняя включала в себя вопросы формирования единого экономического пространства, совместного использования водных ресурсов региона, а также экологии. Год близится к завершению, и, видимо, пришла пора подвести первый итог.

Между тем геополитические реалии заставляют лидеров альянса обсуждать на своих встречах также проблемы обеспечения региональной безопасности и борьбы с терроризмом. Решения, которые планируется принять на саммите, будут опираться на положения Соглашения о сотрудничестве в сфере борьбы с распространением экстремизма, терроризма и наркобизнеса, подписанное главами государств Центральной Азии.

Особое внимание главы государств уделят вопросам двусторонних и многосторонних отношений в транспортной, водно-энергетической и пограничной сферах. Кроме того, в нынешнем году активно ведется работа по делимитации и демаркации границ. К примеру, Казахстан и Узбекистан уже сняли вопросы в этой области. А вот Таджикистану и Узбекистану предстоит еще длительная работа.

Проблема использования воды и энергоресурсов станет одной из важнейших тем саммита. Президенты намерены обсудить вопросы деятельности Международного фонда спасения Арала, который в этом году возглавляет президент Эмомали Рахмонов. На утверждение глав центральноазиатских государств будет представлена новая программа по улучшению социально-экономической и экологической обстановки в странах бассейна Аральского моря, разработанная с учетом предложенных главой Таджикистана новых приоритетов. Ранее уже обсуждался проект подачи части стока сибирских рек в Арал. Проект предусматривал отбор у избыточно полноводной Сибири части ее реки - Оби. Предполагалось это сделать в месте впадения в нее реки Иртыш возле города Ханты-Мансийск. Отобрать предполагается 27 куб. км или около 7% стока Оби. Как считают ученые, изъятие такого незначительного по сибирским меркам количества воды не причинило бы абсолютно никакого вреда и ущерба Сибири.

ЦАС, как и ГУУАМ, действует внутри СНГ автономно от России. До сих пор Москва спокойно наблюдает за этим объединением. Во-первых, Россию устраивает, что в рамках ЦАС не будут создаваться какие-либо экономические блоки. Во-вторых, по сравнению с ЕврАзЭС Москва расценивает центральноазиатскую организацию как экономически несостоятельную. Российское руководство указывает на то, что реализация инициатив ЦАС на практике займет не один год, поскольку двусторонние отношения между некоторыми государствами региона, как известно, оставляют желать лучшего.

@@@
Лидеры Центральной Азии готовятся к саммиту СНГ
Мадрид за новую архитектуру безопасности в Европе
Молдавия интегрируется с Европой, а не с Румынией
Морячка подвела Тони Блэра
Москва и Лондон возрождают партнерство
Назарбаев зовет Каримова в союз
Не подстраиваясь под других

ОБСЕ – новое начало или вспомним хорошее старое?

@@

Инициативы Москвы в области безопасности можно продвигать как через ЕС, так и по двусторонним каналам

2008-11-26 / Артем Мальгин - кандидат политических наук, советник ректора МГИМО.







Война на Кавказе подтолкнула Россию к новым идеям.

Фото Юрия Тутова

Интрига, возникшая ушедшим летом в связи с предложением президента Дмитрия Медведева заключить некий новый всеобъемлющий договор о европейской безопасности, все меньше остается интригой и все больше приобретает вполне конвенциональные черты серьезного внешнеполитического предложения. Именно так могут быть расшифрованы известные пять президентских принципов, прозвучавшие в Эвиане, и три премьерских «не». Все эти заявления, если отбросить их эмоциональный фон, звучат вполне в русле традиционной европейской политики и все больше напоминают риторику времен становления Хельсинкского процесса или его обновления, связанного с Парижской хартией и подписанием изначальной версии ДОВСЕ.

Действительно, если посмотреть на суть российских предложений, то, к счастью (хоть в чем-то должна быть стабильность!), они не просто не ломают сложившийся европейский статус-кво, но возвращают нас к его базовым принципам образца 1972–1975 годов.

Сейчас Россия в силу всем известных обстоятельств находится в несбалансированных отношениях со своими европейскими партнерами, это касается как двусторонних отношений, так и взаимодействия с многосторонними институтами. Политический спектр колебаний здесь чрезвычайно широк – от дружественных до более чем проблемных, сдобренных низкопробной пропагандой.

У России, как это ни прискорбно, сейчас нет общего сценария подхода к европейским делам, а таковой нужен как минимум для концептуальной и политико-психологической комфортности. Наверное, при попытках если не родить, то зачать такой сценарий мы сейчас и присутствуем.

Анализируя суть предложения двух руководителей нашей страны, складывается впечатление о существовании серьезного намерения вернуть к жизни некий общеевропейский политический процесс, который дал бы если не юридически обязывающие, то зафиксированные на бумаге результаты и договоренности.

Исходя из оговорок, что этот процесс не отрицает наличия ОБСЕ, а ОБСЕ и так уже максимально всеобъемлюща, можно сделать вывод, что происходит попытка пророссийской реактивации и корректировки деятельности этой организации. Известно, что после Стамбульского саммита 1999 года и принятия последнего консенсусного документа на высшем уровне – Хартии европейской безопасности – прошло уже девять лет. Старый политический консенсус исчерпал себя, а поводов и возможностей найти новый не было. В этом разрезе российские предложения могут быть приемлемы для всех других партнеров по континенту.

