Кишиневский саммит не будет эпохальным для Содружества


@@@

Пока никто не решается официально констатировать политическую смерть СНГ

2002-10-07 / Виктория Панфилова, Василина Васильева







Рукопожатие двух юбиляров в "клубе президентов".

Сегодня Содружество Независимых Государств в большей степени напоминает клуб президентов, чем некое дееспособное межгосударственное объединение. В принципе иного и не ожидалось: СНГ, по сути, не могло быть ни аналогом Европейского союза, ни какой-либо другой эффективной региональной организацией. И основная проблема Содружества заключается в том, что в его состав входят государства с разными геополитическими и геоэкономическими интересами, с разным уровнем экономического и политического развития. Отсюда - неизбежное и принципиальное расхождение сторон в позициях. Каждое государство, входящее в этот союз, пытается тянуть одеяло на себя. Например, Россия доминирует и противопоставляет военно-политические интересы экономическим, в то время как ее соседи прежде всего заинтересованы в развитии экономических отношений и настаивают на равноправной жизнедеятельности в рамках постсоветского альянса.

Главные и основные интеграторы - Россия и Казахстан - не раз заявляли, что СНГ - вещь хорошая, но, к сожалению, свою роль сыграло еще в начале 1990-х годов. Кроме того, всю откровенную несостоятельность этой организации показали и последние встречи глав государств в рамках Содружества. Кстати, и кишиневский саммит не будет эпохальным для СНГ и вряд ли внесет новую живую струю в деятельность этой организации. Так, несмотря на то что ранее президенты стран Содружества планировали посвятить эту встречу обсуждению дальнейшей судьбы организации и российская сторона даже обязалась подготовить соответствующие документы по ее реформированию, довольно облегченная повестка саммита показывает, что проблемы СНГ в этот раз задеты лишь поверхностно. Видимо, и прогнозируемые жесткие переговоры Владимира Путина с Эдуардом Шеварднадзе, Александром Лукашенко и Леонидом Кучмой не состоятся. Полувековой юбилей российского президента, который Путин отмечает сегодня, значительно смягчает напряжение между коллегами и создает скорее праздничную, чем скандальную атмосферу.

Так что агония СНГ может продлиться еще очень долго, и пока никто не решается официально констатировать его политическую смерть, даже несмотря на то что Содружество уже давно себя дискредитировало не только в глазах его участников, но и в глазах международного сообщества.

Как альтернатива СНГ на постсоветском пространстве стали появляться новые региональные организации - ГУАМ, ЦАС, ЕврАзЭС, ШОС и ДКБ. Правда, интеграционные процессы не всегда проходили гладко и безболезненно: порой странам не удавалось найти компромисс в решении ряда экономических и внешнеполитических вопросов. Например, Узбекистан, который прекратил членство в ГУУАМ и ДКБ, сочтя нецелесообразным свое участие в этих организациях, сегодня ориентируется исключительно на двусторонние отношения с соседями по Содружеству.

Но, несмотря на множество разногласий, в последнее десятилетие интеграционные процессы испытывают подъем. Причем концепции о возможном или даже необходимом интеграционном объединении разных стран СНГ, как правило, вполне теоретически обоснованны.

Корреспонденты "НГ" совместно со специалистами Группы оценки рисков (Казахстан), проанализировав деятельность разных интеграционных объединений на постсоветском пространстве, составили рейтинг их жизнеспособности.

Так, на первом месте оказался Договор о коллективной безопасности (ДКБ), военно-политический блок, созданный в рамках СНГ в 1992 г. Активность этой организации стала очевидна лишь с приходом к власти российского президента Путина, который фактически реанимировал ДКБ. Интеграция стран в обновленную структуру произошла довольно оперативно: общая угроза экстремизма и терроризма объединила бывшие советские республики быстрее, чем старая декларация о политическом братстве.

На втором - Евроазиатское сообщество (ЕврАзЭС), созданное в 2000 г. на базе Таможенного союза. В этом случае страны достаточно быстро объединила конкретная экономическая выгода. Однако в то же время перспектива этого регионального объединения зависит от политической воли лидеров государств, входящих в ЕврАзЭС, и в первую очередь от России и Казахстана, которые здесь являются главными "политическими тягачами".

