"Наше государство больно, но это не значит, что мы окончательно пали"

@@

Советский экс-премьер уверяет, что не делал государственных долгов и предлагал разделить страну на округа

2001-04-04 / Марина Калашникова Об итогах президентского года Путина рассуждают все - политики, политологи, пресса. Одни сетуют на то, что действия и решения президента не всегда понятны. Другие, желая облегчить ему задачу, предлагают свои рецепты государственного строительства и стиля правления. Третьи пытаются вывести политическую формулу Путина, подыскав для нее историческую преемственность не только среди ельцинских, но и более ранних, советских реформаторов. Николай Рыжков, предпоследний советский премьер, руководивший экономикой в годы перестройки и остановившийся на пороге либеральных реформ, представил корреспонденту "НГ" свой взгляд на то, откуда взялись главные трудности, с которыми сегодня приходится сталкиваться президенту. Будучи умеренным реформатором и выступая против всяческого радикализма, Рыжков, по сути, считает Путина правильным решением дилеммы "Горбачев - ГКЧП", которая разрешилась Ельциным. Спустя 10 лет Путин подхватил знамя государственников поздней перестройки. Некоторые из них, в лице политического долгожителя Николая Рыжкова, готовы предложить ему свое посильное содействие в обустройстве России.







-Николай Иванович, почему столь стремительно вырос внешний долг СССР перед его распадом? Из чего он складывался в годы перестройки и в начале либеральных реформ?

- Я могу отвечать только за то, что происходило до 25 декабря 1990 года, когда я ушел в отставку. Ежегодно, когда разрабатывался бюджет, Госплан, а затем Совмин очень тщательно работали над разделом внешнеэкономической деятельности. Делались детальные расчеты: какова внешняя задолженность страны, сколько нужно взять кредитов, какая сумма требуется, чтобы расплачиваться с долгами. То есть у нас была полная ясность. И, безусловно, мы закладывали в бюджет сумму, адекватную выплатам по процентам.

- Все-таки по официальным данным, с 1985 по 1990 год внешний долг СССР вырос более чем на 35 миллиардов долларов...

- Это басни. Когда я был премьером, имелось три вида внешнеэкономической деятельности: на базе свободно конвертируемой валюты по курсу 63 копейки за один доллар; товарообмен со странами СЭВ, который рассчитывался в переводных рублях, и, наконец, клиринг, по которому мы торговали с Финляндией, Югославией и Индией. На 1 января 1986 года долг СССР в СКВ составил 28 миллиардов долларов. В 1990 году он был 35 миллиардов долларов. Недавно, когда поднялся шум вокруг размера внешнего долга, экс-премьер Павлов, который возглавлял кабинет в 1991 году, оценил его примерно в 32 - 33 миллиарда долларов. Уже позже Гайдар объявил совершенно иную сумму - 70 миллиардов долларов на 1 января 1992 года. Я не знаю, как он считал, - здесь многое зависит от методики. Скажем, по какому курсу брались переводные рубли? В мое время мы брали усредненный курс за пять лет - это помогало сглаживать скачки на мировом рынке.

Я также не знаю, как учитывались правительством Гайдара и последующими кабинетами долги стран - бывших участников Варшавского договора. В 1990 году я вел очень жесткие переговоры с Венгрией и Польшей: они требовали компенсацию за экологический ущерб, нанесенный пребыванием советских войск. Мы, в свою очередь, оценивали имущество, оставшееся там. Так, в случае с Венгрией получались приблизительно равновеликие суммы, около 2 - 2,5 миллиарда долларов для каждой из сторон, и я предлагал "нулевой" вариант - никто никому не должен. Но когда Ельцин стал главой государства, он простил все долги бывшим союзникам по Варшавскому Договору. Он также многое простил и другим нашим должникам.

