"Важнейшее из искусств" и глобализация

@@

Завершающийся фестивальный сезон заставил говорить о том, что национальные кинематографы умирают

2008-09-11 / Екатерина Юрьевна Барабаш - корреспондент "НГ".



Фестивальный сезон близится к завершению. Из крупных международных кинофорумов остался Сан-Себастьян в октябре – и можно говорить о зимней передышке фестивальной круговерти.

Всякий крупный фестиваль – это не только новое кино, а среди прочего и такое, которое в отечественный прокат никогда не выйдет. Это еще и возможность сложить картину современного мира из кусочков, как дети складывают мозаику. Совершенно разные по жанру, по темпераменту, по важности затрагиваемых проблем, фестивальные фильмы на 10 дней становятся маленькой моделью мира.

Минувший Венецианский фестиваль продемонстрировал довольно печальный факт (а может, ничего печального в нем и нет?): национальное кино умерло. Именно национальное, а не делающееся на деньги определенной страны, в этой стране, с актерами этой страны. Сейчас можно говорить о том, что феномены национальных кинематографов стали частью истории. Кого мы имеем в виду, говоря про великое итальянское кино? Вероятно, Феллини, Росселлини, Висконти... Кто олицетворяет для большинства французский кинематограф? Годар, Шаброль, Трюффо... Относительно недавно родившаяся и уже увядшая мода на китайское кино сделала популярными такие имена, как Чен Кайге, Чжан Имоу, Ло Е... И совсем уж недавно сверкнуло кино датское – благодаря неутомимому фантазеру Ларсу фон Триеру и его художественному манифесту «Догма».

Итальянские неореалисты вывели кино на улицу, определив новое направление в кинематографе. Чуть позже французы вдохнули в кино новое, легкое дыхание, дав рождение «новой волне». В течение десятилетий более или менее грамотный по части кино человек мог отличать национальные кинематографы по их сложившимся характерным темпераментам, ритму, отношению к той или иной проблеме.

Глобализация пришла и в кино. На последней Мостре за Италию в конкурсе выступал недавний турок Ферзан Озпетек. В его руках фильм «Прекрасный день» забушевал азиатскими страстями, по сравнению с которыми любой итальянский дворик покажется приютом глухонемых. Китаец Ю Лик-Вай снял фильм, представлявший Бразилию, – «Пластик-сити», в котором показал безвозвратное и враждебное смешение разных культур. От Франции на остров Лидо приехали немец Вернер Шройтер («Этой ночью»), алжирец Тариг Текийя («Внутренняя страна») и немец из Тегерана Барбет Шредер («Тварь в тени»). Практически все они затрагивают проблемы, связанные с освоением человеком новых и новых пространств, новых культур, с адаптацией целых народов в новой среде. Чаще всего герои фильмов оказываются в новой среде в результате эмиграции, и, как правило, результатом становится невозможность разным культурам найти общий язык.

Это уже другой вопрос – хороши или нет эти фильмы. Многие, бесспорно, даже очень хороши. Один из самых ныне популярных в мире молодых режиссеров Фатих Акин, выходец из Турции, живущий и снимающий в Германии, одну за другой посвящает свои работы проблемам бывших соотечественников. За фильм «Головой о стену» три года назад Акин получил берлинского «Золотого медведя». Интерес к проблемам, связанным с взаимодействием Азии и Европы, не всегда удачного, виден не только у молодых европейских режиссеров – выходцев из азиатских стран. В том же году живой классик австриец Михаэль Ханеке получил сразу три награды Каннского фестиваля (в том числе и за режиссуру) за фильм «Скрытое», в котором давние отношения главного героя с мигрантом-алжирцем через много лет отзываются трагедией.

@@@
"Важнейшее из искусств" и глобализация
Армянский конкордат
Богема дизайна
Буш создал условия для победы Обамы
В СНГ появились миротворцы
Владимир Путин ностальгирует по временам СССР
Возражения против бессмертия

Иранский коридор для Казахстана

@@

Президент Ахмадинежад приехал в Астану за поддержкой

2009-04-07 / Виктория Панфилова







В Казахстане старые дороги заменят современные автотрассы, ведущие в Иран.

Фото Reuters

Казахстан продолжает диверсификацию своих энергетических и транспортных маршрутов, в том числе в иранском направлении. Об этом вчера шла речь на встрече в Астане президентов Казахстана Нурсултана Назарбаева и Ирана Махмуда Ахмадинежада.