Несмотря на формальную независимость друг от друга ОБСЕ и ДОВСЕ, их связывают многочисленные идейные и исторические узы, будь то меры доверия или фактически идентичный состав участников. При этом в отличие от ОБСЕ, которая далека от пророссийских сантиментов, но тем не менее нашла свое место в системе европейской политической архитектуры, ДОВСЕ фактически ушел из поля реальной политики и безопасности. Рваные отношения России и НАТО, равно как и эфемерная военная мощь ЕС, создают для Москвы состояние вакуума в военно-политическом сегменте отношений с Европой. Тем более что этот вакуум склонен к заполнению различными авантюрами, подобными размещению элементов американской ПРО.

Последние российские предложения, если они будут приняты и разработаны в их изначальной парадигме, ведут к более тесному симбиозу ОБСЕ и ДОВСЕ (или его наследника). Наверное, это логично.

Есть и еще один момент, который имплицитно угадывался в летних предложениях Медведева и все больше становится насущной задачей в период после августовской войны в Закавказье. Речь идет об обновлении принципов и общепризнаваемой практики миротворчества и миростроительства в конфликтных зонах. Как сформулировать эти принципы, какую практику считать приемлемой? Пока неясно, но, думается, велика вероятность услышать эти соображения от российских руководителей.

Сейчас трудно понять логику появления самой идеи нового европейского механизма в сфере безопасности, является ли это частью продуманной официальной стратегии или стратегия стала складываться из удачных экспромтов. Впрочем, это не важно, важно то, что реально намечены российские подходы к «собиранию» и концептуализации российской политики в Европе и европейских политических процессов в целом. Это тем более замечательно, что на фоне общемировой экономической нестабильности одно из международных полей России будет приобретать должную устойчивость.

Каналами продвижения новых инициатив Москвы могли бы стать как наши возобновляемые регулярные переговоры с ЕС, так и двусторонние отношения с европейскими столицами и с Вашингтоном. На американском направлении действительно открывается новое окно возможностей, и нельзя исключать того, что Барак Обама не захочет повторить былых американских успехов в деле построения европейской безопасности.

@@@
ОБСЕ – новое начало или вспомним хорошее старое?
От сообщества - к сотрудничеству
Отношения России и Литвы прочны
Путина в Киеве ждут, но позже
Резолюции не должны быть лишь пожеланиями
Русская православная церковь примиряет Армению и Азербайджан
Санкции ЕС против Австрии могут отменить

Севастопольское обострение

@@

Флот и Крым в контексте украинско-российских отношений

2008-09-29 / Сергей Толстов - директор Института политического анализа и международных исследований (Киев).







Если ничего не изменится, российские корабли останутся в Крыму до 2017 года.

Фото Алексея Калужских (НГ-фото)

События последних двух месяцев продемонстрировали серьезность намерений российского руководства прекратить практику уступок и «геополитического отступления» на международной арене. Конфликт в Грузии и совместные учения флота и авиации России и Венесуэлы в Карибском море стали более чем наглядными симптомами обострения отношений между Вашингтоном и Москвой. На фоне продолжающегося мирового финансово-экономического кризиса усиление глобальных противоречий не может не вызывать самого серьезного беспокойства.

Что касается украинско-российских отношений, после грузинского кризиса они, без преувеличений, загнаны в тупик. Причем свой вклад в создание нынешней едва ли не безвыходной ситуации внесли обе стороны.

Чемодан проблем и противоречий

После 1991 года двусторонние отношения были подвергнуты лишь частичному и выборочному урегулированию. Соглашения и компромиссы заключались лишь по отдельным темам и вопросам, и то лишь в меру необходимости. Действует, хотя и с рядом изъятий и ограничений договор о свободной торговле. Урегулированы вопросы ядерного разоружения, утилизации тактического оружия и боеголовок стратегических ракет. Подписаны базовый договор о дружбе, сотрудничестве и партнерстве и соглашения по Черноморскому флоту, зафиксировавшие его раздел и условия базирования (1997 год). Согласованы вопросы демаркации государственной границы, заключен договор о государственной границе и подготовлен договор о ее делимитации. Подписан договор о сотрудничестве в использовании Азовского моря и Керченского пролива, который рассматривает Азовское море как внутренние воды Украины и РФ. По многим другим сюжетам, включая регламентацию действия базовых и рамочных соглашений, особых подвижек нет. Причем эта тенденция прослеживалась и во время пребывания у власти в Киеве лояльных в отношении Москвы прагматиков, и при прозападных радикалах, считающих российский фактор основным импульсом для «цивилизационной трансформации» Украины и формирования нового национального менталитета на антироссийской основе.

@@@
Севастопольское обострение
Союзники США надеются на получение дивидендов
Токийский провал ГРУ
Украина - не Швейцария
Украинская пятилетка за один Год России
Урок японского языка для президента
Уроки словенского