В свое время, при Косыгине, были подписаны соответствующие договоры с Индией, где четко формулировалось соотношение рупии и доллара. Сообразно этому мы предоставляли кредиты, а Индия позже начала расплачиваться. Индийцы долго добивались пересмотра соглашения, в том числе соотношения валют, в свою пользу. Мне доподлинно известно, что наше внешнеэкономическое ведомство было категорически против пересмотра этого соглашения. Однако во время визита в Индию в 1993 году Ельцин неожиданно объявил, что согласен с предложениями индийской стороны. И мы сразу потеряли 30% тех денег, которые нам были должны. Не знаю, как это учитывалось при расчетах. Но это могло увеличить сумму внешнего долга России, унаследованного от СССР.

- Может, прежде чем обнародовать сумму в 70 миллиардов долларов, правительство Гайдара успело занять какие-то деньги на реформы?

- Я больше чем уверен, что так и было.

- А сколько занимало каждое последующее правительство на реформы?

- Советник президента по экономическим вопросам Андрей Илларионов недавно обнародовал справку: в 1993 году Россия должна была Парижскому клубу 33 миллиарда долларов. В 2000 году - 43 миллиарда. При этом за прошедшие годы, по его словам, мы выплатили по процентам около 17 миллиардов долларов. Министр финансов Алексей Кудрин в справке, недавно распространенной в Госдуме, называет соответственно 34,6 (в 1993 году) и 40,4 миллиарда долларов (в 2000-м).

- Как повлияла на размер внешнего долга деятельность предприятий, регионов, которым разрешили брать в долг под гарантии ЦБ?

- Могу с полной ответственностью заявить, что пока я был председателем Совмина, никаких гарантий регионам, предприятиям или организациям мы не давали. Потом, в 1991 - 1992 годах, началась вольница. Регионы стали брать кредиты под гарантии правительства. У нас не было такой практики. Все деньги сходились в один кошелек, в один карман, а затем они распределялись планом, который утверждал Верховный Совет.

- Став правопреемницей СССР, Россия взяла на себя бремя всех его долгов. Рассчитывались ли при этом специально ее реальные возможности нести связанное с этим бремя?

- В 1992 году готовились документы о том, чтобы разделить внешний долг, который, как уже было сказано, исчислялся в 70 миллиардов долларов, между бывшими республиками СССР. РСФСР по своему экономическому потенциалу - по вкладу в ВВП (или национальному доходу), по численности населения, - составляла 50% от СССР. И соответственно были подготовлены документы о разделе долга - России предписывалось выплатить половину, остальное делилось между республиками пропорционально их вкладу в экономику единого государства. Но Ельцин распорядился записать весь долг за Россией.

- Какими, по-вашему, соображениями он руководствовался?

- Я думаю, прежде всего политическими. Я уверен, что руководителям республик СНГ очень не хотелось брать на себя задолженность СССР. А получить деньги с должников СССР - около 147 миллиардов долларов - представлялось им мало реальным. Россия же объявлялась правопреемницей СССР. И Ельцин переписал долг 280-миллионного народа на одну республику с населением 150 миллионов человек. Не надо было разваливать СССР - он бы расплатился с долгами. Более того, я считаю, что политика Ельцина, которую проводили Гайдар и его последователи и которая кончилась в августе 1998 года, была порочна по своей сути. Государство все эти годы проедало все, что было накоплено ранее, и при этом интенсивно залезало в долги.

- Какова, по-вашему, была мотивация попытки правительства Касьянова в начале этого года уклониться от погашения задолженности Парижскому клубу?

- На мой взгляд, правительство в лице премьера Касьянова и его заместителей рассуждало слишком самоуверенно. Они решили, что успешно проведут переговоры с Парижским клубом и другими международными финансовыми институтами и добьются отсрочки. Другое соображение заключалось в том, чтобы не демонстрировать платежеспособность России. По их мнению, это могло бы помочь избежать финансовой катастрофы 2003 года, когда Россия, согласно графику погашения, должна будет перечислить 18 миллиардов долларов. Мол, Россия не способна платить сегодня - не будет в состоянии платить и в 2003 году.

- А может, правительство просто не решилось само себе признаться, что правила игры в мире сильно изменилась и разговор с Москвой будет более жестким?