Для Астаны иранское направление не новое. С 1997 года Казахстан начал сотрудничать с Ираном по SWAP-операциям в рамках замещения нефти: казахстанская нефть танкерами поставлялась в иранские северные порты на Каспии, а Иран, в свою очередь, в своих портах Персидского залива те же объемы, но своей нефти отгружал импортерам третьих стран в пользу Казахстана. «Не исключено, что такая же схема будет применяться и в поставках сжиженного газа. Это перспективная схема для Казахстана. И если будет рост добычи углеводородов на Каспии, то гораздо удобнее пользоваться SWAP-операциями, нежели вкладываться в дорогостоящие транскаспийские проекты», – сказал «НГ» эксперт по Центральной Азии Юрий Солозобов.

Напомним, что в прошлом году Тегеран и Астана начали переговоры по проекту строительства трубопровода Казахстан–Туркмения–Иран (Персидский залив). Как тогда отметил президент Национальной компании «КазМунайГаз» Каиргельды Кабылдин, иранский маршрут позволит Казахстану выйти в Персидский залив и получить доступ к азиатским рынкам. В будущем предполагалось подключить этот трубопровод к системе иранских нефтепроводов, которые в настоящее время транспортируют нефть с юга страны на север, и высвободить определенную мощность этой системы для переброски казахской нефти в Персидский залив на остров Харк и далее к потребителям в Юго-Восточной Азии. Одновременно планировалось построить нефтеочистительный завод на севере Ирана вблизи берегов Каспия – казахская нефть относится к категории тяжелых и нуждается в переработке. Однако в планы вмешался мировой финансовый кризис, и Казахстан на время свернул масштабные программы стратегического значения, чтобы, как сказал президент Назарбаев, «собрать силы для нового модернизированного рывка».

@@@
Иранский коридор для Казахстана
К вопросу о национальной идее
Какими мы будем
Наука для правого полушария мозга
Нашим плохо и в благополучной Германии
Ноутбуки переводят на метанол
Пластиковые пули для уральских милитаристов

Поверх языковых барьеров

@@

Пограничники Молдовы овладевают и молдавским, и русским языками

2002-03-11 / Валерий Монастырев, Игорь Плугатарев Многие видели: кишиневские юнцы, одинаково хорошо говорящие как по-молдавски, так и по-русски, демонстративно заявляют в телекамеру московского телеканала, что они не желают общаться с журналистами (а значит, и со всеми российскими телезрителями) по-русски. Они еще не догадываются, что те, кто зовет их на улицы, используют их в своих целях. Между тем проблему "говорить или не говорить в Молдавии по-русски" решать можно совершенно по-другому. Это мы неожиданно для себя увидели в пограничных войсках республики, проехав по довольно большому участку государственной границы Молдавии с Румынией и Украиной.



В пограничном отряде Унгены мы оказались в момент принятия присяги. Интересно, что сразу после торжественной церемонии каждому молодому солдату, согласно приказу пограничного главка, объявляется по пять суток отпуска. Руководство департамента пограничных войск Республики Молдова считает, что родные и близкие должны обязательно пообщаться со своим сыном именно после того, как он присягнул на верность родине. Наверное, для маленькой Молдавии так и надо: из тех же Унген в самую дальнюю точку страны можно добраться меньше чем за один световой день. Между прочим, в немалой степени благодаря таким подходам к организации службы солдаты здесь не бегают из частей, не расстреливают сослуживцев.

Едем на стрельбище. Начальник отряда капитан Михаил Булат говорит, что сейчас там сдают экзамены 33 курсанта Школы по подготовке младших специалистов, которые будут аттестованы на прапорщиков. Позже в самой школе наблюдаем процесс обучения, который здесь проводится не только на молдавском, но и на русском языках.

- У нас есть военнослужащие, которые не понимают по-молдавски, и тогда все распоряжения и команды отдаются на русском языке, - пояснял нам капитан Булат. - А когда у кого-то затруднения с русской речью, общение идет на молдавском.

Мы невзначай обратили внимание на ласточку, выпорхнувшую из гнезда из-под козырька одной из построек. Офицер, перехватив наш взгляд, улыбнулся:

- А, рындуника! Она по поверью приносит счастье. На каждой нашей заставе гнезда вьет.