На третьей позиции - Шанхайская организация сотрудничества (ШОС). Ее перспектива зависит от позиций России и Китая, которые в этом союзе играют ключевую роль. За годы своего существования ШОС претерпела серьезные метаморфозы: из приграничного объединения она превратилась в структуру, озабоченную созданием единого экономического пространства. Причем Китай всеми средствами пытается усилить экономическое взаимодействие в рамках ШОС со своими соседями.

Четвертое место занимает ГУАМ - конъюнктурное объединение антироссийской направленности, которое вовсе не имеет под собой экономической платформы. Единственным шансом встать крепко на ноги для этой организации может стать реализация проекта "Баку-Джейхан", которая позволит обеспечить финансами ряд стран, входящих в эту структуру. Вторая поддержка этого блока осуществляется со стороны США. Так что существование этой организации, действующей в противовес ЕврАзЭС и другим инициативам России, продлится до тех пор, пока к ней не пропадет интерес Вашингтона.

Пятым по жизнеспособности стала организация Центральноазиатское сотрудничество (ЦАС). Сейчас это объединение существует на уровне политических деклараций и по большому счету представляет собой мини-клуб лидеров Центральной Азии. До весны нынешнего года эта организация именовалась Центральноазиатским экономическим сообществом (ЦАЭС), но региональным соседям так и не удалось сблизиться на экономической почве.

И последняя - шестая - позиция в этом рейтинге у СНГ, которое на сегодняшний день имеет статус абсолютно аморфной структуры.

Между тем страны СНГ разделились по региональному признаку и активно сотрудничают с зарубежными партнерами. Например, Центральная Азия - потенциально сильный и исторически нестабильный регион, где скрещиваются интересы многих стран мира - не может остаться вне пределов внимания многих государств, как соседних, так и расположенных отдаленно. И попытка создать какое-либо региональное объединение в ЦА во многом зависит от совпадения местных интересов с интересами других стран.

Вместе с тем зарубежные соседи всячески препятствуют интеграции в этом регионе, пытаясь выстроить двусторонние отношения. Например, Пакистан уделяет много внимания созданию единой энергосистемы с Таджикистаном и никак не заинтересован в участии этой страны в союзе центральноазиатских государств. Также борьбу за влияние в Центральной Азии сейчас ведет Саудовская Аравия и другие мусульманские страны. Сюда же можно отнести и Китай, который, несмотря на то, что является лидером в ШОС, также не заинтересован в усилении центральноазиатских государств, как каждого в отдельности, так и всех вместе. По мнению Пекина, сильное региональное объединение мусульманских государств Центральной Азии может привести к усилению сепаратизма в Синьцзянь-Уйгурском автономном районе.

Кстати, сегодня все без исключения центральноазиатские государства являются членами ОБСЕ и довольно активно сотрудничают с этой организацией в гуманитарной сфере. За последний год страны ЦА наладили довольно тесные отношения с НАТО, в частности Киргизия и Узбекистан разместили на своей территории воинские подразделения этого военного блока.

Россия тоже старается не остаться в стороне от региона - принимает участие практически во всех объединениях и параллельно пытается наладить двусторонние отношения со странами ЦА. Не секрет, что Москва сегодня стремится вернуть утраченные позиции монополиста и авторитет на территории Центральной Азии уже не столько в экономическом, сколько в геополитическом аспекте. Дело в том, что в России очень силен страх исламского фанатизма и экстремизма. А укрепление мусульманских позиций в странах ЦА и их вхождение в Организацию экономического сотрудничества (ОЭС) - "мусульманскую десятку" дает возможность создать центральноазиатскую конференцию. В связи с чем многие российские ученые и политики прогнозируют распространение агрессивного фундаментализма и его приближение к российским границам.

Не исключено, что скоро на территории Содружества появится еще один альянс: Москва сейчас вынашивает идею создания газового консорциума, этакого аналога ОПЕК, куда предположительно войдут Россия, Узбекистан, Казахстан и Туркменистан. Вполне возможно, что российская сторона приложит максимум усилий для привлечения в этот проект и своих европейских соседей по СНГ.

Надо заметить, что в определенной мере процессы интеграции тормозит вопрос лидерства, который рано или поздно возникает в каждом объединении. Так, существует мнение, что одной из причин отказа Украины от вступления в ЕврАзЭС является нежелание Киева видеть в качестве лидера этой структуры Москву. Еще один пример тому - гипотетический Союз России и Белоруссии: в числе прочих разногласий президентов Путина и Лукашенко отмечается и конфликт на почве определения главы союзного государства.

@@@