- Мне кажется, что они действительно подошли к вопросу сугубо как экономисты. И абсолютно не учли сложившегося сегодня сложнейшего геополитического положения: Запад перешел к жесткой линии в отношении России. Это - ответ на самостоятельную внешнюю политику, которую начал проводить президент Путин. И правильно - хватит нам повизгивать у коврика США и Запада. Мы - самостоятельное, авторитетное государство. Оно сегодня больно, но это не значит, что мы окончательно пали.

Ясно, что Западу такая политика не нравится, и нам решили показать, кто есть кто. Вы помните, как когда-то обещали нам дать кредит 24 миллиарда долларов, если Гайдар останется на своем посту? То есть давали деньги под конкретных людей, которые определяли государственную политику. Я все эти 10 лет говорил, что нам затягивают петлю на шее и что рано или поздно кто-нибудь решит за нее дернуть. Это время сейчас наступило. И я очень боюсь, что Запад продавит выплату 18 миллиардов долларов в 2003 году. Тогда России будет очень тяжело.

- Как вы думаете, есть ли сегодня возможности если не остановить, то хотя бы ограничить вывоз капитала из России, который намного превышает суммы погашения долга? Способно ли что-нибудь сделать правительство, Дума?

- Вы правы, из России ежегодно "утекает" огромный капитал - около 25 миллиардов долларов. Я думаю, что Дума самостоятельно не способна разработать систему предотвращения бегства капитала. Это - достаточно серьезный вопрос, который необходимо проработать правительству. Надо привлечь самых авторитетных финансистов.

- Кого вы имеете в виду?

- Есть люди, которые хорошо разбираются в этих делах и знакомы с зарубежным опытом финансового контроля. Можно изучить, скажем, систему банковской транспарентности Франции. Это только кажется, что в демократической стране "что хочу - то ворочу". Мне известно, что, если у кого-то на счете появляется 10 тысяч франков, банк тут же требует показать происхождение денег. Абсолютно демократичная Швейцария, где строго соблюдается тайна вклада, отступает от этого правила в случае борьбы с коррупцией и криминалом. У нас есть специалисты, которые глубоко владеют этими вопросами. И, безусловно, надо находить пути, чтобы удержать деньги в России. Для этого не надо отбирать 25 миллиардов долларов у их владельцев. Если мы это сделаем, как в 1991 году Гайдар отобрал деньги у предприятий, мы подорвем всякое доверие к государству. Нужно добиться, чтобы деньги оставались в наших банках и работали на нашу экономику. Трагедия в том, что наши же деньги, ушедшие в зарубежные банки, Запад практически дает нам в качестве кредитов.

- Недавно вы организовали и возглавили межфракционное депутатское объединение, которое стало самым многочисленным в Думе. Какие задачи оно способно решить? Какой вклад оно сможет внести в решение общегосударственных проблем?

- Год назад, перед тем, как окончательно сформировались депутатские группы - аграрии, "Народный депутат", "Регионы России", я пытался инициировать создание группы по защите интересов промышленников. Но эту идею не поддержали ни левые, ни правые. По-видимому, сочли невыгодным, хотя я как экономист и производственник считал, что такую группу иметь надо. Будет работать промышленность, будут создаваться материальные ценности - сможем решать любые государственные, в том числе социальные вопросы. Не будет промышленности - будут процветать спекулятивные дела, как это было до 1998 года. Страна богаче от этого не станет.

В октябре прошлого года мне и ряду депутатов удалось учредить межфракционное депутатское объединение (МДО) "Товаропроизводители России". В него входит 90 человек - то есть оно самое многочисленное. МДО "Энергия России", которое возглавляет Виктор Черномырдин, к примеру, насчитывает 60 человек. После того, как в марте к нам присоединилась Маргарита Баржанова от СПС, у нас представлены все фракции. В конце декабря на оргсобрании председателем выбрали меня, а сопредседателями - Мащенко от аграриев, Ходырева от коммунистов, Лоторева от "Регионов России" и Петра Рубежанского от "Единства".

Начиная с января, мы проводим раз в месяц заседание по определенной проблеме и вырабатываем соответствующую позицию. Мы докладываем ее Думе, Совету Федерации, правительству, направляем письмо президенту. Скажем, в феврале рассматривали проблемы и перспективы вступления России в ВТО и по итогам направили рекомендации в Совбез.