Ну вот, одно молдавское слово и мы теперь знали.

Когда по возвращении в Кишинев мы обсуждали проблему языковых барьеров с полковником Игорем Коленовым, он подчеркнул: "Под конец службы у нас каждый солдат начинает говорить на том языке, которого не знал".

Предшественник Коленова на посту руководителя молдавского пограндепартамента бригадный генерал Комол русского не знал. Не по своей воле - прежнее руководство республики не позволяло ему участвовать в пограничном сотрудничестве в рамках СНГ. О чем он искренне сожалел. Коленов же рад, что тяжкое давление такой политики досталось не на его долю. Он считает, что проблемы на постсоветском пограничном пространстве у всех общие и, замыкаясь в своей национальной скорлупе, в одиночку их не решить. Одна из ближайших встреч руководителей погранведомств стран Содружества должна обязательно состояться в Кишиневе...

Нас интересовал, конечно, не только "языковой" конфликт и опасность начала его "разрешения" в войсковых структурах страны, каковыми являются и погранвойска. У Молдавии в последнее время не очень складывались взаимоотношения по пограничным вопросам с Украиной. Разве что подготовка кадров для молдавских погранвойск налажена, и на границе служит уже немало выпускников украинской Академии пограничных войск имени Богдана Хмельницкого.

В ходе недавнего неформального саммита глав государств СНГ президент Молдавии Владимир Воронин встретился со своим украинским коллегой Леонидом Кучмой. Помимо вопросов возобновления переговорного процесса по урегулированию в Приднестровье он обсудил с ним и возможность преодоления разногласий в связи с предстоящим созданием совместных таможенных пунктов, обустройством отдельных участков государственной границы двух стран.

Рубеж с Украиной - новое направление деятельности департамента погранвойск Молдавии: административную границу, номинально существовавшую во времена Союза, до лета прошлого года охраняла национальная полиция. Было примерно то же, что и у нас на российско-казахстанском участке в середине 1990-х, когда там войск не было, а действовала наскоро созданная пограничная стража.

Что касается организации службы, тут нужно постоянно быть начеку. Как раз в момент нашего пребывания поступила информация о том, что наряд задержал двое саней с овечьей шерстью - более 1500 шкур. Как позже выяснилось - контрабанда на сумму в 50 тыс. лей, или приблизительно в 4,5 тыс. долларов. Контрабандисты Молдавии, Румынии, Украины "обмениваются" вином, спиртом и кондитерскими изделиями, бытовой электротехникой и цветными металлами. Этот своеобразный незаконный бартер исчисляется тоннами, на многие сотни тысяч лей осуществляется переправа сигарет и табака. А однажды один ушлый украинец гнал из-за Прута контрабандный… "Икарус". Ну и, конечно, - незаконная миграция. Задерживают как представителей стран СНГ, так и иракцев, афганцев, китайцев...

В пограничной комендатуре Атаки мы вели разговор с ее начальником подполковником Валерианом Жеро о взаимодействии с украинскими пограничниками. Происходит оно по-разному. На государственном уровне пока не принят целый ряд необходимых решений. "Поэтому договариваемся на своем языке, пограничном. В том, что граница здесь вдруг образовалась, люди не виноваты".

- А что это за такой "пограничный язык"? - спросили мы.

- Да русский! Мы с украинцами обо всем договариваемся на русском.

Офицер рассказал о заставах Клокушны (Молдавия) и Гвоздовцы (Украина). Молдавские дети учатся в Гвоздовцах и по упрощенному пропуску идут через линию границы в школу. Отсюда же женщины ходят "в Украину" за покупками. Кстати сказать, они даже и рожать там предпочитают, потому что условия в тамошнем роддоме лучше. В свою очередь, украинские юноши и девчата являются учащимися молдавского техникума. "И это нормально, - говорит Жеро, - потому что проблемы в совместных пунктах пропуска еще до конца не решены. Кстати, и на вашей, российской границе, я слышал, у вас с украинцами такие же проблемы".

@@@
Поверх языковых барьеров
Рай для сохатых
Растление спортивной России
Рокировка в шпионской службе Пакистана
Российский академик Жорес Алферов стал нобелевским лауреатом в области физики
Россия сегодня, завтра и через десять лет. Страна и власть
Рост в условиях кризиса

С куклами по жизни

@@

Казанская художница Асия Глебова «вылепила» свое направление в искусстве

2005-01-31 / Вера Постнова







Гипсовая купчиха словно сошла со знаменитой картины Кустодиева.

Фото Асии Глебовой

Чтобы кукла родилась, примерно месяц уходит на вынашивание образа, работу с искусствоведческой и исторической литературой. Фигуру и лица своих кукол художница Асия Глебова лепит из гипса с мраморной крошкой. Прически, головные уборы, одежду Асия создает, изучая историю костюма, подбирая ткани. Она подчеркивает, что именно детали делают ее кукол произведениями искусства.

На «серьезную», по определению Асии, скульптуру она пока еще не отважилась замахнуться, но очень хочет. Ей нравится скульптура, она много лепит и, кажется, уже «вылепила» новое направление в искусстве. По крайней мере именно такое ощущение приходит, когда видишь ее кукол. Созданные ею образы не нуждаются в комментариях экскурсовода. Например, композиция «Апа и бабай пьют чай». Смотришь на нее, а воображение дорисовывает вечер в татарской деревне, лужайку перед домом с резными наличниками и расписными воротами.

Или «Казанская царица Сююмбике с сыном Утямышем». Асия объясняет, что царицу лепила с фотографии своей матери, что эта мини-скульптура с подсветкой три года выставлялась во Франции, когда Париж и Дижон знакомились с татарским народным творчеством в рамках «Дней России во Франции», а также в Мюнхене и Ганновере («Экспо-2000»).

@@@
С куклами по жизни
СВЧ-пушка
Сага об IT-Форсайте
Сталинская, Ленинская… И - полный "Триумф"!
У армии теперь и мужское и женское лицо
Убить дракона
Футуризм, абстракция и призрак дуче

Честь, достоинство и слово

@@

"На каждую вторую публикацию в нашей прессе можно подавать в суд", - считает эксперт-филолог Владимир Славкин

2000-02-26 / Анастасия Дедюхина



Владимир Вячеславович Славкин - доцент кафедры стилистики русского языка факультета журналистики МГУ.

Фото Артема Чернова (НГ-фото)

-ВЛАДИМИР ВЯЧЕСЛАВОВИЧ, что представляет собой ваша специализация?

- Я в большей степени занимаюсь синтаксисом, кроме того, веду занятия по стилистике. А в последние годы возникло новое направление - различного рода экспертизы, связанные с проблемами стилистики и словоупотребления, со всем комплексом лингвистических проблем, которые становятся предметом разбирательства в суде.

- То есть это сугубо судебные экспертизы?

- Да. Возникло это именно как судебная проблема. Первый раз было, по-моему, четыре года назад, когда на кафедру стилистики русского языка (факультета журналистики МГУ. - А.Д.) обратились с просьбой сделать экспертизу текстов, опубликованных колдуном Юрием Лонго. В этих текстах содержались рецепты, заговоры и его комментарии. Первую экспертизу сделали сотрудники Института русского языка Академии наук. Но суд продолжался, и требовалась еще одна экспертиза. Книги Лонго в большой степени были заимствованы у целительницы Эльвиры Самофаловой (ее книга была опубликована за четыре года до появления книг Лонго). После достаточно тяжелого разбирательства суд выяснил, что действительно были заимствования, без указания на источник. Затем пошли другие дела...

- Сейчас часто приходится рассматривать дела о плагиате?

- Речь не идет о плагиате, скорее - о нарушении авторских прав. Авторские права нарушаются по-разному. Одно из нарушений - плагиат. Вот, например, ситуация, которую я анализировал в этом году. Вышло несколько книг об истории мороженого, холодильной техники в России. Почти все выходили под двумя фамилиями - генерального директора объединения и еще одного специалиста. И специалист обратился в суд с требованием признать, что только он является автором, а генеральный директор просто ставил свою фамилию. Книги хорошо расходились, и специалист захотел, чтобы справедливость восторжествовала. Это трудный случай: речь идет о специальном тексте, и лингвистическая экспертиза не может дать стопроцентный ответ по этому поводу.

- Лингвистические экспертизы могут оспариваться?