- Есть ли резонанс от ваших докладов? Как прореагировал на ваши письма Совбез и правительство?

- Совбез отреагировал очень быстро. В течение 10 дней собрал совещание, которое проводил Фрадков, и определил поручения. Благодаря нашим усилиям, мне кажется, эйфория по поводу вступления России в ВТО начинает проходить. Мы заставили правительство более глубоко проработать вопрос по ВТО и считаться с мнением товаропроизводителей. Правительство дало соответствующее поручение. Сейчас в Думе распространено мое письмо, в котором мы доложили о результатах работы членов нашего МДО с 22 союзами и ассоциациями реального сектора экономики, входящими в Союз товаропроизводителей. Я возглавляю Координационный совет содействия отечественным товаропроизводителям (КСОТ). Мы подготовили от имени МДО и КСОТ заявление и проект соответствующего постановления Госдумы, в котором рекомендовали президенту создать государственную комиссию для рассмотрения всех проблем ВТО, а также образовать аналогичную комиссию Госдумы. Заявление принято. А Совет Думы займется формированием думской комиссии.

- Какова, на ваш взгляд, должна быть дальнейшая экономическая политика правительства?

- Сразу скажу, что я не голосовал за отставку правительства. Поддерживать правительство я не мог, потому что к нему много претензий. Но и поддержать отставку я не мог из-за опасений политической дестабилизации. Поэтому я воздержался от голосования. На мой взгляд, начинать надо не с правительства. Стратегическая линия развития экономики, безусловно, должна исходить от президента. В последний год он очень многого добился во внешней политике, сделав ее самостоятельной. Мы наконец прекратили ходить в обнимку с другом Биллом или другом Гельмутом. Президент ведет политику равноудаленных отношений со всеми странами. А вот в экономике за год стратегия не выработана. Надо в конце концов на чем-то останавливаться. Либеральное крыло в лице Грефа, Кудрина, Чубайса и других допускает радикально-либеральные перегибы. Я этого не приемлю. Считаю, что Гайдар столкнул камень либеральных реформ, его не подкорректировал Черномырдин; чем это кончилось и в каком тяжелейшем положении оказалась страна - известно. Если эту линию поддержит президент, то, на мой взгляд, государству будет плохо. Герман Греф обнародовал свою программу - ее не поддержали, в том числе и у нас в КСОТ. Мне неясно, почему до сих пор наша академическая наука отключена от разработки экономической программы. Неужели Греф настолько силен в экономике и лучше разбирается во всех теоретических изысках, нежели те люди, которые профессионально занимаются этими вопросами? На сегодняшний день его программа не утверждена, но потихоньку ее пытаются проводить.

Скажем, продолжается борьба вокруг приватизации естественных монополий. Я далеко не уверен, что расчленение их на части и раздельная приватизация повысит конкурентоспособность. Возьмите РАО "ЕЭС" - этой зимой мы чуть не заморозили треть населения страны. Теперь Чубайс говорит, что было ошибкой закрытие угольных шахт. Но закрывал-то их именно он. К примеру, Тульский угольный бассейн добывал более 5 миллионов тонн угля в год, сегодня добывает 900 тысяч тонн. В то же время близлежащие электростанции просят сегодня хотя бы 3 - 4 миллиона тонн угля. Недавно были парламентские слушания по МПС, где рассматривали предложения Аксененко, Минэкономики, комитета по антимонопольной политике. Из всех выступающих их поддержал только ведомственный институт МПС. Все в один голос призывают не спешить, в том числе и представители Германии. МПС кстати работает неплохо и имеет хорошую прибыль, которую может вкладывать в развитие технологий. Но тем не менее решили начать дробление единой доныне системы. По "Газпрому" некоторых людей в руководстве страны тоже периодически обуревают идеи: отдельно добычу, транспортировку, сбыт.

Оппоненты радикальной приватизации настаивают на том, чтобы повышать роль госрегулирования. Поэтому сейчас стоит вопрос, идти ли радикально-либеральным курсом команды Грефа или все-таки путем регулирования, который предлагают РАН и ряд специалистов Думы. Надо определиться - нельзя дальше сидеть на двух стульях. Это должны сделать и президент, и правительство.