- Юрий Лонго пытался оспорить обе экспертизы: Института русского языка и нашу. Он сам обратился в Союз писателей к некой экспертной группе. Они пытались не то что бы оспорить выводы экспертизы, но по-другому их трактовать. Насколько я знаю, суд принял окончательное решение о том, что Лонго дело проиграл и должен возместить моральный ущерб за то, что позаимствовал текст (причем с теми же ошибками, которые были в оригинале!). Это была самая трудоемкая экспертиза. Нам пришлось обратиться к первоисточникам - тем публикациям, изданиям XIX века, откуда взяли эти заговоры. Пришлось сравнивать и выявлять особенности в написании слов. А есть работа небольшая по объему, когда вопрос ставится буквально об одном-двух словах.

- Существует совершенно реальный журналист, в чьих статьях постоянно встречаются отголоски статей других журналистов. Что с ним можно сделать?

- Вопрос тонкий юридически и этически, причем в большей степени - этически. Если журналист заимствует из текстов других журналистов, его можно осудить этически. Юридически можно осудить, лишь если будет доказано абсолютное, дословное совпадение. Если же что-то перефразировано - доказать очень сложно. Это прием, аллюзия, то есть намек на некий литературный текст или факт. Так же как фраза "человек, похожий на кого-то" - явная аллюзия к известной ситуации.

Аллюзия, кстати, тоже может быть предметом экспертизы. Не так давно в одной областной газете был опубликован материал о крупном деятеле местной газовой промышленности. Он предъявил две претензии к автору публикации. Во-первых, к названию, которое звучало так: "Неприкасаемый?". Герой материала считал, что это порочит его деловую репутацию. Вторая претензия была к подзаголовку - "Неладно что-то в газовом королевстве (имярек)". В исковом заявлении герой написал: я работаю в структурах газовой промышленности 25 лет, не являюсь королем, и королевства своего у меня нет, потому эта фраза является оскорблением. Мы сравнивали четыре перевода "Гамлета", и в двух наиболее известных переводах - Лозинского и Пастернака - этой фразы нет, она звучит по-другому. Тем не менее речь идет не о королевстве как государственном строе, а об отдельной территории (державе, государстве).

- Какие сроки экспертизы?

- Это зависит от размеров. Если небольшой объем, то - два-три дня.

- Кто ваши клиенты?

- К нам обращаются из судебных инстанций; может обратиться и заинтересованная сторона. Но дело в том, что экспертиза объективна, и обратившаяся к нам заинтересованная сторона может оказаться в самом невыгодном положении. Поэтому мы предпочитаем работать с судебными инстанциями.

- В чем основной смысл экспертизы?

- Задача экспертизы - отделить оскорбление от оценки. Дело в том, что радикализм оценок - вообще в традиции нашей печати. Я уже не говорю о печати СССР, о каких-нибудь "акулах империализма"... Но и в XIX веке в Российской империи были весьма оценочные, даже оскорбительные номинации. И что удивительно, а может, и не удивительно: наша Дума восприняла эту традицию от первых дореволюционных Дум. У Пикуля есть описания деятельности первых Государственных дум. Такие слова, как пьяница, дебошир, дурак, идиот, встречались сплошь и рядом, не будучи парламентскими выражениями. И Муромцев, и Родзянко пытались сделать что-нибудь, чтобы привести парламентское словоупотребление в норму, но им это плохо удавалось. Скорее всего так же, как не удавалось ни Хасбулатову, ни Селезневу... Когда человек - в запале, контролировать его речь весьма сложно. В журналистике же у нас вообще считается так: чем забористее, тем лучше. Чтобы проняло, как говорится, до печенок.

- Не считаете ли вы, что при всем при том это достаточно эффективно?

- В нашей стране - да, поскольку у нас только такого человека и воспримут; он так хорошо и плотно выражается - наш человек! Кстати, может быть, это в какой-то мере залог высокого рейтинга Путина, поскольку выражения "мочить в сортире" или "сливай воду" ведут к некоторой интимизации общения - он такой же, как мы. Но я считаю, что выражения такого типа недопустимы в публичной политике. Вы можете выражать свои оценки, в том числе обсценной лексикой или весьма грубыми выражениями, только в межличностном общении. Но это мое мнение.

- Как оценивается обсценная лексика с точки зрения филологической экспертизы?