- Что может стабилизировать экономику сегодня?

- Только ее реальный сектор. Три года назад с большим трудом мы провели в Думе так называемый "бюджет развития". Но ни в прошлом, ни в этом году такого не было. Правительство должно создать систему подпитки производства, чтобы дать возможность предприятиям нормально работать.

20 апреля КСОТ проводит третий съезд товаропроизводителей России. Наряду с общеэкономическими проблемами на нынешнем этапе развития страны мы будем говорить о старении основных фондов. Сегодня в среднем по стране износ оборудования составляет 60-65%, а в отдельных отраслях гораздо выше. К 2003 году, по заявлению Чубайса, треть энергетических мощностей выйдет из строя. Такая ситуация создает опасность техногенной катастрофы и резко снижает производительность и качество труда. Если сегодня не выработать политику государства, то у нас будет работать только Сергей Шойгу. Правительство же, на мой взгляд, недооценивает серьезность этой проблемы. На съезде мы предложим конкретный план обновления технологий и стимулирования реального сектора. Второй вопрос - кадры. И здесь ситуация парадоксальная: при падении производства на 50% и безработице мы имеем дефицит квалифицированной рабочей силы. Считается, что мы потеряли для производства целое поколение. К примеру, до дефолта насчитывалось около 10 миллионов челноков и 1 миллион человек в частном охранном бизнесе.

- Помогают или затрудняют решение экономических проблем административные реформы Путина?

- Я всегда был сторонником того, что любые социально-экономические реформы возможны лишь при сильном государстве. Трагедия перестройки заключалась в том, что ослабили управление государством и одновременно начали проводить реформы. Партию, которая была стержнем общества в силу исторических обстоятельств, Горбачев сломал в 1989 году. Новый стержень демократы не создали, и страна стала неуправляемой.

- Как вы вкратце оцениваете деятельность Горбачева?

- Отрицательно. Я часто бываю на местах и вижу: народ не простил Горбачеву то, что произошло со страной.

- Какие меры могли бы повысить управляемость страны и, в частности, экономики? Известно, что вы были одним из авторов советской версии федеральных округов...

- Федеральные округа, созданные президентом Путиным, могут сыграть очень существенную роль. Хотя мнений много и иногда они диаметрально противоположны. Я отношусь к тем людям, которые положительно оценивают деятельность президента за прошедший год в области внешней политики и укрепления государства. На мой взгляд, Владимир Владимирович Путин своими действиями практически предотвратил распад государства, ликвидировал приватизацию власти со всеми вытекающими последствиями. Что касается идеи федеральных округов, то она действительно обсуждалась еще в советские времена. Когда в 1983 году Юрий Андропов, будучи генсеком, задумал преобразования в экономике и государственном устройстве, он поручил секретарям ЦК - Михаилу Горбачеву, Владимиру Долгих и мне - разработать концепцию дальнейшего развития страны. Мы понимали, что Центр просто захлебывался, он был не в состоянии решать все вопросы, особенно в РСФСР. Для того чтобы его разгрузить, мы предложили создать в стране 10 территориальных округов. Они должны были решить те же управленческие задачи, что и федеральные округа Путина: максимально замкнуть социально-экономическую жизнь на себя, чтобы большая часть вопросов решалась там, а не в Москве.

- Что помешало тогда перейти к управлению страной по вашему плану?

- После смерти Андропова, когда генсеком стал Константин Черненко, посыпались звонки. Сопротивление многих секретарей ЦК, обкомов было гораздо более ожесточенным, чем реакция нынешних региональных элит на федеральные округа и полпредов. Мол, группа Горбачева-Долгих-Рыжкова подвергает угрозе структуру партийного руководства и управления. Поэтому, когда мы принесли готовый документ к председателю Совмина Николаю Тихонову, который тоже входил в нашу группу разработчиков концепции, он категорически отказался его подписывать. "Думаю, что Черненко тоже не подпишет", - предупредил он. Черненко отреагировал однозначно: "Прекратите будоражить и создавать нервозную обстановку в стране - это ни к чему". Выходить на Политбюро с нашим предложением при такой оппозиции смысла не было. Поэтому мы просто убрали весь раздел, касающийся управления и округов.