-У нас, слава Богу, не было ни одной экспертизы, связанной с матом. При всей любви к разухабистости люди все-таки не переходят известных границ. А вообще для юридической практики это наиболее четкий и легкий случай. Если употребляется слово грубое, которое в словарях фиксируется как уничижительное, оскорбительное, презрительное, то это практически стопроцентный успех для истца. Здесь важно, в какой мере данное слово адресовано данному человеку. Если написано, что человек является козлом, это очевидное оскорбление. (Даже если он на козла похож, здесь идет речь об унижении.) Кстати, недавно вышла книга, очень полезная для адвокатов, филологов и журналистов - "Понятия чести и достоинства, оскорбления и ненормативности в текстах права и средствах массовой информации". Там приводятся фрагменты действующих законов и их комментариев: что такое неприличие, что такое оскорбление и т.д.

Хотя некоторые слова трактовать можно по-разному. Но оскорблением в юридическом смысле будет слово, которое является общеупотребительным: негодяй, подлец - оскорбительные слова...

- А что касается животных?

- Эти слова унизят наше достоинство, но они не всегда являются оскорблениями. С точки зрения лингвистики оскорбление - момент объективный, унижение - субъективный. Человек может чувствовать себя униженным, но юридически оскорблен не будет. Вот пример с тем же самым Жириновским. Одна газета в 97-м году опубликовала маленькую заметку под названием: "Жириновский торгует фальшивой водкой". Текст сопровождался фотографией: Жириновский подносит стакан ко рту. А содержание следующее: в Саранске местное МВД обнаружило в штаб-квартире ЛДПР несколько ящиков "паленой водки" - с фальшивыми акцизными марками. И Жириновский обратился в суд с иском о том, что он, будучи депутатом Госдумы, никакой водкой не торгует, фальшивой - тем более. И потребовал возмещения морального ущерба.

- Может ли ваша экспертиза повлиять на размер компенсации морального ущерба?

- Это зависит от искусства адвокатов. К делу Жириновского мы дали следующий комментарий: здесь присутствует метонимический перенос - имелось в виду, что торгует не Жириновский, а его партия. Газета поступила бы корректно, написав, что торгуют жириновцы. Жириновский дело выиграл, но с учетом нашей экспертизы сумма возмещения была весьма сильно уменьшена. На самом деле газеты очень часто себя сами подставляют, не предполагая возможные реакции людей, о которых они пишут. А сейчас люди стали более грамотными и - в какой-то степени - обретают чувство собственного достоинства.

- Где проходит грань между критикой и оскорблением?

- Критика в газете весьма уместна, оценочность - неотъемлемая черта любого издания. К примеру, мы рассматривали статью из Белгорода. В иске стоял вопрос: укладывается ли в обычные рамки газетной полемики статья под рубрикой "Читатель откликнулся" - а название статьи такое: "Кишка тонка, зато прямая", - или эта статья направлена против автора другой статьи, с которой идет полемика. Ответ был следующий: полемика может вестись как в рамках этических правил, так и выходя за их пределы, что недопустимо для средств массовой информации. Мы посчитали, что данная статья содержит ряд персонально ориентированных элементов, нарушающих требования культуры речи.

Или еще один момент. Вот цитата: "Правда, в их команде есть разные люди. Мне вот еще одно выступление понравилось - корреспондентки Т. Забавная дама. Я, говорит, беспартийный кандидат от КПРФ. Согласитесь, неплохая шутка. Это все равно, что девственница с тремя детьми от разных мужей". Можно ли отнести контекст к истице, правильно ли она восприняла последнее предложение по своему адресу и является ли оно унизительным? Мы утверждаем последнее предложение к личности не относится, поскольку содержит сравнительную придаточную часть. Сравнивается нереальность приводимых ситуаций, а не два наименования. С точки зрения лингвистики это не оскорбление.

- Получается, что на нашу прессу чуть ли не за каждую публикацию можно подавать в суд?

- Можно. Это проявление той склонности к радикализму, о которой я уже говорил. В нашей журналистике нет уважительного отношения ни к женщине, ни к пожилым, опытным людям. И если взять уроки нашей предвыборной кампании, они свидетельствуют о том, что полемика как искусство в нашей журналистике еще не привилась. Пока у нас идут взаимные оскорбления. Не случайно в жаргоне журналистов имеется слово "мочиловка". Вот и получается: не тот лучше, кто прокомментирует высказывание оппонента, а тот, кто эффектнее замочит. В последнюю избирательную кампанию степень накала была выше, чем в предыдущую - слишком много было поставлено на карту. Быть может, это действует на людей определенного интеллектуального уровня.

- То есть журналисты невысоко ценят свою аудиторию...

- Да. Проблема как раз в том, что журналисты опускают аудиторию до более низкого уровня, но не пытаются поднять ее. Думаю, и в президентской кампании будет то же самое. Это один из типичнейших способов перенесения полемики: зачем спорить с позицией человека, когда можно оскорбить его? Оскорбление останется в сознании. У нас не возникло демократических традиций выбора не по личности, а по мнению. Мы выбирали не блок ОВР или "Медведь", а личности: кому-то нравился Примаков или Лужков, кому-то - Зюганов или Шойгу. А личность должна себя проявить в языковом плане. К сожалению, пока традиций элегантной полемики не существует.

- Особенность национального характера?

- В какой-то степени стремление к радикализму и произвести хлесткий эффект - национальная черта. Ни один финн или швед не будет наклеивать ярлыки и ими же спекулировать. Кроме того, у нас демократические тенденции не сильны. Боюсь, привести наше общество к высокой культуре полемики труднее, чем поднять нашу экономику.

Вообще говоря, объективность в лингвистике - дело весьма относительное. Оценки могут быть выражены по-разному - этично или неэтично. Явлинский, комментировавший Чубайса в передаче "Глас народа", говорил: "он лжет", "он лжец". Это слово пренебрежительное, и Чубайс имел основание подавать на Явлинского в суд. (Другое дело, что сам Чубайс употреблял выражения не столь окрашенные, но унижающие достоинство оппонента.) Можно было выразить ту же негативную оценку гораздо проще: обратиться, например, к аудитории и сказать: "И вы верите этому человеку?" Воспользоваться какой-то риторической фигурой, сравнением...

- Помните анекдот: "Рабинович не мошенник? Рабинович не мошенник?! Ну тогда я прошу прощения!" Как это рассматривать?

- Это определенная фигура речи. Тоже способ выражения оценки. Кстати, вопросительные предложения часто используются наиболее умелыми журналистами, чтобы поставить под сомнение некий факт. Оценочный комментарий словами: возможно, говорят и т.п. - то есть всего лишь одна из версий. Рабинович может быть прекрасным человеком, а может быть и мошенником. Это одно из мнений. Юридически оскорбления в таком случае очень сложно.

- Так как надо критиковать, чтобы не попасть под суд?

- Можно сказать, например: так не поступают порядочные люди. Или вместо "необразованный человек" или "идиот" сказать: нельзя утверждать, что данный имярек отягощен грузом интеллигентности. (Для кого-то "интеллигентность" - вообще слово ругательное!) Здесь нет ни одного слова, которое по словарю было бы оскорбительно. Все слова книжные, но смысл явный. Большое количество вводных слов: возможно, некоторые говорят и т.п.. То есть эзопов язык.)

- В последнее время бытует выражение: заказная статья; газета, отрабатывающая заказ. Насколько оно оскорбительно?

- Слово "заказной" обозначает по словарю "выполненный по заказу, оплаченный". Это явно критическая оценка. Но заказ применительно к журналистике не является однозначно уничижительным понятием. Слово "купленная" или "проданная" газета - унижение деловой репутации. А ангажированность ("заказ") - нет, оценочность здесь снижена.

- Что вы думаете о стилистическом уровне российской журналистики?

- Я не могу сказать, чтобы наши журналисты особенно поднаторели в стилистике. Они обычно ограничиваются сравнениями, градациями - наращиванием какого-то признака. Редко используются окказиональные слова - неожиданное употребление, например, "макашизм"... Должна быть большая забота о форме, о слове написанном, а ориентируются часть на фактуру или псевдофактуру. Вот копия счета, вот кредитная карточка - это должно говорить само за себя. Максимально используется оценочная лексика, хотя тот же смысл можно передать не менее эффективно с помощью аллюзий, вопросительных предложений, риторических вопросов.

В Древней Греции любой человек, вступающий в совершеннолетие, должен был произнести политическую речь перед людьми примерно одного интеллектуального уровня. Сейчас речи произносятся перед разной публикой - политики хотят быть удобными для всех. Они для себя вывели средний образ россиянина - и не в пользу россиянина! Народ умнее, чем представление о нем, сформировавшееся у выступающих. Их речь показывает, что они пытаются приспособиться к тем речевым особенностям, которыми они наделили россиян.

- Какие требования предъявляются к экспертизе?

@@@
Честь, достоинство и слово
Шизики и клирики
Эпитафия свободе