- Каких функций не хватает, по-вашему, нынешним полпредам президента?

- Конечно, это дело новое, и должна быть сформулирована четкая позиция, чем им надлежит заниматься. На мой взгляд, одних только надзорных функций (как выполняются Конституция и законы) недостаточно. Они должны, не подменяя губернаторов, все-таки более активно заниматься экономикой. В настоящее время КСОТ ведет переговоры с полпредом Георгием Полтавченко и его заместителем по экономике Василием Кичеджи в Центральном округе, с Леонидом Драчевским и Простяковым в Сибирском, с Виктором Казанцевым и Виктором Крохмалем в Южном. Мы предлагаем создать Координационный совет товаропроизводителей в этих округах. Думаю, что скоро такие структуры будут созданы.

- Как вы оцениваете работу Госсовета?

- Госсовет стране нужен. В российской истории при царе Госсовет был органом, который оценивал законы, принятые Думой. При советской власти в качестве такого контрольного органа было Политбюро, которое просеивало решения и вырабатывало позицию. Кстати, в период перестройки там разворачивались острые дискуссии. Политбюро не во всем поддерживало Горбачева. Кто сегодня дает заключения на наши законы? Конечно, есть юридическое управление администрации президента. Но когда представитель президента в Думе Александр Котенков объявляет, что президент одобрил или не одобрил тот или иной закон, далеко не у всех есть уверенность, что президент с этим законом ознакомлен. Госсовет нужен как орган, который будет анализировать законы, указы и решения власти. Я считаю, что Госсовет должен быть утвержден Конституцией, а не президентским указом.

- Как скоро это возможно и каким способом - с помощью референдума или через Думу?

- Вряд ли это стоит делать через референдум. Президент должен внести инициативу в Думу, которая рассмотрит ее в установленном порядке. Я бы на месте президента не тянул с этим, пока он имеет высокий рейтинг доверия и лояльную Думу, которая практически выражает интересы власти. Дальше ему будет сложнее. Если говорить о составе Госсовета, то там должно работать не 89, а скажем, 20-30 человек, иначе он не будет эффективным. В него могут войти часть губернаторов, представители федеральных округов, правительства, общественных структур, просто уважаемые люди. Короче, в Госсовете должен быть представлены различные срезы общества.

- На что, по-вашему, будет способен новый Совет Федерации и не придем ли мы к однопалатному парламенту?

- Если мы правильно организуем Госсовет как сильный рабочий орган, то в дальнейшем разумно было бы перейти к однопалатному парламенту. В этом случае потребуется система защиты интересов регионов в Госсовете.

- Сейчас, по прошествии года у власти, все дают президенту советы - что делать и каких ошибок не совершать. Как бы вы в дальнейшем укрепляли исполнительную вертикаль и государство?

- Для проведения необходимых преобразований в стране, особенно в экономике, нужна сильная государственная власть. На мой взгляд, в конце 80-х - начале 90-х годов была разрушена действующая система государственной власти, а новая не создана. Результаты известны. Страна не только не была в состоянии проводить необходимые реформы, она фактически стала неуправляемой. В этом ей помогли так называемые демократы во главе с Ельциным. В борьбе за власть они шли на все, не заботясь о тяжелых последствиях для народа и государства. Все это напоминает мне наше революционное прошлое. Большевики сознательно разложили царскую армию, а через несколько месяцев после Октябрьской революции вынуждены были вновь создавать ее.

Сегодня вопрос формирования эффективной системы власти всех уровней остается актуальным. На мой взгляд, представительно-законодательную власть, от района до парламента страны, следует формировать путем прямых выборов. В исполнительной власти мы рано или поздно придем к системе назначения, кроме президента страны, который должен избираться всем народом. А во избежание ошибок и субъективизма в этом деле, кандидатуры назначаемых руководителей можно согласовывать с представительной властью соответствующего уровня. Совершенно очевидно, что в формировании федерального правительства за последние 10-12 лет мы бросались из крайности в крайность, не находя оптимального решения: от согласования с Верховным Советом СССР в 1989 году кандидатур всех без исключения министров и председателей федеральных комитетов до одобрения Госдумой, начиная с 1993 года, только кандидатуры председателя правительства. Думаю, что сегодня целесообразно было бы обсуждать с Госдумой, помимо главы правительства, ключевые посты кабинета: кандидатуры вице-премьеров, министров финансов, экономики, промышленности, сельского хозяйства и военно-промышленного комплекса. Главы силовых министерств, а также внешнеполитического ведомства должны назначаться и быть подотчетны президенту.

@@@
"Наше государство больно, но это не значит, что мы окончательно пали"
Адвокаты Коданева инициируют новый процесс
Антрепренеры-сутенеры
Без изменения и удовлетворения
Без предрассудков
В поисках подсудимого
Врачей хотят расстрелять

Генералу поменяли судей

@@

Начался новый процесс по делу бывшего начальника автослужбы 41-й армии, обвиняемого в хищении военной техники

2003-12-17 / Светлана Гомзикова



Повторный процесс по делу бывшего начальника автослужбы 41-й армии СибВО генерал-майора Виктора Михайлова начался вчера в военном суде Новосибирского гарнизона. В августе с.г. Михайлов был признан виновным в превышении должностных полномочий и приговорен к 3 годам лишения свободы. В октябре Западно-Сибирский окружной военный суд направил дело на новое рассмотрение.

Дело о хищении автотехники в частях СибВО прокуратура округа возбудила в начале 2002 года. Главными фигурантами проходили генерал Михайлов и начальник ФГУП "15-й военный завод" Минобороны РФ полковник Владимир Бован. Техника, находящаяся в подразделениях 41-й армии, по документам как непригодная отправлялась на 15-й авторемонтный завод. Там, согласно отчетности, отслужившим свой срок машинам придавали товарный вид и продавали через филиал ООО "Холдинговая компания Автоспецтех". Однако в ходе следствия выяснилось, что почти все автомобили были в рабочем состоянии. Оказалось также, что оценочная фирма, которую возглавляла супруга Бована, занижала остаточную стоимость списанного имущества, а филиал "Холдинговой компании Автоспецтех" реализовывал уцененные машины по рыночным ценам. В результате авторемонтный завод недоперечислил на счета Минобороны РФ 670 тыс. рублей. В июле 2003 года Новосибирский гарнизонный суд признал Бована виновным в превышении полномочий и приговорил его к штрафу в 80 тысяч рублей, а также обязал возместить ущерб, нанесенный Минобороны.

@@@
Генералу поменяли судей
Двоечники предпочли сдавать экзамены "по-новому"
Дело Адамова вернется в суд
Дело Хлебникова: второй круг
Дело не для присяжных
Еврозона
Как увольняли генерала

Конституционный суд не услышал котляковского взрыва

@@

Из трех подсудимых по самому громкому "афганскому" делу остался один, который за все и ответит

2003-02-28 / Михаил Толпегин



Вчера в Мосгорсуде началось повторное рассмотрение дела о взрыве на Котляковском кладбище 10 ноября 1996 года, когда погибли 14 человек и несколько десятков были ранены. Единственный обвиняемый - бывший "афганец" Михаил Смуров, ранее полностью оправданный Московским окружным военным судом вместе с Валерием Радчиковым и Андреем Анохиным.

Вышедшее на второй круг котляковское дело продолжает привлекать по двум причинам. Первая состоит в том, что загадок здесь становится со временем не меньше, а больше. Вторая связана с юридической путаницей, возникшей после принятия в прошлом году нового УПК.

21 января 2000 года военный суд оправдал всех обвиняемых по этому делу за недоказанностью вины (полковник Радчиков обвинялся в организации теракта, Анохин - в его исполнении, Смуров - в соучастии). В апреле того же года военная коллегия Верховного суда оставила приговор в силе. А 13 декабря 2000 года президиум ВС отменил приговор и направил дело на новое расследование в Генпрокуратуру. Дальше начинаются загадки. Второй по важности фигурант дела Анохин куда-то бесследно исчезает и официально считается скрывшимся от правосудия. А 31 января 2001 года в автокатастрофе на Минском шоссе погибает Радчиков. По официальной версии, его водитель не справился с управлением, в результате чего машина врезалась в грузовик. Поскольку единственный из обвиняемых кадровый военный погиб, вновь расследованное дело передают в Мосгорсуд, перед которым и предстал последний герой "афганского" дела Смуров.

Строго говоря, повторный судебный процесс начался 23 августа прошлого года. Однако на полгода был прерван: адвокат подсудимого Игорь Вербицкий, безуспешно ходатайствовавший о прекращении уголовного дела, добился паузы для обращения в Верховный суд РФ. По его мнению, новый УПК не допускает отмены оправдательного приговора в надзорной инстанции, а потому Михаил Смуров по "афганскому" делу более неподсуден. С таким же заявлением защитник обратился в Конституционный суд РФ. Но Верховный суд не нашел оснований для прекращения уголовного дела, а Конституционный оставил обращение Вербицкого без рассмотрения, мотивируя это тем, что определение по аналогичному запросу уже выносилось. Как сказал адвокат в беседе с корреспондентом "НГ", в принципе позиция КС в отношении нового УПК согласуется с его точкой зрения, однако Мосгорсуд принял сторону Верховного суда и отказался прекратить уголовное дело, о чем он вчера вновь ходатайствовал.

@@@
Конституционный суд не услышал котляковского взрыва
Кудрина в свидетели
Леонид Драчевский: "Хочу держаться подальше от политики"
На Ходорковского завели новое дело
Новости
Письмо Лебедя в Москву
Под стражу

Приговор по монитору

@@

Осужденный за шпионаж ученый Игорь Сутягин наблюдал за рассмотрением своего дела в Верховном суде по телевизору

2004-08-18 / Андрей Скробот



Верховный суд оставил вчера в силе приговор российскому ученому Игорю Сутягину, признанному виновным в шпионаже в пользу США и осужденному Мосгорсудом на 15 лет лишения свободы. Таким образом, высшая судебная инстанция отказала в удовлетворении жалобы адвокатов Сутягина Бориса Кузнецова и Анны Ставицкой, просивших отменить приговор Мосгорсуда и направить дело на новое рассмотрение судом присяжных. Теперь защитники ученого намерены искать справедливости в Европейском суде по правам человека.

@@@
Приговор по монитору
Путина вызывают свидетелем
СПС вступился за Валентина Данилова
Скостили
Совсем не виноват
Тамара Рохлина вышла на свободу
Тамару Рохлину просят подождать до ноября

Террористу оставили «вышку»

@@

Верховный суд РФ подтвердил приговор Нурпаши Кулаеву

2006-12-27 / Светлана Гомзикова



Верховный суд РФ вчера признал законным приговор в отношении 26-летнего Нурпаши Кулаева, осужденного на пожизненное заключение за захват школы в Беслане в сентябре 2004 года. Кассационные жалобы потерпевших и адвоката обвиняемого, просивших отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение, суд оставил без удовлетворения. В связи с этим потерпевшие уже заявили о намерении обратиться с иском в Европейский суд по правам человека.

26 мая 2006 года Верховный суд Северной Осетии приговорил Нурпаши Кулаева (по утверждению следствия, единственного выжившего из 32 боевиков, принимавших участие в захвате школы) к пожизненному заключению, признав его виновным по 8 статьям УК РФ, в том числе в бандитизме, убийствах и захвате заложников. Председательствовавший на суде Тамерлан Агузаров тогда заявил: «Суд приходит к выводу, что преступления, совершенные Кулаевым, заслуживают исключительной меры в виде смертной казни. Но принимая во внимание постановление Конституционного суда РФ от 2 февраля 1999 года, согласно которому смертная казнь назначаться не может, суд приговаривает Кулаева к пожизненному сроку заключения с отбыванием срока наказания в колонии особого режима».

@@@
Террористу оставили «вышку»
У мэра отсудили должность
Ульману готовят новых присяжных
Центральный - округ контрастов
Юрий Буданов надеется на присяжных